Identidad Mapucista-Lautarina

Identidad Mapucista-Lautarina

Среди латиноамериканских революционных движения идеология MAPU-Lautaro занимает особое, оригинальное место. Фактически, мы можем сказать, что и доктрина, и теория организации выходили за рамки «классической» латиноамериканской революционной левой, никак не вписываясь в границы типичного геваризма, маоизма или анархизма. Маргинальность, а лучше сказать, революционная эксцентричность, являлась характерной чертой организации, разительно отличающей её от прочих вооружённых групп южноамериканской левой.

Претендуя быть родоначальниками новой политической доктрины, - «марксизма-ленинизма-мапусизма-лаутаризма» (MLML), - фактически, «Лаутаро» недалеко ушло от ситуационизма образца 1968 года с его сложной и запутанной концепцией, препятствующей пониманию широкими массами. Разница лишь в том, что, в отличие от бунтующих парижских студентов, «мапусистас» гораздо меньше были подвержены доктринёрству и непосредственно перешли от теории к практике, от ярких лозунгов к конкретному действию.

MAPU-Lautaro

Истоки MAPU-L

«Движение Народного Объединённого Действия» (Movimiento de Acción Popular Unitaria), радикальной фракцией которого стало «Лаутаро», возникло в 1969 году, когда группа левой христианской молодёжи отделилась от правящей Христианско-Демократической Партии, недовольная её откровенно антинародным и проамериканским курсом. Политическую позицию новой организации можно было бы охарактеризовать, пользуясь марксистской терминологией, как «национал-реформистскую»: оригинальный синтез прогрессивно-националистических и социалистических идей дополнялся религиозными догмами Теологии Освобождения.

После прихода к власти правительства Альенде, MAPU поддержало его линию и даже вошло в «Народное Единство». И здесь впервые проявились тенденции организации к радикализму. Хотя лево-христианское MAPU в целом выражало одобрение правительству Альенде, в тот же момент внутри движения возрастали оппозиционные настроения: именуя начавшийся в 1970 году процесс «Кастрированной Революцией», радикалы требовали более глубоких и качественных преобразований.