Страницы

вторник, 24 ноября 2015 г.

Potere Operaio



Истоки

«Рабочая Сила» (Potere OperaioPO) родилась как альянс нескольких независимых групп, работавших на разных фронтах внепарламентского левого движения, чью деятельность можно было бы проследить с помощью различных журналов, родившихся в 60-х годах. Два главных операистских издания тех лет – «Quaderni rossi» (Красные тетради, 1961-66) и «Classe operaia» (Рабочий класс, 1963-67), - стали основой, вокруг которой сформировались эмбрионы будущей PO.

Идея «Красных тетрадей» зародилась в Тоскане, после чего перекочевала в Венето. Впоследствии, в 1969 году тосканская группа даст начало «Lotta Continua» (Борьба Продолжается – LC), в то время как венецианская редакция разделится: большая её часть, - т.н. «Кружок имени Ренато Панцьери» (Circolo Renato Panzieri), - встанет у истоков «Рабочего Авангарда» (Avanguardia Operaia), меньшинство же примет участие в организации PO.


Журнал «Рабочий класс» так же в ту пору превратился в полюс притяжения для многих молодых людей, некоторая часть из которых отличалась весьма воинственными взглядами. Так, римская группа диссидентов «Classe operaia», настаивавшая на активизации синдикальной борьбы, сформировала радикально-операистскую группу «Contropiano», а венецианско-эмилианская группа, публично провозгласив свои решительные позиции, преобразуется в отдельную «Венецианскую редакцию» (Redazione veneta di Classe Operaia).

В Милане основой для создания PO так же стала местная группа левых радикалов во главе с Пьеромлуиджи Гаспаротто, которая в 1966 году отделилась от «Classe operaia», объединившись, вместе с генуэзскими товарищами в «Кружок имени Розы Люксембург» (Circolo Rosa Luxemberg).

В Венето, ещё до того, как здесь была образована группа «Quaderni rossi», издавался свой, региональный журнал под названием «Венецианский Прогресс» (Il Progresso Veneto), тесно связанный с Социалистической Партией Италии, дававший возможность внепарламентским левым выразить свою критическую позицию в отношении традиционных партий. Фактически, наряду с QR и CO, PV стал ещё одной площадкой для развития операизма, а многие из членов редакции журнала, - такие как Антонио Негри, член городского совета СПИ Падуи, или Доменико Чераволо, депутат той же партии и основной финансист журнала, - так же примкнут к PO.

Главной темой «Il Progresso Veneto» неизменно был реформизм, причём оценивался он с крайне негативной точки зрения – как инструмент капиталистического угнетения, используемый для стравливания общественного недовольства и разобщения рабочего класса. Такая позиция приближала PV к QR, хотя, конечно же, венецианский журнал был, в отличие от «Красных Тетрадей», более «местечковым», акцентировавшимся исключительно на социально-экономических проблемах региона. 

Помимо непосредственно операистских групп, будущих активистов PO мы можем найти и в редакции римского журнала «La Classe», издававшегося коммунистом Джузеппе Витой. Правда, к моменту зарождения «Рабочей Силы» издание фактически прекратило своё существование из-за экономической нерентабельности: вместо того, чтобы продавать журнал, сгруппировавшиеся вокруг редакции активисты просто дарили его всем сочувствующим.

Толчком же к объединению всех этих разношёрстных формаций, более-менее сходившихся во взглядах по рабочему вопросу, стали события «горячей осени» 1969 года, когда Север Италии накрыла волна антиправительственных забастовок и, казалось, что государство сможет справиться с выступлениями рабочих лишь путём фашистского переворота по типу Греции или Турции. Именно в этот напряжённый момент операисты впервые «врываются» на фабрики: наиболее успешным примером этому стал захват трудящимися завода в Порто-Маргере, где рабочие активисты попытались внедрить систему самоуправления.

Венето вообще можно рассматривать как один из оплотов операизма, хотя, конечно же, прочие группы подобной направленности действовали и в других промышленных городах Италии – Турине, Милане, Генуе. Однако до поры до времени, все эти группы были изолированы друг от друга, действовали автономно, а если и вступали в контакты, то обычно это заканчивалось столкновениями на почве теории и практики. Вообще идейные споры по самым различным вопросам были характерны для того времени, когда не просто люди, а даже целые группы меняли свои позиции по нескольку раз за год, порождая споры и конфликты.

«Рабочая Сила» является ярким тому примером: организация была основана летом 1969 года посредством слияния венецианской, римской и эмилианских групп, однако в Тоскане дела пошли не так, как предполагалось. Здесь, в Пизе, так же действовала группа, сочувствующая операизму, которая поначалу намеревалась присоединиться к PO, но затем, совершенно неожиданно, вознамерилась создать собственную организацию, ставшую позднее известной под названием «Lotta Continua». Именно внезапно разгоревшиеся идейные споры заставили пизанскую группу произвести такой резкий кульбит.

Суть в следующем.

Фактическим началом истории PO нужно считать конференцию в Турине в конце июля 1969 года, организованную для передовых рабочих организаций, на которой и произойдёт раскол между основной группой, и пизанской фракцией Адриано Софри.

Конференция была созвана, чтобы подвести итоги летних забастовок на местных заводах «Фиат», где группы операистов играли значительную роль в деле мобилизации рабочих. Конфликт начался вокруг вопроса о том, каким образом продолжать борьбу. Были те, кто требовал социализировать борьбу выйдя за стены заводов, переместить пропаганду в бары, студенческие кампусы или иммигрантские общежития, но были и те, кто хотел остаться на заводах, продолжая исполнять роль авангарда рабочего класса. Пизанская группа как раз стремилась к расширению социальной базы пропаганды, в то время как лидер основного ядра Джузеппе Вита рассматривал заводы и фабрики как основное поле битвы.

Таким образом началась теоретическая схватка, в которой римско-венецианско-эмилианская группа, находясь в меньшинстве, с треском проиграла, поскольку Софри подкреплял свои доводы успехами собственной пизанской организации (имевшей на тот момент, как это не парадоксально, название Potere Operaio), сумевшей развить значительную работу среди студенчества и школьников. Таким образом, по результатам Туринской конференции возникает сразу две организации, конкурировавших между собой на протяжении начала 70-х годов: Potere Operaio и Lotta Continua.

Догматизм, отсутствие гибкости, преклонение перед пролетариатом как перед единственно революционной силой, - всё это превратило PO в наиболее сектантскую организацию левого внепарламентского лагеря. Элитарность и запредельная теоретизация вынуждала рядовых активистов постоянно увеличивать свои знания в области марксизма, поскольку, по большей части, без этих знаний активисты не только не могли участвовать в сложных дискуссиях, проходивших на страницах одноимённого журнала, первый номер которого был выпущен в сентябре 1969, но и банально не понимали директив руководства.


Поворот к вооружённой борьбе

Сама себя «Рабочая Сила» в многочисленных заявлениях и декларациях именовала не иначе как «Партией Восстания» (Partito dell'Insurrezione), рассматривая в качестве основного врага итальянское государство, против которого «следует вести вооружённую борьбу». Однако Государство было лишь верхушкой айсберга – не меньшими врагами для PO являлись многочисленные капиталистические хозяева, на головы которых в первую очередь и должен был обрушиться первый удар: именно вооружённые нападения рабочих на своих собственных хозяев с одновременным саботажем на производственных линиях, стачками и забастовками являлись для «Рабочей Силы» первым этапом развития гражданской войны против буржуазного государства.

Даже в гимне организации прослеживаются все эти цели и задачи: здесь упомянуты рабочие, восстание, партия, отказ от работы, гражданская война, коммунизм и диктатура пролетариата. Несмотря на свою короткую историю, PO разработала довольно детальную революционную теорию перехода к гражданской войне, пытаясь претворить её в жизнь с помощью специального военно-технического аппарата.

Переход от простого политического движения, хотя и имевшего крайне радикальные позиции, к формату «революционной организации» произошёл не сразу. Долгое время проект носился в воздухе и лишь на III Национальной Конференции, прошедшей в Риме осенью 1971 года было принято решение о создании подпольной внутренней структуры (Lavoro Illegale – Нелегальная Деятельность), предназначенной для осуществления вооружённых действий.

До этого времени в центре внимания PO стоял вопрос лишь об организации фабричных волнений и беспорядков, практически никак не влиявших на политическую ситуацию в целом и на жизнь общества. Характерным примером подобной деятельности можно было бы назвать «транспортную кампанию», когда активисты организации, при деятельном участии самих трудящихся, создавали различные проблемы для нормального функционирования общественных автобусов, следовавших в заводские пригороды Милана и Местре. Суть акции заключалась в том, что время, затраченное пассажирами-рабочими в пути на свои предприятия, хозяева заводов вынуждены были учитывать как рабочее время, оплачивая его по полной стоимости. Тем самым «Рабочая Сила» стремилась искусственно инспирировать производственно-экономический кризис на отдельных предприятиях. Ниже мы узнаем, зачем и почему.

Таким образом, интересы движения лежали в плоскости интересов только рабочего класса, который рассматривался как гегемон, на который ориентирована любая другая социальная борьба – будь то студенческая, или же, вошедшая в обиход стараниями «Lotta Continua», тюремная борьба «пролетарских заключённых». Рабочему классу, организованному операистским движением, приписывалась роль «революционного руководителя», который должен был начать процесс революционного освобождения, после чего, контролировавшее его движение должно было определить характер и курс будущего восстания или революции.

С самого первого номера одноимённый журнал PO сыпал ссылками на Ленина, утверждая, что с начала 20 века ситуация в положении рабочих изменилась не слишком сильно: всё те же массы неквалифицированных трудящихся, всё то же буржуазное Государство, стремительно возвращающееся к своим «корням». Якобы, кейнсианская модель Государства, благодаря массовым протестам вошла в глубокий кризис, потеряв возможность поддерживать социальные условия, обеспечивающие рост капитала, что заставляет его, - Государство, - возвращаться к своим первичным функциям: открытому подавлению пролетариата в интересах капитала.

В ленинизме руководство PO буквально увидело универсальное средство решения всех проблем, заявляя, что следование ленинским заветам является для рабочего класса лучшим методом защиты собственных интересов:

«Почему итальянские рабочие являются ленинцами? Во-первых, потому, что они знают что сегодня, более чем когда-либо, всякая экономическая борьба есть борьба политическая. Во-вторых, потому что они знают, что сегодня всякая политическая борьба, более чем когда-либо, является экономической борьбой, требующей конкретных организационных инструментов. В-третьих, потому что ленинизм утверждает гегемонию интересов рабочих над всеми другими интересами всех других общественных секторов. В-четвёртых, потому что ленинизм декларирует необходимость установления коммунизма посредством полного уничтожения буржуазного государства и капиталистического общества». («Cominciamo a dire Lenin», PO#3, 2-9 октября 1969).

Уничтожение капитала не может произойти без уничтожения капиталистического государства. Уничтожение капиталистического государства, владеющего колоссальными ресурсами и грандиозной структурой подавления, возможно лишь объединёнными усилиями всех рабочих, то есть усилиями революционной организации трудящихся.По мысли теоретиков PO, рабочая борьба, развиваясь всё шире и глубже, неизменно закончится столкновением с государством, управляемым крупным капиталом, которое будет вынуждено ради стабилизации ситуации ввести в действие свой репрессивный аппарат. Репрессии вкупе с массовым обнищанием (в результате кризиса производства) дадут в сумме рост революционной ситуации, которую и использует в своих интересах «Партия Восстания».

Таким образом, в теоретических построениях PO с какого-то момента важную роль стало играть буржуазное Государство, - гарант господства капитала, которое необходимо сломать, разрушить до основания. Организация, - революционный авангард, - в этой схеме является лишь инструментом рабочего класса в его борьбе против капитализма. Организация, - «материальная необходимость», - выступает путеводной звездой классовой борьбы, направляющей её, «непосредственно сдерживающей инициативу противника». «Противник» - Государство, выступающее в защиту капитала, - может быть повержен лишь в случае «подъёма уровня конфронтации», когда рабочее движение, при помощи всё той же организации, будет способно давать симметричный ответ на все удары капиталистической системы и её репрессивного аппарата.

Ленинская организация, по мысли теоретиков «Рабочей Власти»,

«…должна обратить в свою пользу весь потенциал рабочего класса, способного к бесконечному развитию, производству новых вещей, но в то же время, подчиняющегося строгой дисциплине, навязанной капиталистическим производством, которую класс трудящихся обращает против самого капитала и государства». (Lotta di massa e lavoro di partito, PO#12, 14-21 февраля 1970).

«Рабочая Сила» в порыве теоретизирования вводит даже новый фразеологизм «организация неоленинского типа», ссылаясь на события 1917 года, когда большевистская партия, захватив советы, возникшие благодаря «субъективной энергии рабочих масс», пустила эту энергию в революционное русло.

Революционная организация такого типа должна идти бок о бок с массами, чутко реагируя на их запросы и требования, направляя ярость рабочего класса, частью которого она является, на государство, вдохновляя борьбу против капитала, поддерживая градус её накала. Организация должна быть нитью, связывающей в единую сеть разрозненные эпизоды борьбы; в противном случае она рискует быть побеждённой капиталом/Государством, что послужит делу укрепления капиталистической гегемонии.

Для расширения организационной структуры необходимо поддерживать состояние перманентного кризиса производства, предотвращающего усиление капитала, мешающего капиталу в поиске новых методов укрепления своего господства:

«Поддерживать процесс стагнации, углублять противоречия, нарушать баланс сил в пользу организации: это и есть основная цель». (Alle avanguardie per il partito, PO#36)

Создание ситуации постоянного конфликта, непрерывные акты неповиновения рабочих и полный или частичный отказ от работы, приводящие к падению производства, поддержка того, что PO определяла как «стагнацию» - всё это должно было привести к новому циклу борьбы.


Выбор вооружённой борьбы и целей для атак

Основываясь на журнальных статьях, можно было бы сделать однозначный вывод о мятежных устремлениях организации, однако в первые годы вся эта революционная страсть оставалась в области бумажной теории. Переход на уровень практики произошёл лишь на римском Конгрессе, когда было решено начать конкретную борьбу против Государства, организовав для этого специальную подпольную структуру. Осенью 1971 года начались первые структурные изменения, связанные с переходом PO к вооружённой борьбе. На серьёзность намерений операистов указывают их многочисленные попытки наладить связи с другими итальянскими и зарубежными революционными организациями, осуществлённые в следующие месяцы. Были установлена связь с GAP Фельтринелли и «Красными Бригадами» Курчио, а так же осуществлена попытка учредить широкую паневропейскую координационную сеть борьбы, при участии радикальных левых движений из Франции, Германии, Люксембурга, Великобритании и Швейцарии.

Между тем, в Риме внутри руководства уже обсуждалась необходимость перехода к партийной схеме. Ещё до проведения судьбоносного Конгресса, столичная секция настаивала на ускорении организационного процесса превращения рыхлого движения в монолитную партию ленинского типа.

Летом 1970 года, когда в Реджио-ди-Калабрии разыгралось народное восстание, связанное с решением правительства перенести региональную столицу в Катандзаро, верхушка PO впервые собралась для обсуждения будущего организации. Встреча, произошедшая на ферме близ Торре ди Баронколи (Тоскана) отметилась яростным выступлением Франко Пиперно, настаивавшего на необходимости трансформации организации в партию гражданской войны.

Здесь же обсуждался острый вопрос об использовании насилия: члены римского отделения уже для себя этот вопрос решили, призывая отказаться от спонтанности, и использовать организованное насилие в отношении конкретных целей.

Как правило, насилие, используемое PO до этого момента, носило довольно незначительные масштабы. В основном, «служба порядка» организации использовала бутылки с зажигательной смесью в ходе защиты демонстраций от полицейских атак и нападений неофашистов. Эти же бутылки с «коктейлем Молотова» впервые были использованы и как орудие наступления в ходе нападения на офис иорданских авиалиний на улице Биссолати в Риме, осуществлённого группой из, примерно, тридцати человек во главе с Пиперно и Валерио Моруччи. Тот же Моруччи, в будущем ставший одним из руководителей римской колонны «Красных Бригад», 5 февраля 1971 года в преддверии очередной демонстрации PO в Риме, реформировал довольно громоздкую «службу порядка», разделив её на несколько групп боевиков, каждая из которых имела свои боевые задачи.


Римская конференция

С 24 по 26 сентября 1971 года в Риме проходила III Национальная Конференция организации. Место, избранное для её проведения, - громадный Дворец Конгрессов, - а так же количество участников подтверждали законность претензий называться национальным движением. Генеральный лозунг конференции не оставлял никаких сомнений по поводу темы трёхдневных дебатов: «Рабочая Сила за партию, Рабочая Сила за восстание, Рабочая Сила за коммунизм» (Potere Operaio per il partito, Potere operaio per l'insurrezione, Potere Operaio per i comunismo). Открывал заседание Антонио Негри, зачитавший эссе, подписанное анонимным падованским интеллектуалом, под названием «Кризис Государства – коммунистический план и революционная организация».

Антонио Негри


Доклад повторял уже изложенные на страницах журнала положения неспособности капитала прежними методами поддерживать своё господство в обществе, в связи с чем начался поиск новых путей стабилизации капиталистической системы. И такой инструмент был найден – кризис, как сдерживающий фактор рабочей борьбы, пугающий трудящихся призраком безработицы, позволяющий осуществлять необходимые корпоративные реструктуризации. Капитал готов даже искусственно вызвать кризис или рецессию, дабы дисциплинировать рабочий класс.

Таким образом, государство более не является гарантом развития капитала, но генератором бесконечных кризисов. Которые, в свою очередь, играют так же на руку революционной организации, которая получает возможность поднять уровень конфронтации между фабрикой и государством, захватывая параллельно и всё общество в целом. В условиях кризиса долг революционера – инициировать революционную борьбу, потому что в противном случае ситуация грозит поражением рабочего класса и его деморализацией. Нормализация ситуации и возобновление развития в этой связи являются негативными для революционной организации факторами, усыпляющими рабочий класс, сглаживающими углы классовой борьбы.

В большинстве случаев этот бой против государства должен начаться посредством «экспроприаций» и «присвоений». Подобные акции должны производиться только самими массами под руководством «кадров революционной организации или людей, чей уровень развития сознания позволяет провоцировать и направлять усилия масс по пути присвоения». Эти действия, пусть даже стихийные или полустихийные, должны быть трансформированы в акции «военных атак против капиталистического господства с нанесением точных и своевременных ударов».

Вслед за Негри на трибуну взошёл другой докладчик – делегат от Тосканы Франческо Парди, который напрямую поставил вопрос о деятельности в подполье, заявив, что «PO буквально с завтрашнего дня, с учётом достигнутой централизации сил, способна развернуть в подполье успешную и широкую деятельность». Воинственная речь Парди была остановлена Негри и Пиперно, поскольку о подобных вещах неразумно было бы распространяться на открытом заседании.

Линия дальнейшего развития, определённая на конференции, была предельна ясна: определение буржуазного государства в качестве главного врага требовало для успешного противостояния ему милитаризации и расширения социальной базы борьбы на территории, изначально исключённые из зоны деятельности PO. Конечно, существовала и некоторая оппозиция этой линии: так, например, Франческо Пиро заявил, что подполье оттолкнёт от классовой борьбы многих товарищей. Однако в целом подавляющее большинство высказалось за переход на позиции вооружённой борьбы против государства.

Конгресс приступил к выборам Национального Исполнительного Комитета, который должен был стать мозгом боевой и политической работы PO. Антонио Негри был избран здесь национальным политическим секретарём.

Итак, конкретный шаг в направлении строительства «Партии восстания» был сделан: милитаризация региональных секций, выступавших в качестве авангарда рабочих масс, должна была привести к началу повстанческого процесса – серии массовых мероприятий, координируемых Национальным ИК.


Военный уровень PO

Милитаризация PO рассматривалась как подготовка структуры для реализации не только оборонительных, но и наступательных действий против государства. К моменту римской конференции внутри организации уже велась кое-какая «военная» работа: необходимость защищать марши и демонстрации от полицейских и фашистских атак привела к созданию «службы порядка». В столице участники этой довольно небольшой структуры присутствовали в каждом районном отделении, осуществляя координацию действий в случае, если планировалась общегородская манифестация. Кроме того, в задачу «службы порядка» входила охрана агитационных пикетов возле заводов, школ и институтов, где нередко раздававшие листовки левые подвергались нападениям неофашистов. Типичным «вооружением» активистов «службы порядка» были дубинки и бутылки с «коктейлем Молотова», изготовлявшиеся прямо на квартирах и доставлявшиеся на улицы в деревянных или железных ящиках.

Служба порядка PO

Кроме «службы порядка» существовала и сеть поддержки незаконной деятельности на заводах, причём обе эти структуры были, что называется, публичными. После римской конференции в военную схему PO был введён ещё один элемент – секретная группа «Lavoro Illegale» (Нелегальная деятельность), чья задача заключалась в подготовке к вооружённой борьбе против государства. По мысли руководства, организация таким образом должна была действовать на двух уровнях: в общественном формате, осуществляя агитационно-пропагандистскую деятельность и возглавляя незаконные массовые акции, и в форме подпольной борьбы против государства, причем, по идее, пути этих двух формаций не должны были пересекаться.


Lavoro Illegale и FARO

Решение об учреждении подпольной структуры было принято в ходе загородного пикника во время римской конференции членами новоизбранного Национального ИК, в полной секретности от рядовых активистов. Пиперно, Негри, Скальцоне, Дальмавива и Маньяги, обсудив детали, решили создать военно-технический орган для осуществления подпольной деятельности. Идея заключалась в том, чтобы учредить тайное вооружённое крыло движения, которое и получило незамысловатое название LI.

Национальным координатором LI был назначен Моруччи, подчинявшийся непосредственно члену ИК Пиперно, занявшему должность национального политкомиссара. Как уже было указано, базовый контингент PO был в абсолютном неведении о существовании внутри организации подобной боевой группы. Практически сразу же сеть LI широко раскинулась по всей Италии, охватив Венето, Тоскану, Пьемонт, Эмилию, Рим и Ломбардию, где региональным руководителем LI стал Оресте Скальцоне, а политкомиссаром Эмилио Веше.

Валерио Моруччи

Никаких связей ни со «службой порядка», ни со структурой поддержки незаконных массовых действий LI не имел, да и вообще, по крайней мере, на бумаге, группа чётко дистанцировалась от руководства PO. Среди задач, поставленных перед военной структурой, главными были деятельность по обезвреживанию политических оппонентов, силовое противостояние фашистам и полиции, а так же помощь разыскиваемым властями активистам PO.

LI был не единственным тайным инструментом PO, поскольку группа была тесно связана другой подпольной организацией, именовавшейся «Вооружённым Рабочим Революционным Фронтом» (Fronte Armato Rivoluzionario Operaio - FARO). Фактически, это была личная группировка Валерио Моруччи, действовавшая абсолютно автономно от PO, использовавшая движение как средство пополнения кадров, финансов и материалов. Вслед за LI, FARO быстро вышел за пределы Рима, проникнув на север страны, где за счёт боевиков LI были образованы группы в Милане и Комо.

Через несколько месяцев после создания LI пришло время боевого крещения структуры, которое потерпело полный провал. 12 декабря 1971 года в Милане должна была состояться крупная демонстрация, при участии не только PO, но и их соперников из «Lotta Continua», а так же других, более мелких групп радикальной левой. В преддверии этого Негри поручил Фиорони найти квартиру, необходимую для приготовления большого количества бутылок с «коктейлем Молотова». При загрузке очередной партии бутылок в автомобиль, активистов PO заметил патруль, от которого они поспешили скрыться, оставив машину, багажник которой был полон зажигательных бомб. Вскоре карабинерами был обнаружен ещё один автомобиль с опасным грузом. На квартире, используемой активистами, были так же обнаружены бутылки с зажигательной смесью, два радиопередатчика и рации. В общей сложности полиция изъяла 135 бутылок с «коктейлем Молотова», приготовленных на случай возможного столкновения с властями во время манифестации. Поднявшийся вокруг этого дела скандал вызвал множество споров – как внутри самой организации, так и между членами PO и активистами других групп.

Разбираясь в произошедшем, Негри подвергся резкой критике за то, что доверил Фиорини задачу, которая больше подходила бы «службе порядка». На встрече членов ИК рассматривался даже вариант ухода Негри в подполье, однако в итоге всё ограничилось решением о начале внутреннего расследования. Негри был временно отстранён от руководства подпольной структурой, бразды правления над которой перехватили Моруччи и Пиперно. Именно с этого момента фактически независимый FARO начинает поглощать LI.

Франко Пиперно

В последующие за 12 декабря месяцы PO начало закручивать вихрь насилия, который затронул сразу несколько итальянских городов, таких как Рим, Милан и Падуя. В течение 1972 года FARO осуществил несколько атак в столице с применением не только всё тех же «коктейлей Молотова», но и самодельных бомб. В Милане и Падуе PO инициировало несколько крупных столкновений с полицией во время проведения манифестаций. Так, например, в ходе демонстрации 11 марта 1972 в Милане в защиту анархиста Пьетро Вальпреда, обвиненного в организации теракта на Пьяцца Фонтана в декабре 1969 года, именно активисты «Рабочей Силы» стали авангардом побоища, развернувшегося на улицах города, и втянувшего в себя так же активистов «Lotta Continua» и «Группы Грамши».

Хорошо организованные боевики «службы порядка», разделённые на три «блокирующие группы», атаковали полицейские кордоны, в то время как ещё одна группа из боевиков LI/FARO взяла штурмом редакцию газеты «Corriere della Sera». Итогом массовых беспорядков стали 32 раненых полицейских, 30 раненых демонстрантов, 19 полицейских автомобилей и 2 гражданские машины были сожжены или разбиты, перевёрнуты и подожжены 10 трамваев.


Логистические базы движения и внешняя поддержка

Революционная перспектива PO не ограничивалась исключительно Италией, но распространялась и на другие страны, чему свидетельствуют многочисленные попытки установления связей с европейскими леворадикальными движениями. Специально ради этой деятельности внутри PO было организовано «Интернациональное Управление» под председательством Негри, которое инициировало работу т.н. Бюро Международной Координации, в которое вошли представители швейцарской «KlassenKampf», французской «Materiaux pour l'intervention», люксембургского «Proletarische Front», немецкого «Arbeitersache» и британской «Big Flame».

Не оставляя ничего на волю случая, PO вполне серьёзно рассматривала необходимость создания континентального революционного фронта. Проводились тщательно подготовленные путешествия активистов с целью налаживания связей в крупные европейские города, такие как Париж, Лондон, Франкфурт, Мюнхен. В каждом конкретном случае финансовая поддержка путешественников осуществлялась через соглашения между PO и организацией-принимающей стороной. Эти же организации предоставляли всю информацию, необходимую для анализа революционного потенциала той или иной страны.

Швейцария являлась ключевым пунктом для PO, будучи избрана не только в качестве европейской логистической базы теоретического революционного фронта, но и убежищем для активистов, находившихся в национальном розыске в своих странах. В качестве демонстрации потенциала «Международной Координации» укажем, что первое оружие, появившееся в руках боевиков PO, имело как раз швейцарское происхождение.

Вскоре после создания LI, в Швейцарию пожаловали Веши и Фиорони, которые, связавшись с проживавшим здесь Джанлуиджи Гало, порекомендовали обустроить швейцарскую организацию двойной направленности (публичной и подпольной) с целью обустройства материально-технической базы PO в Швейцарии. Другим примером взаимодействия со швейцарскими товарищами стало бегство сюда самого Фиорони, Фонтана и Джалуччио, объявленных в розыск в связи с деятельностью GAP Фельтринелли.

Мало-помалу, эффективность сотрудничества со Швейцарией возрастала. Кульминационным моментом этого взаимодействия стало похищение оружия со склада швейцарского ополчения в Понте Бролла 16 ноября 1972 года, где были экспроприированы автомат, два пистолета-пулемёта, 480 патронов, 960 свето-шумовых гранат, 16 осветительных ракетниц и 135 ручных гранат. Операция в Понте Бролла не являлась единственным и уникальным случаем, поскольку и до и после неё активистами PO и местными товарищами осуществлялись кражи винтовок с полигонов в Локарно. В дальнейшем это оружие было переправлено в Италию. В дополнение к огнестрельному оружию, швейцарская группа поддержки PO похитила с одной строительной площадки аж 425 килограмм взрывчатки, часть из которой весной 1973 года была переправлена Фиорони в Италию, поскольку здесь она была необходима для осуществления атак в Милане и Венето. Весьма интересна история украденных в Швейцарии ручных гранат, которые затем были в равной пропорции распределены между PO, «Красными Бригадами» и NAP.

Однако, Швейцария, - эффективная материально-технчиеская база, готовая принять множество эмигрантов, - была не единственной страной, с которой PO сотрудничала в практической сфере.

В ходе расследования деятельности GAP, полицией были обнаружены два письма, явно указывающие на контакты между PO и представителем Народного Фронта Освобождения Палестины, касающиеся возможной подготовки боевиков организации на Ближнем Востоке. В первом письме (14-15 июля 1971) Джованни Коррадини информирует Негри о том, что он не знает, будет ли он в состоянии принять участие в поездке в Бейрут из-за травмы сустава, а во втором (2 августа) Коррадини сообщает, что он полностью готов исполнить свою миссию.

Таким образом, мы можем предположить, что ещё до начала процесса милитаризации PO, организация искала пути более эффективной подготовки своих боевых кадров, нежели та, которую давали многочисленные уличные драки с неофашистами и полицией, разыгрывавшиеся во время уличных демонстраций.


PO и Фельтринелли

Джанджакомо Фельтринелли, отпрыск одной из самых богатых семей Италии, в конце 60-х годов, проникшись революционными идеями, предпринял попытку выстроить одну из первых послевоенных вооружённых организаций, которая смогла бы оказать сопротивление наступающему, по мнению самого Фельтринелли, фашистскому перевороту. Именно издательство Фельтринелли публиковало и широко распространяло по всей Италии труды Че Гевары и Карлуса Маригеллы, материалы «Тупамарос» и других организаций латиноамериканской герильи. Революционный проект Фельтринелли в конечном итоге в 1970 году материализовался в виде «Групп партизанского действия» (Gruppi d'azione partigiana - GAP), организации, которой, учитывая значительные финансовые ресурсы издателя, намеревалась превратиться в своеобразный «центр силы», вокруг которого будут группироваться прочие леворадикальные группы.

Фидель и Джанджакомо Фельтринелли

Первые контакты с издателем уходят корнями ещё к 1969 году, когда состоялась встреча между Фельтринелли, Негри и Пиперно. Чуть позже ответственным за сношения с руководителем GAP был назначен Фиорони. PO оказала ценную помощь издателю, когда тот, после теракта на Пьяцца Фонтана вынужден был бежать в Швейцарию, разумно предполагая, что именно его власти сделают козлом отпущения, обвинив в организации бойни. Уход Фельтринелли в подполье не поставил точку в отношениях с PO: уже в следующем году знаменитый издатель и миллионер принял участие в курсах, организованных PO в Италии, где активистов «службы порядка» обучали изготовлению зажигательных бомб и других примитивных боеприпасов уличной борьбы.

С лета 1971 года отношения между PO и GAP начинают укрепляться. Главной целью было теоретическое объединение обеих групп. Время от времени обе организации оказывали друг другу посильную помощь: так, например, Фельтринелли «позаимствовал» у PO несколько опытных боевиков для осуществления грабежа казино в Сент-Висенте, а в ответ Фиорони получил от представителей GAP множество пустых бланков для подделки паспортов.

В октябре того же 1971 года состоялось расширенное специальное совещание, посвященное вопросу объединения сил. Позднее тема была углублена в нескольких письмах, которыми обменивались «Освальдо» (Фельтринелли) и «Молния» (Пиперно).

В первом письме Фельтринелли выступает за «процесс сближения, интеграции, координации, как на оперативном уровне, так и на материально-техническом и политическом». Воспринимая как идеал полное объединение сил, Фельтринелли оставлял и запасные варианты:

«1. Ничего не делать. Организации остаются независимыми друг от друга, действуют под собственными названиями, но продолжают подавать друг другу руку помощи, как это делалось в прошлом всякий раз, когда возникали конкретные проблемы;

2. Решение проблемы интеграции заключается в учреждении единого командования с участием представителей руководства каждой из организаций».

Смерть Фельтринелли 15 марта 1972 года во время закладки взрывчатки близ вышки высоковольтной электролинии в Саграте положила конец всем попыткам объединения PO и GAP. Спустя некоторое время GAP были распущены, а часть активистов организации присоединились к PO. Однако расследование гибели Фельтринелли привело к открытию подпольной структуры внутри PO: арест Джованни Коррадини во время слежки за домом Карло Фиорони (являвшегося владельцем фургона, на котором Фельтринелли приехал к вышке) навёл полицию на след тайной структуры внутри PO, однако дальнейшее разбирательство закончилось ничем.


Отношения с BR

После начала «Красными Бригадами» активных вооружённых действий, PO открыто поддержала инициативу «братской организации», сделав тем самым шаг в направлении сотрудничества между революционными группами. Эскалация насилия и усиление герильи, в которых PO видели обострение классовой борьбы, получили полное одобрение со стороны PO, так как подъём уровня конфронтации между государством и пролетарским авангардом вполне укладывался в стратегическую схему PO.

Осенью 1972 года были налажены первые контакты с BR, рассматривавшиеся как очень перспективные, содействующие «консолидации новой массовой пролетарской организации, необходимой для расширения присутствия революционных авангардных сил, и укрепления их единства». PO, таким образом, являлась массовой базой для «пролетарского авангарда» BR, предложив «Красным Бригадам» территории для запуска борьбы против государства и системы. Более того – продолжая и далее завоёвывать позиции в пролетарских массах, отстраняя на обочину реформистов, PO намеревалась все эти силы пустить на поддержку авангарда, считая BR (и убеждая в этом рабочих) единственными защитниками класса трудящихся.

Но как же конкретизировалось на практике это сотрудничество?

«Бригада Ферретто» (Brigata Ferretto) и «Вооружённая партия Мирафьори» (Partito armato di Mirafiori) являются наиболее яркими примерами взаимодействия PO и BR.

«Вооружённая партия Мирафьори», действовавшая на туринском заводе «Фиат» в одноимённом пригороде, отличилась серией противоправных действий, - таких как избиения мастеров, бригадиров и несогласных профсоюзных активистов, осуществление производственного саботажа, и наконец, похищение Бруно Лабате, - ввергших производственную линию в Мирафьори в 1973 году в настоящий кризис. Линия действия PAM определялась совместным руководством Антонио Негри и Ренато Курчио, которые провели вплоть до 1974 года как минимум четыре оперативных совещания, посвящённых деятельности революционной группы в Мирафьори.

«Пролетарская Бригада имени Эрминио Ферретто» (Brigata Proletaria Erminio Ferretto) являлась попыткой PO присоединиться к вооружённой борьбе «Красных Бригад», сохраняя свою автономию и независимость. Учреждённая венецианской секцией PO и базировавшаяся на местных заводах, бригада действовала совместно с переехавшими из Милана очень немногочисленными боевиками «Красных Бригад». По мнению Негри и Пиперно, стоявшими за организацией бригады, BPEF являлась гарантией контроля PO над деятельностью BR, как минимум, в венецианском регионе. Однако на деле всё вышло иначе – в 1974 году бригада преобразовалась в венецианскую колонну «Красных Бригад».

Кроме того, обе группы помогали друг другу через поставки оружия и боеприпасов, в которых остро нуждались: к примеру, BR передали PO партию пистолетов, в то время как PO поставило BR несколько затворов от автоматов «Шмайсер».

Другими формами сотрудничества стала логистическая поддержка: так, PO оказала большую помощь в сокрытии Пьетро Морлакки. Кроме того, FARO подготовил, но так и не реализовал убийство Марко Писетты, раскаявшегося члена «Красных Бригад», нанесшего своими показаниями громадный вред организации, а после бежавшего в Фрайберг (ФРГ).


Конец PO

События, связанные с расследованием гибели Фельтринелли, приведшие к десяткам арестов, обысков и разоблачений, поставили PO в довольно тяжёлое положение. В этой напряжённой атмосфере растут внутренние разногласия, которые вскоре приведут к самороспуску организации.

Итак, к июню 1973 года внутри правящей верхушки образовалось две противоборствующие фракции: группа Антонио Негри и группа Скальцоне-Пиперно.

Негри доказывал необходимость роспуска примкнувших к PO непролетарских «автономных ассамблей» различного рода, в то время как Скальцоне-Пиперно утверждали, что в задачу PO входит не только стимулирование самоорганизации рабочих, но и деятельность в других общественных секторах, в первую очередь – среди студенчества. Вокруг этих позиций шли долгие и яростные дискуссии, ожидаемо приведшие к самороспуску организации, утвержденному на конференции в Розолине в июне 1973.

Оресте Скальцоне

IV Национальная Конференция с самого начала не задалась: над собранием витал дух ужасной акции в Примавалле, устроенной боевиками PO. Здесь, в одном из римских кварталов, активисты «Рабочей Силы» подожгли квартиру руководителя местной районной секции Итальянского Социального Движения (MSI), в результате чего погибли двое из шести детей фашистского главаря. Акция в Примавалле доказала, что руководство более не контролирует своих же собственных боевиков, поскольку поджог был осуществлён тремя активистами безо всякого согласования с руководством, что выставляло организацию в невыгодном свете. Трагедию в Примавалле Негри использовал для усиления своей позиции «чистки рядов от непролетарских элементов», отстаивая необходимость создания массовой рабочей организации, чьим вооружённым крылом могли бы стать «Красные Бригады».

Пиперно, Скальцоне и многие другие, в своём противостоянии с линией Негри, предлагали преобразовать PO в военную организацию, способную самостоятельно привести рабочее движение и прочие общественные сектора к восстанию против государства.

Единственной точкой соприкосновения двух позиций была идея восстания, однако методы приближения к нему были различны: если Негри предлагал развитие массовой организации с одновременным присутствием подпольного вооружённого крыла, то Пиперно-Скальцоне отстаивали «ортодоксальную» позицию милитаризации, трансформации движения в сражающуюся партию и веру в то, что рабочий класс готов к восстанию и лишь отсутствие «партии восстания» предотвращает его.

Реальный разрыв произошёл спустя несколько недель, когда Негри и часть его соратников были изгнаны из рядов PO за раскольничество, а победившая фракция, во главе с Пиперно и Скальцоне, утвердила проект трансформации движения в партию. Решение это было неблагоприятным для дальнейшей судьбы организации: в течение года PO фактически разрушилась, частью трансформировавшись затем в «Рабочую Автономию» - организацию совершенно иного типа, построенную на сетевом принципе, - частью примкнув к «Красным Бригадам», а частью образовав ряд независимых структур, крупнейшей из которых являлись «Венецианские Политические Комитеты» (Collettivi politici veneti).

По материалам "Storia dei Collettivi Politici Padovani"