Страницы

воскресенье, 30 сентября 2012 г.

Тупамарос. Городская герилья. Кадры


4. ВНУТРЕННЯЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

4.1. Кадры

Социальное происхождение членов «Тупамарос» отличалось разнообразием: от неграмотных крестьян до руководителей театров, от безработных асоциальных элементов до родственников высших лиц государства, от студентов и школьников старших классов до многодетных матерей преклонного возраста. Возможно ли правильно структурировать кадровый состав организации? Это очень трудно, если вообще возможно, так как практически невозможно получить точных данных о количественном и социальном составе подпольного движения. Это верно и в случае с «Тупамарос», так как информация о членстве не является ни стопроцентно достоверной, ни безусловно надёжной. Отсутствие дополнительных источников сужает выбор исключительно до статистических показателей убитых боевиков и симпатизантов.

Этот метод может дать лишь очень грубое представление о кадровой структуре «Тупамарос», так как он основан на случайной выборке. Помимо всего прочего, этот метод не нравится ни правительству, ни самим «Тупамарос». Бывшие комбатанты рекомендуют ознакомиться со статистикой арестованных и осужденных, поскольку эта информация является единственным фактическим источником, и, как правило, не подвергается фальсификации. Другие экс-боевики заявляют, что «анализ происхождения товарищей, взятых в плен, не может быть отправной точкой для изучения кадровой структуры». Таким образом, все нижеприведённые данные нужно рассматривать, учитывая неизменную статистическую погрешность.


Компиляция была сделана на основе открытой информации, опубликованной в прессе уругвайской полицией и вооружёнными силами. Имеется 648 отдельных отчётов об арестах, охватывающих период с 12 декабря 1966 по 22 июня 1972: отсюда исключены откровенно недостоверные или подвергающиеся сомнению данные. Отчёты представляют собой статистику по большинству арестованных в этот период «тупамарос», но в целом это составляет около 15 процентов от общей численности организации. Иными словами, полицейская статистика исключает около 4 тысяч боевиков и симпатизантов, остающихся на свободе на момент написания данной работы (май 1973) или же захваченных в последние полгода.

4.2. Род занятий

Из общего количества полицейских отчётов, 336 содержат информацию о роде занятий арестованных. В приведённой ниже таблице эта статистика разбита на четыре категории: студенты (С), профессионалы и техники (ПТ), рабочие и служащие (РС) и другие (Др).

Категория «Студенты» охватывает как непосредственно учащихся университетов, так и школьников старших классов; графа «Профессионалы и техники» включает в себя так же выпускников высших и средних учреждений (таких, как медицинские работники, священники, художники, механики, журналисты и пр.); строка «Рабочие и служащие» включает в себя трудящихся фабрик, заводов, мелких мануфактур и вообще всех, занятых в сфере услуг и производства, кто не может быть квалифицирован как специалист (например, продавцы, секретари, клерки, грузчики); «Другие» охватывают домохозяек, солдат, полицейских, предпринимателей и землевладельцев и, конечно же, безработных.

Прим. Данные за 66-69 гг. настолько малы, что были объединены в одну графу.

Год
С
ПТ
РС
Др.
ВСЕГО
1966-69
21
12
17
4
54
Процент
38.9
22.2
31.5
7.4
100






1970
27
18
27
5
77
Процент
35.1
23.4
35.1
6.5
100






1971
22
19
16
4
61
Процент
36.1
31.2
26.2
6.6
100






1972
29
60
49
6
144
Процент
20.1
41.7
34.0
4.2
100






Всего
99
109
109
19
336
Процент
29.5
32.4
32.4
5.7
100

Как можно увидеть, примерно треть из «Тупамарос» являлись профессионалами и техниками, другую треть составляли рабочие и служащие, и третью треть – студенты. Данные, взятые по годам, выявляют две относительно чёткие тенденции.

Первая говорит нам о неуклонном снижении доли студентов – с 40 процентов в период 66-69 до 20 в период 1972. Другой тенденцией является рост численности специалистов и техников – с 20 с лишним, до 40 процентов в 72. Доля работников и служащих, очевидно, осталась практически неизменной.

4.3. Возраст

Данные о возрасте арестованных боевиков были приведены в 515 отчётах.

Год
Среднее
Мода
Медиана
Разброс
Всего арестованных
1966-69
26.7
22, 27
30.5
18-43
72






1970
27.1
21
33.0
18-48
83






1971
25.2
21
35.5
18-53
112






1972
28.3
21
38.5
18-59
248






Всего




515

Как видно, возрастной диапазон постоянно увеличивался с 18-43 до 18-59, что увеличило средний возраст с 30.5 в 66-69 гг. до 38.5 в 1972 году. Что касается моды (наиболее часто встречающегося возраста), то, за исключением бимодального распределения периода 66-69, она последовательно была равна 21 году. Наконец, среднее арифметическое, как правило, располагалось между 25 и 28 годами. Большинство захваченных боевиков являлось молодыми людьми старше 20, но младше 28 лет. Хотя это наиболее часто встречающийся возраст, можно было встретить партизан, которым едва-едва исполнилось 18, или же уже стукнуло 59, хотя подобные случаи были, конечно же редкостью.

4.4. Пол

Год
Мужчины
Женщины
1966-69
60
7
Процент
89.6
10.5



1970
60
25
Процент
70.6
29.4



1971
101
40
Процент
71.6
28.4



1972
240
85
Процент
73.9
26.2



Всего
461
157
Процент
74.6
25.4

Данные о 618 арестованных показывают, что более четверти из тех, кто был заподозрен в участии в вооружённой организации, являлись женщинами. Причём, это соотношение участия гораздо выше, чем можно было бы ожидать, и, как можно убедиться, с течением времени данные параметры только увеличиваются.

4.5. Национальность

648 задержанных, то есть подавляющее большинство боевиков «Тупамарос», являлись уругвайцами по национальности и гражданству. Только 12 из общей суммы, т.е. 1.8 процента, были натурализованными иностранцами: это пятеро испанцев, трое бразильцев, двое аргентинцев, один венесуэлец и один египтянин. Для такой страны как Уругвай, где всего 40 процентов населения имеют испанское происхождение, а все остальные – иммигранты первой или второй волны, такое представительство иностранцев вовсе не кажется странным, а даже наоборот.

Если предположить, что данные цифры отображают реальную картину кадрового состава «Тупамарос», то выводы могут быть следующими: охватывая своим влиянием различные сектора общества, организация вбирала в себя множество самых разных людей, самого разного социального происхождения. Но, как правило, подавляющее большинство боевиков являлись молодыми уругвайцами, не старше или чуть старше 25 лет. Можно отметить довольно высокую долю женщин, а так же немалый процент образованных людей.

Данные, предоставленные здесь, не дают никакого ответа на вопрос о социальном статусе лидеров движения. Однако, исходя из неформальных опросов наиболее значимых арестованных главарей движения (а это Рауль Сендик, Хорхе Манерас Льюверас, Мареналес Саенс, Хуан Альмиратти, Эктор Амодио Перес, Рауль Бидегайн, Альберто Кандан Грахалес и Люсия Тополански), можно заметить, что всё это люди, в основном, тридцатилетнего возраста и чуть старше, принадлежащие к высокообразованной прослойке общества, все – уругвайского происхождения.

4.6. Внутренняя организация

Основной оперативной единицей «Тупамарос» являлась ячейка. Она состояла как минимум из двух, но обычно не более чем из шести человек. В каждой такой ячейке имелся оперативный руководитель, как правило, назначенный Исполнительным Комитетом. Существовал порядок, в соответствии с которым, по коллективной просьбе бойцов ячейки, руководитель мог быть снят, а на его место назначен другой. Члены ячейки не знали подлинных имён друг друга, они использовали прозвища, поддельные документы и легенды, полученные ещё на стадии отбора. Все элементарные единицы организации делились на две категории: боевые и обслуживающие.

Боевые ячейки, были укомплектованы «комбатантами», - наиболее опытными и доказавшими свою преданность делу «Тупамарос» бойцами, в ведении которых находилась непосредственно военная деятельность. Они должны были исполнять задачи вооружённой пропаганды, репрессий и саботажа, утверждённые руководством. 

Обслуживающие ячейки были составлены «активистами» - людьми, осуществлявшими техническое обслуживание боевых ячеек. Иными словами, они были ответственны за подготовку мест встреч, содержание конспиративных квартир и укрытий, приобретение еды и одежды, сбор разведывательных данных, иногда лечение, изготовление взрывчатки и починку оружия, решение проблем транспорта и коммуникаций.

Каждая ячейка, - боевая или логистическая, - считала необходимым наладить работу собственной локальной информационно-пропагандистской сети. Иными словами, они должны были поддерживать контакты с симпатизантами и «периферийными».

«Периферийными» именовались товарищи, сохранявшие свой легальный статус и работавшие на организацию лишь время от времени. Они несли ответственность за распространение пропагандистских материалов и связи «Тупамарос» с массами, изыскивали сочувствующих, новые информационно-разведывательные и технические источники.

Симпатизантами назывались те, кто, в той или иной форме, оказывал сознательную помощь «Тупамарос» в приобретении оружия и химических веществ, предоставлении медицинской и правовой помощи, убежищ и необходимых материалов.

На основе разведывательной информации, собранной сочувствующими, руководители ячейки выносили те или иные предложения на суд Исполнительного Комитета, который, на основе полученных данных, корректировал тактику организации и планировал акции.

Деятельность каждой ячейки координировалась непосредственно членами ИК.

Несколько ячеек составляли колонну; чисто административную единицу, ответственную за контроль той или иной географической области. Колонны охватывали своим влиянием Монтевидео и ещё семь зон уругвайской провинции. Формируя колонны, «Тупамарос» получали тактическое преимущество за счёт разделения труда и знакомства самих бойцов с географическим районом действия, в котором обычно они сами же и проживали. Однако в Монтевидео, где географическая специализация не так важна, как в сельской провинции, некоторые колонны исполняли крайне узкие обязанности, как в случае с медицинской колонной, ответственной за деятельность подпольных госпиталей по всей столице.

Колонные не являлись постоянными боевыми отделениями, но только административными единицами, созданными для содействия и координации действий отдельных районных групп. Контакты между ячейками, согласно законам сепарации (никто не должен знать больше, чем необходимо для его работы) были сведены к минимуму, и осуществлялись исключительно через руководителей ячеек.

Исполнительный Комитет являлся центральным руководящим органом «Тупамарос» с постоянным членством, которое, однако, могло быть изменено решением большинства самого Комитета или же Национальным Собранием. Члены ИК, именовавшиеся «лидерами», ведали как военной, так и политической деятельностью организации. Они могли сохранять или не сохранять легальность, но обязаны были отдавать всё своё время организации. Именно ИК подбирал цели для партизанских атак и разрабатывал военные планы этих акций. В целом, ИК ведал всей деятельностью организации, корректируя, оценивая и утверждая планы военной и политической деятельности, а так же предложения, внесённые низовыми группами. В случае необходимости, ИК мог ликвидировать или реформировать любую ячейку или колонну, назначать ответственных за исполнение конкретных задач, применять дисциплинарные меры, распределять денежные, материальные и человеческие ресурсы, имевшиеся в его распоряжении. Каждая ячейка через своего лидера находилась в контакте с координатором колонны, который, в свою очередь, был связан с ИК.

Национальное Собрание, по крайней мере номинально, являлось высшим органом управления «Тупамарос», и представляло собой собрание представителей всех партизанских ячеек. НС проводилось раз в 18 месяцев или по требованию ИК или трети рядовых членов «Тупамарос». В реальности, НС проводилось лишь дважды – в 1966 и 1968 годах. Основной целью собрания являлся выбор нового ИК, обсуждение широкого спектра идеологических вопросов, а так же стратегии и тактики. Очевидно, что накал борьбы между партизанами и уругвайской полицией просто сделал невозможным дальнейшее проведение столь широких заседаний, сопряжённых с немалым риском. В связи с этим, в 1970 году ИК отказался от дальнейшего осуществления практики НС, заменив его локальными сходками боевиков для обсуждения рабочих документов, эссе и директив. Именно благодаря этому менее опасному методу внутренней демократии, осуществлялось общение между массами рядовых партизан и руководством организации.

Вследствие мер безопасности, вступление в ряды организации представляло собой довольно строгую и длительную процедуру. Очевидно, поручительство в этом деле играло большую роль: поручитель предоставляет организации всю информацию о кандидате – его привычки, профессиональные навыки, степень развития политического сознания, особенности личности, социальные связи, состояние здоровья и т.д. Среди личностных черт, считавшихся наиболее ценными для будущего боевика, выделяли дисциплинированность, хладнокровность, физическое здоровье и силу, послушание, обладание различными техническими навыками, способность к подчинению и адаптации к жёсткой иерархической системе командования. Наиболее плохими чертами являлись неосторожность и отсутствие благоразумия, болтливость и хвастовство. Как отмечалось в специальном пособии для новобранцев, «…помните, что вашими худшими врагами являются хвастовство и неосмотрительность, недисциплинированность и сплетничество. Не спрашивай ничего, не говори ничего, не позволяй никому говорить тебе что-то». В другом документе подчёркивалось, что все качества боевика перечёркивают два порока – несдержанность и отсутствие уверенности в собственных действиях.

После получения необходимого доступа к делам организации, рекрут как правило назначался для работы в качестве «активиста», т.е. сотрудника логистической службы. В то же время он проходил строгую программу обучения, приобретая необходимые военные и политические знания и навыки. После окончания курсов, человек становился настоящим «тупамаро», завоёвывая возможность активного участия в деятельности, несущей с собой гораздо большую ответственность и степень риска.

Те из «Тупамарос», кто входил в боевую организацию или же находился на нелегальном положении, отличались большим аскетизмом в своей повседневной жизни. Обыски на конспиративных квартирах выявляли большие физические неудобства, испытываемые подпольщиками в условиях тайного существования. Однако, несмотря на отсутствие отдыха и личной жизни, организация предоставляла своим членам вполне сносную еду, одежду и медицинскую помощь. «Тупамаро», живущий в подполье, получал некоторое денежное пособие в соответствии со своим рангом. Дисциплина здесь поддерживалась строжайшим образом, в том числе – и с помощью репрессивных мер.

Как уже отмечалось, вся внутренняя структура организации выполняла основные требования безопасности, главным из которых являлась сепарация. Совершенно естественно, что, как и в других подобных организациях, в «Тупамарос» соблюдалась внутренняя цензура и строгое следование принципу «каждый должен знать только то, что необходимо для его работы». Помимо этого, дабы к минимуму свести вред, который может нанести организации боевик, попавший в руки властей и начавший давать показания, в «Тупамарос» применялся ряд особых мер. Известно, что боевики одной ячейки не знали подлинных имён друг друга, контакты между разными ячейками были сведены к минимуму и касались только непосредственной деятельности организации, а перемещение из одного убежища в другое происходило всегда с завязанными глазами.

Но сепарация имела и свои недостатки. Например, соблюдалось тотальное подчинение приказам, что способствовало осознанию каждого партизана, что он является лишь легкозаменяемым винтиком гигантской машины.

Некоторая децентрализованность давала возможность разработки каждой ячейкой оперативного плана атаки, однако ни у кого, кроме ИК не было полномочий решать, на кого именно нападать.

В случае, когда несколько ячеек контактировали друг с другом в контексте планирования или подготовки какой-либо сложной операции, сепарация могла быть (и часто являлась) большой помехой или вообще причиной полного краха, так как партизаны различных ячеек не знали друг друга, и лидерам ячеек трудно было восстановить порядок.

Ещё одним недостатком сепарации являлось то, что она гораздо лучше работала внизу, чем в верхних эшелонах. Действительно, захватив одного из боевиков, или даже целую ячейку, полиции или армии практически никогда не удавалось идти дальше. С другой стороны, захватив лидера ячейки, можно было с уверенностью сказать, что в руки правоохранительных органов вскоре попадут не только все члены её, но и, возможно, лидеры других боевых единиц, с которыми имел контакт арестованный. Со временем, когда полиции стало известно гораздо больше о внутренней структуре «Тупамарос», раздробленность казалась всё менее эффективной. Достаточно было раскаяния всего лишь одного лидера, чтобы подорвать силы целой колонны. Правда, руководители, в отличие от рядовых, были менее склонны выдавать имевшуюся у них информацию, даже при тяжёлых и продолжительных допросах.