Страницы

четверг, 27 сентября 2012 г.

Тупамарос. Городская герилья. Идеология


ТУПАМАРОС. Городская герилья (1973)

Артуро Порсекански


Опущена вводная статья, потерявшая свою актуальность, а так же вводные и заключительные параграфы к каждому разделу. Прим.


1. ИДЕОЛОГИЯ

1.1. Видение настоящего

В этом разделе мы хотели бы осветить как можно точнее взгляды «Тупамарос» на уругвайское общество. В частности, их мнение о причинах, вызвавших глубочайшие политические и экономические кризисы, перманентно терзающие Уругвай начиная со второй половины 50-х годов.  Однако нет причин полагать, что анализ верен на все 100 процентов и указанные факторы действительно породили всё то зло, что им приписывают «Тупамарос». Скорее, это вера «Тупамарос»; ряд обвинений в адрес определённых людей, учреждений и политических сил; а так же своеобразный порядок решений и средств, которые могут быть предложены для исправления ситуации.


Как и большинство экономических исследователей, «Тупамарос» полагали, что кризис, захлестнувший Уругвай в начале 50-х, был вызван стагнацией производства и производительности труда, а так же уменьшением мирового спроса на традиционные импортируемые продукты – мясо и шерсть, что и привело к росту безработицы и снижению уровня жизни. Однако, были и другие факторы. Например, развитию сельского хозяйства и тяжёлой промышленности мешали непримиримые противоречия между латифундистами и буржуазией, а так же непродуктивность примитивной капиталистической системы. Помимо этого «Тупамарос» указывают и на другие факторы: такие как фальсификация правительством рыночных стимулов и механизмов, тяжёлое бремя экономического протекционизма, ограничения, наложенные на внутренний рынок и порочность устаревших экономических институтов.

В качестве примера, «Тупамарос» приводят инфляцию, устойчивый рост которой объясняется издержками производства и внутренним давлением, вследствие борьбы между различными секторами общества (латифундистами, предпринимателями, буржуазией, профсоюзами и т.д.), недовольными своей долей национального продукта. Вину за развитие и укрепление этой борьбы «Тупамарос» возлагали на систему стимулирования потребления, свойственную капитализму, и не зависящую от тех или иных временных факторов (правительства, экономических перемен и т.д.).

«Тупамарос» были убеждены, что три важных процесса стали плодом экономического спада.

Во-первых, фундаментальной проблемой «Тупамарос» рассматривали «кризис нации», который «не только не преодолевается, но и ухудшается с каждым днём». Т.е. партизаны имели пессимистический взгляд на развитие национальной экономики.

Во-вторых, в течение многих лет стагнации и инфляции, капиталисты не прекращали получать сверхприбыль, обогащаясь в угоду остальному обществу посредством перераспределения доходов в пользу богатых. Применялась классическая теория кризиса – богатые богатеют, бедные беднеют: «наиболее крупные прибыли получали банкиры, латифундисты, промышленники и торговцы».

В-третьих, инфляция и затяжной экономический кризис серьёзно подорвали престиж Уругвая на международной экономической арене. «Тупамарос» отмечали рост внешнего долга, снижение внутренних сбережений, расширение проблем платёжного баланса, вследствие чего страна всё больше попадала в зависимость от промышленности развитых стран и международного капитала, в данном случае – капитала Соединённых Штатов.

Более важной, нежели просто анализ экономического положения, являлась методология, предложенная «Тупамарос» для решения имеющихся проблем. Они считали, что очень немногого можно достигнуть путём незначительных административных реформ, которые проводит правительство. Напротив, необходимы глубокие структурные изменения, которые повлияют на производство, обмен и распределение продуктов в стране. Однако, богатые и могущественные вряд ли смирятся с потерей части своих богатств и влияния, если бы были предприняты меры по перераспределению земель и доходов. «Тупамарос» полагали, что правительство, действующее с оглядкой на могущественных капиталистов, никогда не решится на проведение подобной политики. Таким образом, «мирное решение проблем нашей страны невозможно, так как оно идёт вразрез с интересами тех, кто имеет всё, с интересами мощных групп влияния, в конце концов, с международными интересами». (Открытое письмо к полиции, декабрь 1967).

Политическая система Уругвая, по мнению «Тупамарос», являлась неэффективной и устаревшей. Политические партии страны неспособны взять на себя обязанности лидера в процессе, который мог бы бросить вызов корыстным интересам, и проводить прогрессивную и справедливую политику. По мнению «Тупамарос» эта недееспособность объясняется тем, что в последние годы традиционные партии Уругвая попали под контроль наиболее богатых слоёв населения. «Олигархи и бизнесмены сегодня лично удерживают рычаги политического управления в ущерб профессиональным политикам» (Документ №5, начало 1971).

В целом, «Тупамарос» рассматривали уругвайскую политическую систему как неспособную исполнять динамичную административную роль, и отвечать на требования людей, возникающие с прогрессом общества и производства. «Если бы нынешнее правительство Уругвая могло бы дать ответ на требования рабочих, не было бы никаких причин для конфликтов [между «Тупамарос» и правительством]».

«Тупамарос» так же обвиняли чиновников в повальной коррупции, и заявляли, что, вместо того, чтобы решать социально-экономические проблемы страны, ухудшающиеся с каждым днём, они стали союзниками богачей и олигархов, стали прислужниками режима «работающего на благо горстки привилегированных лиц».

Окостенелость и невосприимчивость правительства к требованиям рабочих, являлись, согласно «Тупамарос», тем фактором, который и породил вооружённое движение. В 1961 году группа молодых рабочих и социалистов возбудила волнения среди сахарных рабочих северных провинций Сальто и Артигас. Во главе с молодым адвокатом Раулем Сендиком, рабочее движение прекратило выдвигать обычные требования об улучшении условий труда (которые так и не удовлетворялись), а начало напрямую требовать экспроприации и перераспределения необрабатываемых земель крупных латифундистов. Два популярных слогана стали обобщением потребностей рабочих: «Земля тем, кто её обрабатывает» и «За землю и Сендика». Пройдя около 350 километров, манифестация прибыла в Монтевидео дабы выразить свои требования. Правительство ответило арестами и нападениями подконтрольных фашистских банд, породив огромное разочарование среди людей: законодательная и исполнительная власти остались глухи к справедливым требованиям. Проведя некоторое время в тюрьме, полностью разочаровавшись в традиционной легальной политике, Рауль Сендик и его товарищи решили, что, если система неспособна выслушать их, они не станут более тратить силы на бессмысленные просьбы. Некоторое время спустя после этого, Сендик и его друзья из студенческой среды образуют «Движение Национального Освобождения – Тупамарос».

Для инициаторов вооружённого действия, беспомощный и бессмысленный крестьянский «Марш на Монтевидео» стал доказательством того, насколько бесполезными стали каналы обычного правового политического участия масс. Свидетельством того, что политические партии не желают слушать просьб своих избирателей, не желали вникать в проблемы тысяч крестьян, лишённых земли, в то время как огромные территории (зачастую заброшенные) принадлежали горстке латифундистов, приближённых к властям. Таким образом, бедственное положение крестьян вылилось в рождение партизанской организации.

Оправдывая своё решение поставить себя вне правовой системы, «Тупамарос» писали несколько лет спустя: «Мы поставили себя вне закона (…) потому что это единственная честная позиция в ситуации, когда закон не равен для всех, когда закон защищает ложные интересы меньшинства, игнорируя большинство, когда закон направлен против прогресса страны, и когда даже те, кто создал закон, ставят себя вне его рамок в любое удобное для себя время» (Открытое письмо к полиции, декабрь 1967)

Таким образом, «Тупамарос» рассматривали сложившуюся политическую систему как главный фактор кризиса.

Они обвиняли экономические структуры в том, что традиционные партии не в состоянии модернизировать страну. Они обвиняли политическую систему в элитарности и в пренебрежении интересами народа в угоду олигархии и латифундистам. Кроме того, они утверждали, что не отсутствие навыков или ресурсов мешает изменить сложившийся порядок вещей; напротив, это является идеологией правящего меньшинства, в основе которого  лежит концепция «сохранения стабильности», т.е. статус-кво.

1.2. Модель для будущего

«Тупамарос» ставили перед собой две конечные цели борьбы: строительство независимого, националистического самобытного общества и установление социализма, как социально-экономической системы для нации.

«Тупамарос», как и прочие латиноамериканские герильерос не рассматривали национализм и социализм в традиционной коннотации, сложившейся в Европе после Первой Мировой, когда национализм противопоставлялся социализму. Напротив, в Латинской Америке эти два понятия рассматривались не только как вполне совместимые, но и дополнявшие друг друга в решении определённых социальных задач (что несколько роднит латиноамериканский национализм со сталинской идеей «построения социализма в отдельно взятой стране»). «Национализм» латиноамериканских левых обозначал отход от политической и экономической зависимости и движение к национальной и культурной самобытности.

«Социализм» же следует понимать как общественный механизм возвращения нации (национальному государству) средств производства и природных ресурсов, централизованного планирования производства, и более справедливого распределения продуктов.

Другие цели «Тупамарос» носили либо общий характер (например, модернизация), либо имели более ограниченный масштаб (аграрная реформа). Они упоминались «Тупамарос», но всегда в контексте национализма и социализма.

1.3 Национализм: В поисках национальной идентичности

Начнём с того, что «Тупамарос» утверждали, что, хотя официально Уругвай существовал как независимое государство в течение почти 150 лет, фактически в политическом, экономическом и военном плане всё это время страна зависела от осей Бразилия-Аргентина и США-Великобритания. Кроме того, «Тупамарос» видели, что так называемое государство-нация Уругвай функционирует исключительно в интересах узкой олигархической прослойки, небольшой группы уругвайцев, сосредоточивших в руках все инструменты управления. Принадлежность к высшим богатым слоям общества органически роднит их и заставляет сотрудничать с аналогичными группами в Европе и Соединённых Штатах, совершенно игнорируя интересы большинства своих соотечественников, едва сводящих концы с концами на земле, где они родились.

Именно уничтожение этих двух целей – доминирования иностранных держав и угнетения национальной олигархией, являлось основной задачей борьбы «Тупамарос». Для партизан противоречия, существовавшие между колониальными державами и их метрополией дублировались на внутреннем фронте противоречиями, существовавшими между олигархией и народными массами.

Естественно, из этих двух врагов подлежащих уничтожению, олигархия занимала более приоритетные позиции, поскольку она просто была физически ближе, нежели «империалистические державы». Для «Тупамарос» наиболее эффективной и наименее затратной была задача полного уничтожения власти олигархии.

«Тупамарос» знали, что в прошлом (да и в настоящем) национализм использовался в риторике различных политических групп, в том числе и самой олигархией, для того, чтобы укрепить свою власть. Как и в Европе, уругвайская олигархия использовала националистический угар в борьбе против интересов масс. Поэтому партизаны хотели придать новый смысл этой старой концепции.

Для них национализм не был риторической маскировкой для привлечения среднего класса и мелкой буржуазии на свою сторону. Он не обозначал простого установления границ и введения государственного протекционизма. Скорее, это был поиск культурной идентичности, связавшей конгломерат рас и народов на общей территории, имевших общие экономические и лингвистические связи, что и отличает их от других народов, которым они были подчинены в прошлом. Речь не идёт исключительно об «уругвайской нации», напротив, для «Тупамарос» вся «Латинская Америка будет великой нацией» (Документ №5).

Действительно, тема потенциала Латинской Америки для того, чтобы стать «Великой Нацией» в горниле борьбы с северным колоссом (США) и другими силами иностранного порабощения, постоянно поднималась различными прогрессивными лидерами континента – начиная от Симона Боливара и Хосе Марти, заканчивая Фиделем Кастро и Хуаном Пероном. Новизна национализма «Тупамарос» заключалась в том, что он не рассматривался исключительно в контексте «освобождения», но являлся необходимым условием для построения социализма. «Тупамарос» утверждали, что полное освобождение от пут империалистических держав не может быть достигнуто исключительно за счёт политической независимости. Только построение социализма даст возможность достигнуть тотального экономического, политического и культурного освобождения.

1.4. Построение социализма

Одной из конечных целей «Тупамарос» являлось строительство социализма – сначала в Уругвае, а затем и по всей Латинской Америке. Методом, используемым для реализации этой задачи, был объявлен марксизм-ленинизм, творчески развиваемый с учётом конкретных исторических условий страны.  По примеру советской стратегии «социализма в отдельно взятой стране», строительство социализма основывалось на создании централизованной правительственной системы, полностью контролирующей экономику, а так же занимающееся более справедливым распределением доходов и продуктов.

Не было никаких сомнений, что захват власти движением будет осуществлён посредством вооружённой революции. Однако социализм, который будет построен после неё, не будет простой калькой модели, уже реализованной в других социалистических странах, но будет проектом, разработанным с учётом конкретных исторических условий развития страны. Для «Тупамарос», очевидно, социализм был националистическим, и не обязательно придерживавшимся «генеральной линии», которую задавал один из полюсов социалистического мира.

Что касается конкретных действий и программ, которые будут осуществляться после захвата власти, их проекты были довольно расплывчаты и туманны. Средства производства перейдут под контроль государства, которое сформирует центральный орган планирования экономики. Так же должна была быть проведена аграрная реформа с экспроприацией латифундий, однако мелким частным сельхозпредприятиям будет позволено продолжить работу. Придерживаясь своих твёрдых националистических убеждений, «Тупамарос» заявляли, что все иностранные предприятия будут экспроприированы безо всяких компенсаций.

Так же отмечено, что, с ростом социалистического производства должен быть реализован один из главных лозунгов социализма – «каждому по потребностям». Некоторые другие реформы в области здравоохранения, образования и благосостояния были представлены в качестве дополнительных преобразований. Можно было ожидать и полного пересмотра уголовного кодекса, куда должен был быть внесён ряд статей, карающих, в том числе, и за сотрудничество с нынешним режимом и империалистическими державами.

В заключение, стоит отметить, что две основные цели, составлявшие идеологию «Тупамарос», нашли своё выражение в главном лозунге партизанского движения – «Родина для всех, или Родина ни для кого!» (Habrá patria para todos o no habrá patria para nadie!), который позднее был принят на вооружение другими левонационалистическими организациями (например, аргентинскими «Монтонерос»). Лозунг ясно указывает на необходимость радикального изменения сложившейся ситуации, когда государство-нация служит не всему народу, а узкой прослойке богачей. Государство-нация «Тупамарос» будет служить исключительно каждому гражданину, совокупность которых составляет коллектив. Никто не будет выброшен на обочину жизни, и никто не будет получать привилегий, недоступных для большинства.