Страницы

вторник, 23 июня 2015 г.

Моро





История Вооружённой Партии 1968-1982

Джорджио Галли



Глава 8. Моро

Итак, 1978 год начинается с целой серии насильственных акций, осуществлённых различными организациями итальянской городской герильи. Только в январе были убиты сотрудник «Фиата» в Кассино Кармине де Роза, флорентийский карабинер Стефано Диониси, нотариус из Прато Джанфранко Спиги, осуществлено нападение на отделение MSI в римском квартале Акка Ларенция, где застрелены неофашисты Франко Бигонцетти и Франческо Чьяватта (в тот же вечер 7 января во время беспорядков, устроенных ультраправыми близ места происшествия полицией был убит ещё один неофашист Стефано Реккьони)…В Милане ранения в ноги получили промышленник Армандо Джиротто (4 января) и менеджер «Альфа-Ромео» Доменико Сегала (16 февраля).

А что же «Красные Бригады»? Значительно усилившиеся в течение 1977 года, -  теперь в распоряжении Моретти имелось около 300 боевиков «регулярных сил» и несколько тысяч членов «нерегулярных» бригад и симпатизантов, - и расширившие своё влияние не только в «промышленном треугольнике» Турин-Милан-Генуя, но и далее – в Венето, Риме, Неаполе и Тоскане, - «Красные Бригады» в начале 1978 инициируют новую национальную кампанию борьбы.


В дополнение к четырём нападениям, осуществлённым в январе («бригадисти» прострелили колени мастеру завода «Фиат» в Турине Густаво Джиротто, руководителю отдела по связям с общественностью телекоммуникационной компании SIP Габриелю де Роза в Риме, региональному руководителю Христианско-Демократической Партии в Генуе Филиппо Пескьера и менеджеру миланского завода «Sit-Siemens» Никола Тома), BR убивают советника пенитенциарного управления Министерства Юстиции Риккардо Пальма (Рим, 16 февраля) и детектива Розарио Берарди (Турин, 10 марта), уже отличившегося в поиске и поимке членов организации. Последняя акция была приурочена к началу в Турине нового судебного процесса над «Красными Бригадами».

Именно в этот момент начинается непосредственная подготовка к акции, которая, по мнению руководства BR, вызовет серьёзный кризис в политических верхах и позволит вытащить из-за решётки значительное количество товарищей, обвиняемых в терроризме.

На самом деле, идея операции похищения крупного государственного деятеля, получившей кодовое название «Фриц», была выдвинута ещё в 1975 году. Но до некоторого времени организация не имела сил для исполнения подобного рода масштабных действий. Гораздо позже, с ростом и укреплением структуры, «бригадисти» вернулись к этому проекту, причём целями похищения рассматривались такие заметные фигуры как председатель совета министров Джулио Андреотти или председатель сената и бывший секретарь Христианско-Демократической Партии Аминторе Фанфани. Однако, меры безопасности, предпринятые для охраны сих государственных мужей, заставили BR переключить своё внимание на Альдо Моро, «профессионального министра», возглавлявшего в разное время пять кабинетов и автора ненавистной концепции «исторического компромисса», суть которой заключалась в разрешении официальным коммунистам участвовать в работе правительства в обмен на фактический отказ Итальянской Компартии от всех революционных идей.

Непосредственными исполнителями операции похищения Моро должны были стать члены римской колонны, которая на протяжении 1977 года значительно окрепла, вобрав в себя, помимо структуры Моруччи, так же автономную группу радикалов с Виа дель Боски и остатки «Вооружённых Пролетарских Ячеек».

Акция вполне вписывалась в стратегическую линию столичной колонны: в отличие от индустриального Севера, в столице Италии не было крупных предприятий, не было организованного промышленного пролетариата, рабочая борьба находилась на довольно низком уровне развития. Поэтому местным «бригадисти» не приходилось думать о том, как связать свои действия с непосредственной борьбой трудящихся за свои права, как делали BR в Турине, Милане, Генуе или Венето, простреливая ноги заводским мастерам или менеджерам. Напротив, римская колонна изначально была ориентирован на осуществление решительных «атак в сердце Государства», имеющих национальный масштаб и производящих громкий пропагандистский эффект.

В феврале 1978 года BR выпускают свою очередную «Стратегическую Резолюцию» весьма воинственного содержания. Подводя итоги прошлых лет, «Красные Бригады» выдвигают амбициозный план «большого скачка»: то есть перехода от «вооружённой пропаганды», - фазы, в которой доселе находится организация, - к «непосредственной гражданской войне» между революционным авангардом и «Империалистическим Транснациональным Государством». В этой связи на данном этапе первостепенным противником обозначена как раз Христианско-Демократическая Партия («партия-государство»), объективно сконцентрировавшая в своих «щупальцах» все рычаги управления итальянским государством.

В начале марта на совещании стратегического руководства назначена окончательная дата исполнения операции – 16 марта, день начала дебатов в Палате депутатов по вопросу доверия христианско-демократическому правительству Андреотти. В первый раз в истории Италии депутаты Коммунистической Партии составляли большинство и большинство это, в конечном итоге, поддержало правительство. Главным архитектором этого шаткого союза как раз таки и являлся президент ХДП Альдо Моро.

Первоначально планировался бескровный захват прямо в церкви Санта-Кьяра на площади Дельфийских Игр, которую Моро посещал по утрам в сопровождении только двух телохранителей. Руководитель римской колонны Валерио Моруччи предполагал, что его людям вполне по силам обезвредить охранников и уйти вместе с заложником через задний выход. Однако опасность вооружённого конфликта, который мог затронуть ни в чём не повинных людей, находившихся на службе, в конечном счёте заставила «бригадисти» отказаться от этой идеи.

Именно после этого был выдвинут проект захвата на улице, предполагавший убийство всей личной охраны Альдо Моро.

На самом деле, несмотря на кажущуюся жестокость акции, получившей в дальнейшем название «резня на улице Фани», BR были весьма озабочены безопасностью обычных граждан. Таким образом, например, вечером 15 марта активисты «Красных Бригад» прокололи все четыре шины грузовичка флориста Антонио Спиритиккио, который каждое утро приезжал на работу на улицу Фани и поэтому мог оказаться в зоне обстрела и быть задетым случайной пулей.

Каким образом «бригадисти» узнали, что автомобиль Моро, регулярно менявший маршрут, проследует по улице Фани, остаётся загадкой. Возможно, членам организации удалось настроиться на волну полицейских радиостанций, но, в любом случае, утром 16 марта кортеж Альдо Моро на пересечении улиц Марио Фани и Стреза уже ожидала засада. Заблокировав движение с помощью автомобиля с дипломатическими номерами (номер был скручен группой Моруччи с машины представительства Венесуэлы ещё в 1973 году), четверо комбатантов, вооружённых автоматами и переодетые в форму лётчиков Alitalia, буквально за несколько секунд ошеломляюще метким огнём уничтожили всех охранников Моро – двух карабинеров и трёх личных телохранителей. Затем президент Христианско-Демократической Партии был помещён в багажник «Фиата» 132 модели, причём предварительно на голову ему был надет мешок. После чего автомобиль похитителей бесследно скрылся.



Операция была исполнена блестяще, что первоначально (и на протяжении ещё нескольких лет) вызывало вопросы об истинных её исполнителях. Кого только пресса и различные конспираторы не назначали ответственными за «бойню на улице Фани» - и сотрудников израильского «Моссада», и советских чекистов, и ветеранов Французского Иностранного Легиона. Однако показания самих участников операции разрушили всю эту замысловатую картину, полную интриг и предположений.

В подготовке операции был задействован практически весь наличный состав римской колонны «Красных Бригад» и даже сверх того – с севера в столицу явились несколько многоопытных партизан, в числе которых руководитель туринской колонны Рафаэле Фьоре и миланский представитель Исполнительном Комитете Франко Бонисоли, с которыми римляне обсудили все технические моменты операции. Оба же, будучи бывалыми комбатантами и искусными стрелками, были включены в основную «группу огня», которая уничтожила охрану. Двумя другими членами ударной группы были избраны сам главарь римской колонны Валерио Моруччи и член «исторического ядра», бежавший из тюрьмы в январе 1977 года Просперо Галлинари.

Рафаэле Фьоре


«Народная тюрьма», в которую был помещён Моро, располагалась в обыкновенной римской квартире на улице Камилло Монтальчини, приобретенной «Красными Бригадами» в прошлом году на деньги, вырученные в ходе похищения генуэзского олигарха Пьетро Косты. В качестве тюремщика выступал владелец квартиры, «инженер Луиджи Альтобелли», под именем которого скрывался римский боевик Джермано Маккари, безвылазно находившийся внутри в течение всего времени содержания.

Уже 19 марта «Красные Бригады» выпускают первое специальное коммюнике, сопровождаемое фотографией пленника на фоне красного знамени с эмблемой BR, заявляя, что Моро будет подвергнут «народному суду», который и решит степень его вины перед страной. Спустя менее месяца, 16 апреля, в сообщении №6 организация уведомит общество, что, по совокупности совершённых преступлений, «народным трибуналом» Альдо Моро приговаривается к смертной казни.


55 дней всемогущая и неуязвимая вооружённая партия шантажировала итальянскую политическую систему убийством одного из влиятельнейших людей страны, находившихся в плену у BR. Полиция и военнослужащие наводнили Рим и близлежащие города, лучшие сыщики страны прочёсывали столицу в поисках «народной тюрьмы», тысячи блокпостов разрезали город, десятки тысяч граждан подвергались обыскам. 21 марта парламентом утверждается ряд специальных законов по борьбе с терроризмом, попирающих элементарные конституционные права. Всё безрезультатно.

Мало того: несмотря на принятые правительством экстраординарные меры безопасности, итальянская герилья продолжала исполнять вооружённые акции по всей стране.

24 марта в Турине был ранен член регионального совета ХДП Франко Пикко, 7 апреля в Генуе аналогичным образом в ноги ранен президент Ассоциации Лигурийских Промышленников Феличе Скьяветти, 20 апреля в Милане командой «бригадисти» были убиты двое тюремных охранников, 26 числа в переполненном полицией Риме комбатанты прострелили ноги бывшему председателю региональной администрации Лацио Джироламо Микелли, на следующий день в Турине ранен служащий отдела трудовых отношений компании «Фиат» Серджио Пальмьери,  4 мая в Генуе совершено нападение на менеджера корпорации «Italsider» Альфредо Ламберти, 5 мая точно такая же участь постигла мастера миланского завода «Sit-Siemens» Умберто делльи Инноченти. К этим довольно громким атакам, демонстрирующим бессилие режима в борьбе с герильей, можно добавить менее известные нападения с целью нанесения физического ущерба: 10 апреля пострадал туринский гинеколог Родольфо Гио, практиковавший подпольные аборты, 22 апреля были простреляны колени у доцента падованского университета, банковского служащего и одновременно депутата от ХДП Энцо Риондато, 6 мая потерял возможность ходить доктор, служащий в миланской тюрьме «Новарра» Джорджио Россаниго, а 8 мая был тяжело ранен медик Национального Института Медицинского Страхования Диего Фава, так же докучавший обвиняемым в терроризме.

В течение всего периода содержания в плену Альдо Моро, «Красные Бригады» выпустили 8 довольно объёмистых коммюнике, в которых объясняли мотивы своей акции, излагали свои цели, а так же выставляли условия освобождения пленника. Главным требованием «бригадисти» было освобождение некоторых политических заключённых, в то время как действовавший за решёткой «Тюремный Фронт» BR предлагал и вовсе обменять Моро на одного, абсолютно любого члена организации, просто для того, чтобы открыть прямые переговоры с государством.  

Параллельно с эти, «бригадисти» грозились опубликовать сведения, полученные в ходе допросов Моро, которые якобы раскроют всю гнилостную суть итальянского государства, безропотно исполняющего приказы империализма, пусть даже они и идут вразрез с национальными интересами и конституцией. Заметим, что, в отличие от похищений Сосси или (чуть позже) Джованни д Урсо, во время которых BR действительно обнародовали весьма компрометирующие протоколы допросов, в случае с Моро этого так и не было сделано. В дальнейшем, участники операции утверждали, что катушки аудиозаписей процесса и оригинальные рукописи самого Моро просто были уничтожены, как не имеющие особой важности, несмотря на то, что в них якобы содержались утверждения и о попустительстве ХДП неофашистскому террору, и о программе спецслужб НАТО «Gladio», направленной на формирование в стране подпольных ячеек для защиты от возможного вторжения СССР и о всевозможных проектах дискредитации левого итальянского движения.

Тем временем, в верхах итальянской политической системы произошёл резкий раскол. «Непримиримые» («фронт твёрдости»), во главе с Андреотти, министром внутренних дел Франческо Коссигой и председателями практически всех партий, заседавших в парламенте (в том числе, и Коммунистической), отвергали любую возможность каких-либо переговоров, в то время как «умеренные» под руководством Беттино Кракси, президента сената Альмиторе Фанфани и бывшего президента республики Джузеппе Сарагата, заявляли, что любое средство, способное спасти жизнь государственному служащему, не может унизить достоинство Итальянского Государства. Однако «умеренные» находились в подавляющем меньшинстве, и не в силах были противостоять аргументам «непримиримых», твердивших о том, что диалог с «Красными Бригадами» может стать прецедентом и удачным примером для аналогичных действий других, подобных же подрывных групп.

Нежелание правительства вести какие-либо прямые переговоры с BR привело к тому, что в последнем, девятом по счёту коммюнике, датированным 6 мая, «бригадисти», в ответ на отказ государства от обмена заключёнными, подводят своеобразную финальную черту: «Мы заканчиваем битву исполнением приговора, вынесенного Моро». Ни увещевания Папы Павла IV, личного друга Моро, который публично обратился к «людям из Красных Бригад», заявив, что он «на коленях умоляет» отпустить пленника к своей семье, ни оппозиция внутри самой организации, ряд членов которой (Моруччи, Бонисоли, Фаранда и другие) были не согласны со смертным приговором, не изменили положения.

Утром 9 мая президент Христианско-Демократической Партии был убит Марио Моретти очередью из автомата в упор. Тело Моро было обнаружено в тот же день в багажнике красного «Рено» прямо в центре Рима, на улице Каэтани, аккурат между площадью Иисуса, где располагалась штаб-квартира ХДП и улицей Боттеге Оскуре, где базировался главный офис Итальянской Компартии. Это последний, и довольно рискованный акт разыгравшейся трагедии. Напомним, что Рим был запружен полицией и армейскими блокпостами, поэтому перемещение даже на несколько сотен метров автомобиля с опасным грузом грозило членам организации встречей с карабинерами или солдатами. И «бригадисти» были готовы к этому, поскольку красный «Рено» с телом Моро в багажнике прикрывало около десятка хорошо вооружённых комбатантов, готовых, возможно, к своему последнему бою. Лауро Адзолини годами спустя говорит по этому поводу: «Рискованно? Это зависит от подготовки…Даже если бы мы наткнулись на полицию, мы бы прошли. Винтовка против винтовки, герилья победила бы, играя на опережение». Моретти в своей книге-интервью вторит ему: «В течение нескольких минут на улице Каэтани мы были сильнее тех, кто представлял Государство».


Эта последняя бравада «Красных Бригад», проект которой возник буквально накануне казни Альдо Моро, была направлена, в первую очередь, против ИКП: тем самым BR высмеивали предательскую концепцию «исторического компромисса» с ХДП, в последний раз попытавшись перетянуть на свою сторону остатки тех радикальных элементов, всё ещё остававшихся в рядах перешедшей на рельсы «еврокоммунизма» партии.