Страницы

понедельник, 8 июня 2015 г.

Последний год Курчио



История Вооружённой Партии 1968-1982

Джорджио Галли


Глава 5. Последний год Курчио


Контрнаступление сил правопорядка обрушились на BR как раз в тот момент, когда должно было произойти укрепление структуры, связанное с успешным осуществлением операции «Подсолнух» и мощнейшим пропагандистским шумом, поднявшимся вокруг него.

Именно после похищения Сосси «Красные Бригады» переходят к новой организационной схеме, которую Роберто Оньибене годами спустя изложил следующим образом: «Высший орган, - стратегическое руководство, - могло принимать решения, имеющие большое значение для организации. Колонны и бригады были приспособлены для осуществления вооруженной пропаганды на фабриках: бригады, состоявшие минимум из трёх товарищей действовали в пределах заводских стен, колонны охватывали уже целые города. С началом периода войны против Государства… мы поняли, что не можем обеспечить своё присутствие на всех участках и во всех секторах страны; то есть, нам стали необходимы мобильные группы, способные работать в Генуе, Риме или Милане, способные быстро перемещаться. Таким образом, были созданы фронты. Кроме того, в схему организации были вписаны нерегулярные силы и симпатизанты; члены нерегулярных сил могли даже входить в стратегическое руководство, но фактически вся исполнительная власть по-прежнему находилась в руках регулярных комбатантов».


Документ под названием «Некоторые вопросы для обсуждения организационного строительства», обнаруженный полицией на базе организации в Пианело Валь Тидоне, гласит: «В истории происхождения нашей организации, имеется ядро товарищей, которые, сделав революционный выбор, завоевали в сражении неоспоримую роль авангарда… Сегодня, с ростом организации и её влияния … этого исторического ядра передовых товарищей явно недостаточно. Становится необходимым переосмысление и расширение рамок руководства организации. Поэтому, в ходе дискуссии, мы предлагаем товарищам сформировать революционный совет, который бы собирал и направлял в нужное русло  всю энергию и потенциал, накопленный в революционных фронтах, колоннах и бригадах нерегулярных сил. Этот совет должен будет обладать максимальной властью в организации».

Стратегическое руководство, - тот самый революционный совет, - организационно дополнялось исполнительным комитетом. Логистический, тюремный и информационный фронты непосредственно подчинялись ИК в деле развития того, что называлось «атакой в сердце Государства».

Судья Джанкарло Казелли, сыгравший большую роль в подавлении итальянской герильи, комментирует: «В теории организационная схема BR базировалась на синтезе вертикальной (бригада-колонна-ИК) и горизонтальной (фронты) структур…Так же, теоретически, фронты должны были работать в своих секторах, изучая и анализируя положение в них для того, чтобы вносить на рассмотрение руководства проекты национальных кампаний….На практике же эта форма не работала, натыкаясь на сопротивление и различные барьеры. Функции логистического фронта фактически были сокращены до минимума – исключительно заботами о безопасности…, в то время как массовый фронт существовал только на бумаге. К концу семидесятых годов преграды бюрократического централизма, тормозившие развитие фронтов, стали причиной яростных атак против руководителей организации со стороны тех, кого было принято называть «историческим ядром BR», а так же многочисленных диссидентов».

Первое собрание стратегического руководства, прошедшее в Венето в конце 1974 года, приняло решение кооптировать на место арестованных Курчио и Франческини Мару Кагол и Джорджио Семерию, в то время как Марио Моретти берёт на себя управление логистическим фронтом.

Примерно в тот же момент родился и проект освобождения Курчио из тюрьмы, основным протагонистом которого, понятно, являлась супруга основателя «Красных Бригад» Маргерита Кагол. Таким образом, после незначительной «тренировки» (нападения на обанкротившуюся фабрику в Пьемонте, где были ранены двое топ-менеджеров, задолжавших рабочим значительную сумму денег) вооружённая команда во главе с Кагол 18 февраля 1975 года успешно и относительно легко проникает в тюрьму в Казале Монферрато (Пьемонт) и освобождает Ренато Курчио. 

Ренато Курчио

Такое подозрительно лёгкое бегство одного из ключевых руководителей вооружённой организации вновь порождает толки о возможном сговоре между «Красными Бригадами» и итальянскими спецслужбами, о возможной «провокаторской миссии» BR. На самом деле, в итальянских тюрьмах тех лет царил форменный бардак, приводивший не только к массовым побегам, но и к грандиозным бунтам, захвату заложников и т.д. Только позже генералом Делля Кьеза будут созданы специальные секции и даже целые тюрьмы для политических заключённых, а пока, в 1975 году, в местах заключения властвует хаос.

Как, впрочем, и на улицах. В феврале 1975, во время судебного процесса над подозреваемыми в поджоге квартиры в Примавалле, где погибли братья Маттеи, на улицах Рима разгораются подлинные бои между левыми и ультраправыми: в ходе одной из стычек застрелен неофашист греческого происхождения (причём, сын коммуниста, бежавшего в Италию от власти полковников) Микис Мантакас. Через несколько недель, уже в Милане, другой молодой человек неофашистских взглядов Серджио Рамелли был забит насмерть молотками и гаечными ключами группой левых. Столкновения между ультраправыми и левыми приобретают перманентный характер. Более того: имеют место быть даже вооружённые стычки внутри самого левого лагеря, как это произошло между членами «Рабочей Автономии» и участниками «Движения трудящихся за социализм».

15 апреля, так же в Милане, во время драки между боевиками «Национального Авангарда» и ультралевыми убит активист социалистического студенческого движения Клаудио Варалли. Начинаются т.н. «апрельские дни», когда город потрясают многотысячные демонстрации левой молодёжи, авангардом которых становится небольшая радикальная группа, образовавшаяся вокруг журнала «Rosso» (Красный), и которая в конце 1976 года преобразуется в «Первую Линию» (Prima Linea).

Группировка эта возникла еще в 1969 году в недрах миланского «Кружка имени Ленина», который затем, развалившись, переродился в 1970 году в «Рабочий кружок имени Карла Маркса» под руководством Робертино Россо, действовавший на фабрике в Сесто Сан-Джиованни. Наконец, к этой радикальной группе присоединились товарищи из Шестой секции «Lotta Continua», когда в 1974 году из 120 членов «группы правопорядка» пятнадцать человек сделали выбор в пользу систематической вооружённой борьбы.

16 апреля 1975, в ответ на смерть Варалли, тысячи молодых леворадикалов попытались атаковать штаб-квартиру MSI в Милане. Начались столкновения с полицией, во время которых грузовик карабинеров сбил насмерть одного из лидеров «Антифашистских Комитетов» Джианнино Цибекки. После этого демонстрации и нападения на полицейских охватили чуть ли не всю страну, оставив после себя ещё два трупа: в Турине частным детективом был убит руководитель «Lotta Continua» Тонино Миччике, а активист Компартии Родольфо Боски был застрелен карабинером во Флоренции. Кроме того, во время штурма римской штаб-квартиры MSI получил тяжёлые ранения левый студент Сирио Паччино.

Напряжение спадает лишь после похорон Цибекки, собравших более 50 тысяч человек, распевающих партизанские песни. Увенчалось мероприятие огромным митингом на Пьяцца Дуомо во время которого на главной сцене появляются вооружённые люди в масках, призывающие к вооружённой борьбе.

Именно в этот драматический период «Красные Бригады» готовят свою первую резолюцию стратегического руководства, выпущенную в апреле 1975 года, которая должна определить стратегическую линию развития дальнейшей деятельности на несколько месяцев вперёд. Примечательно, что именно в этом тексте впервые упомянут термин «Транснациональное Империалистическое Государство» (Stato imperialista delle multinazionali – SIM), оригинальное изобретение-термин, можно сказать, ноу-хау в революционном марксизме «Красных Бригад»:

 «Государство берёт на себя функции большого банка, обслуживающего крупные группы империалистических транснациональных корпораций. Государство становится непосредственным выразителем интересов больших финансовых групп… Государство становится звеном в огромной и агрессивной системе транснационального империалистического капитала».

Вкратце в документе проводится анализ актуальной ситуации – всё та же констатация глубокого кризиса, в котором пребывает режим, всё те же обвинения в оппортунизме в строну Итальянской Компартии, всё то же разоблачение махинаций христианско-демократического правительства, стремящегося подавить рабочее движение… Единственное отличие от прошлых документов состоит в том, что «Красные Бригады» подробно уточняют, в чём заключается их тактика «удара в сердце Государства»:

«Основной задачей революционного действия на данном этапе является максимальная экзартикуляция как политического режима, так и самого Государства. То есть, содействие максимально возможному развитию конфликта между государственными институтами, политическими учреждениями, между сторонниками различных проектов преодоления кризиса и так далее».

Резолюция, форсируя события, провозглашает, что Италия уже находится в стадии вялотекущей гражданской войны, поэтому, помимо основной цели, герилья (городская герилья) должна осуществлять операции, соответствующие указанной фазе развития конфликта:

«…освобождение политических заключённых, акты возмездия в отношении репрессивной тюремной структуры, в отношении антиповстанческих сил различного типа, судебной системы режима, тех журналистских секторов, которые отвечают за развитие психологической войны против нас…»

К моменту выхода в свет этого документа, «Красные Бригады» испытывали значительные трудности из-за сокращения в результате арестов численности активных комбатантов. В связи с этим, примкнувшие к структуре неофиты вынуждены были, несмотря на отсутствие опыта, тянуть на своих плечах всю боевую работу. К примеру, Вальтер Алазия, присоединившийся к организации в начале 1975 года, принял участие абсолютно во всех акциях, осуществленных «Красными Бригадами» в Милане весной-летом того же года: начиная от налёта на офис Христианско-Демократической Партии (15 мая), где местному партийному руководителю Массимо де Каролису «бригадисти» прострелили оба колена, заканчивая похищением промышленника Валларино Ганча (4 июня). Помимо этих двух масштабных операций, BR в тот же период исполнили несколько поджогов автомобилей, принадлежащих руководству туринского «Фиата», а так же организовали вооружённую атаку на штаб-квартиру всё той же Христианско-Демократической партии в Местре.

Что касается похищения Ганча, закончившегося трагической гибелью Мары Кагол, то организация решилась на его исполнение, исчерпав все свои денежные ресурсы. Это было чистейшей воды акцией самофинансирования, подготовленной в страшной спешке. Причём главным зачинщиком проведения её была сама Кагол, ссылавшаяся на опыт латиноамериканских герильерос, давно и успешно практиковавших похищения крупных капиталистов с целью получения выкупа.

Оньибене, находившийся в тот момент уже в тюрьме, тем не менее высказывает свою, и довольно разумную версию провала: «Туринская колонна совершила две основные ошибки: первой был выбор в качестве основной базы операции фермы Спиотта в Арцелло, которая уже использовалась в течение нескольких лет для разных конспиративных мероприятий. Многие местные уже привыкли к нам, знали нас и воспринимали в качестве друзей. Всё это было хорошо, но не для проведения такой боевой акции, какой являлось похищение… Вторая ошибка заключалась в поспешной подготовке и использовании новобранцев, не имевших должного опыта. Полицией был идентифицирован один из автомобилей, участвовавших в операции, его владелец, неофит Массимо Мараски, был схвачен и признался, что принадлежит к BR. Делля Кьеза сразу понял, что похищение – дело наших рук, и что база, где содержится Ганча, находится где-то поблизости».

Похищение, в котором участвовали 6 человек во главе с Кагол, было осуществлено 4 июня. Незадолго до того, как бизнесмен вышел из дому, чтобы на своём автомобиле отправиться на работу, «бригадисти» в ста метрах от виллы Ганча имитировали аварию с участием легковой машины и зелёного грузовика. Как только предприниматель отъехал, спорившие друг с другом участники ДТП резко разошлись и, рассевшись по машинам, направились вслед за ним. Через несколько сотен метров «Алфу-Ромео» Ганча остановили «дорожные рабочие», якобы осуществлявшие ремонт асфальтового покрытия. Один из «рабочих» выбил ветровое окно водительской двери, после чего Ганчия был вытянут наружу, а затем помещён в фургон зелёного грузовика, уже подъехавшему к месту происшествия.

Но пока Мара Кагол составляла требование о выплате выкупа одного миллиарда лир в течение десяти дней, полиция уже вышла на след похитителей. Чисто случайно.

Один из автомобилей, участвовавших в операции, - «Фиат» 124, - буквально за час до её осуществления попал в небольшое ДТП, врезавшись в «Фиат» 500. Двое мужчин, сидевших в 124-ой модели, выказали необычную любезность, предложив 18-летнему шофёру «пятисотки» тотчас же возместить ущерб. Юноша однако предпочёл уведомить о происшествии дядю, который и был владельцем автомобиля. Тот доложил обо всём в полицию, а та, в свою очередь, нехотя принялась за розыски «Фиата» 124, который спустя несколько часов был перехвачен патрулём на окраине городка Канелли. За рулём сидел нервный молодой человек, который попытался скрыться в лесу, но, будучи пойманным и доставленным в участок, неожиданно удивил карабинеров заявлением о том, что он считает себя политическим заключённым. Это то и был 22-летний Массимо Мораски, по наивности наведший детективов на верный след.

Сами «бригадисти», будучи информированы об аресте Мораски, видимо не придали этому никакого значения. На все звонки Мары, Курчио и Моретти отвечали, что ситуация находится под контролем.

Возможно, так оно и было.

На следующий день наряд карабинеров в целях осмотра территории прибывает к одиноко стоящей ферме в Арцелло. Полицейские может быть и не обратили бы на неё внимания, но наличие припаркованных возле дома двух автомобилей возбудило их подозрения. На стук, дверь лейтенанту Умберто Рокка открыл суровый молодой человек, поинтересовавшийся, что им нужно. Карабинер попросил молодого человека выйти на улицу, после чего тот, мгновенно вытащив из-за пазухи гранату, метнул её в сотрудника. Взрывом лейтенанту Рокка оторвало левую руку выше локтя и выбило глаз.

Начался настоящий бой. Из дома выбежали тот самый молодой человек и женщина, вооружённая автоматом, которая кинула в сторону двух других полицейских ещё одну гранату. После чего оба, сев в один из автомобилей, попытались скрыться. Вслед за этим на улицу выскочили ещё двое «бригадисти», которые открыли огонь по ошарашенным карабинерам, убив капрала Джованни д Альфонсо.

Тем временем четвертый карабинер Пьетро Барберис сумел перекрыть полицейским автомобилем дорогу беглецам и открыл по обеим машинам огонь из пистолета. В итоге, одна из них, скатившись на обочину, врезалась в иву, а другая, под управлением Мары, въехала в первый автомобиль. Выскочившие из первой машины двое комбатантов, отстреливаясь на ходу, собирались было скрыться, но их остановил вид раненой Кагол, бросившей оружие и поднявшей руки.

Как только Барберис приблизился к женщине, её товарищ, оставшийся в салоне, метнул ещё одну ручную гранату в сторону агента правопорядка. Уклонившись от взрыва, Барберис открыл беспорядочный огонь, тяжёло ранив Кагол, которая умерла спустя несколько минут. После этого трое участников похищения скрылись в лесу. Причём полиции так никогда и не удалось установить, кем были эти трое.



Ганча был освобождён.

События 5 июня впоследствии получившие имя «Битвы в Арцелло», превратились в один из первых «героических мифов» «Красных Бригад», окружённых одновременно романтическим и трагическим ореолом.

Между тем, в обществе, и даже в левой среде распространилось убеждение о том, что по «Красным Бригадам» нанесён смертельный удар: аресты 1974-75 годов, разгром нескольких крупных материально-технических баз, наконец, гибель одного из основных боевых руководителей «сражающейся партии» - всё это вкупе приводило к мысли об окончании истории BR.

На самом деле, это было не так. «Красные Бригады», уже имевшие в левой среде  кое-какую репутацию, довольно быстро компенсировали потери за счёт привлечения вооружённой римской фракции Валерио Моруччи, за счёт остатков разгромленных властями «Вооружённых Пролетарских Ячеек» (Nuclei Armati Proletari), за счёт молодых и горячих выходцев из коммунистических семей (таких, как Вальтер Алазия) и даже за счёт активистов левого католического движения. К последним, например, относятся Барбара Бальцерани и Надя Мантовани, выходцы из среды католических интегралистов, не оставивших своего религиозного рвения даже присоединившись к «Potere Operaio», а затем, после самороспуска структуры, вновь посвятивших себя христианской миссии по уходу за детьми-инвалидами, где, собственно, их и обнаружил прибывший в декабре 1975 года для организации римской колонны Марио Моретти. 

Надя Мантовани

Барбара Бальцерани

В январе 1976 года эта маленькая столичная группа входит в контакт с местной организацией «Вооружённая борьба за пролетарскую власть» (Lotta armata per il potere proletario), образованной на основе вооружённого крыла «Рабочей Власти» (Lavoro Illegale - Fronte Armato Rivoluzionario Operaio) Валерио Моруччи и Адрианы Фаранды. К тому моменту банда Моруччи уже имела за плечами некоторый опыт в проведении боевых операций: к примеру, в 1975 году боевиками LAPP был осуществлён бескровный теракт на телефонной станции в столичном квартале Эур. В конце этого же года Моруччи и его группировка входят в «Вооружённые Коммунистические Формации» (Formazioni Comuniste Armate), действующие во Флоренции и Турине. Именно в этот момент и начинаются переговоры о присоединении группы Моруччи к новообразованной римской колонне «Красных Бригад».

Валерио Моруччи и Адриана Фаранда

Забавно, что Моруччи, ещё будучи лидером «Lavoro Illegale» пытался в конце 1971 года наладить контакты с малочисленными тогда ещё «Красными Бригадами», но из этого ничего не вышло. Сам он вспоминает о встрече с «бригадисти» в Милане следующим образом: «Они (Моретти и Франческини) были очень угюмыми и закрытыми типами…Я прибыл на встречу в своём жёлто-чёрном «Мини-купере» с красивой блондинкой на боковом сиденье. Они приехали на сером выцветшем «Фиате» с огромным и нелепым багажником. Франческини был в очках, без усов, какой-то сгорбленный, с пепельным цветом лица, сливавшимся с его серой одеждой. Моретти был ненамного более элегантен; одет в абсурдно-большой пиджак в серо-коричневую ёлочку, его огромные уши бросались в глаза».

Франческини в своих мемуарах тоже вспоминает эту встречу: «Он вышел из «Мини-купера» одетым в синюю куртку с золотыми пуговицами, шёлковую рубашку, галстук, дорогущие солнцезащитные очки Ray-Ban. В общем, он производил впечатление фашистского мальчика из буржуазной семьи, которые тёрлись на миланской площади Сан-Бабила… Он предложил присоединиться к «Красным Бригадам», но никто из нас не согласился принять Валерио. Наше недоверие к его буржуазному стилю дополнялось недоверием к «Potere Operaio», и мы решили просто поддерживать отношения, которые и так уже были налажены с ними в контексте логистики».

Переговоры длились вплоть до конца августа 1976 года, после чего структура Моруччи влилась в «Красные Бригады», сыграв решающую роль в формировании римской колонны организации. Но до этого момента FCA успели осуществить ещё одну свою самую знаменитую акцию – 21 апреля вооружённая команда, в которую входили и Моруччи и Фаранда, атаковала автомобиль итальянского нефтепромышленника Джованни Теодоли прямо возле его собственного дома на римской улице Джулия. Моруччи открыл левую дверь и из автомата VZ 61 Scorpion прострелил обе ноги бизнесмену, после чего комбатанты удалились.

Уход Моруччи поставил FCA в тяжелейшее положение, поскольку весь активный состав организации теперь сократился до семи человек. Тем не менее, взяв себе новое имя «Союза Сражающихся Коммунистов» (Unita Comuniste Combattenti) товарищи продолжали борьбу, осуществив в период 1976-77 годов полтора десятка акций в Риме, Флоренции и Палермо. В конце 1978 большая часть состава UCC вливается в «Первую Линию», в то время как оставшееся меньшинство в Алессандрии и Неаполе продолжает исполнять мелкие акции вплоть до декабря 1979 года.

А тем временем аресты и задержания продолжались. 3 мая 1975 года магистрат Розарио Берарди (будет убит «Красными Бригадами» 3 года спустя) в Турине проводит спецоперацию, в ходе которой арестованы Ариальдо Линтрами и Тонино Пароли, члены «исторического ядра» местной колонны. 6 июля, так же в Турине, задержана Чезира Карлетти, участница антифашистского сопротивления, «Бабушка Мао», которая в свои 63 года оказывала изрядную материально-техническую помощь организации, содержа скобяную лавку, использующуюся «бригадисти» для конспиративных встреч и хранения некоторых материалов.

18 июня полиция раскрывает ещё одну базу BR в Баранцате, где арестованы Пьерлуиджи Цуффада и Атилио Казалетти – оба члены «исторического ядра» BR и участники освобождения Курчио.

4 сентября в окрестностях Понте ди Брента после перестрелки, в которой потерял жизнь карабинер Антонио Ньедда, был захвачен Карло Пиккьюра, руководитель венецианской колонны BR. Вместе с ним был арестован и Луиджи Деспали, который, однако, вскоре был освобождён и в интервью журналу «Rosso» сообщил, что полиция применяет к арестованным политическим пытки и избиения.

30 сентября в другом столкновении с полицией была ранена и захвачена Паола Безускио. 10 ноября в Павии арестован Умберто Фариоли, один из основателей «бригады» на заводе «Сит-Сименс», уже попадавший за решётку в мае 1972 года, но отпущенный по причине серьёзного заболевания. 20 октября в Милане задержан комбатант BR «второго призыва» Джованни Баттиста Миагостович.

Паола Безускио

24 декабря опять же в Павии арестован Фабрицио Пелли, соратник Франческини из Реджио-Эмилии, член «исторического ядра», покинувший «Красные Бригады» для организации альтернативной группы городской герильи, получившей имя «Формаций Сражающихся Коммунистов» (Formazioni Comuniste Combattenti). Пелли умрёт в тюрьме 8 августа 1979 года от лейкемии, в то время как его «ученики», так же вышедшие из «Красных Бригад» Коррадо Алунни и Сузанна Ронкони, ставшие руководителями FCC, сумеют избежать ареста и в дальнейшем присоединятся вместе со своей группой к «Первой Линии». 

Фабрицио Пелли

Менее месяца спустя, 18 января 1976 года в Милане на улице Мадерно были арестованы Ренато Курчио и Надя Мантовани, оказавшие отчаянное вооружённое сопротивление, в результате чего был ранен сам Курчио, а так же бригадир Лючио Прати. Спустя полчаса, непосредственно вблизи конспиративной квартиры, где проживал Курчио, были задержаны ещё трое «бригадисти». 22 марта на центральном вокзале Милана карабинерами был идентифицирован член стратегического руководства Джорджио Семерия. Отстреливаясь, он попытался бежать, но, получив тяжёлое ранение в грудь, был задержан. Фактически с этого момента единственным руководителем BR, оставшимся на свободе становится Марио Моретти. 

Джорджио Семерия

Столь существенные потери личного состава привели к тому, что организация в течение нескольких месяцев была способна исполнять лишь незначительные акции, такие как экспроприация «Народного Банка» в Лониго (Венеция), осуществлённая Пиккьюрой и Рокко Миколетто 15 июня 1975, экспроприация кассы больницы «Сан-Мартино» в Генуе 8 октября, короткие похищения Энрико Боффа (21 октября), руководителя корпорации «Singer» и муниципального председателя Христианско-Демократической Партии в Риволи, и Винченцо Казабона (22 октября), руководителя отдела персонала генуэзского механического завода. Кроме того, 17 декабря в Турине в ходе нападения были прострелены ноги руководителю медицинской службы завода «Фиат» Луиджи Солера, в то время как в Милане (10 декабря и 13 января) и Генуе (14 января) были осуществлены атаки на четыре казармы карабинеров (в Генуе одновременно произошли два нападения) с применением взрывчатки и огнестрельного оружия.