Страницы

понедельник, 25 октября 2010 г.

MONTONERAS PATRIA LIBRE (Интервью с "товарищем Антонио")

Эдуардо Кортина

В качестве введения

В течение июля 2010 года я добился встречи с бывшим боевиком эквадорской  революционной организации «Montoneras Patria Libre» (MPL), представившимся как «товарищ Антонио», который предоставил историческую документацию этого движения, и ответил на некоторые вопросы, касающиеся деятельности данной военно-политической организации.

- На персональном уровне, как развивались твои политические взгляды до присоединения к MPL?

- В студенческий период я работал в некоторых левых организациях, таких как «Партия Марксистов-Ленинистов Эквадора». Кроме того, я активно участвовал в деятельности «Федерации Трудящихся Пичинчи» и «Рабочем Доме».

- Каков был мотив присоединения к MPL?

- Революционный компромисс и необходимость развития революционного процесса в Эквадоре. Точно так же, как и в Центральной Америке, и в некоторых странах Южной Америки, здесь вооружённая борьба казалась надёжным путём прихода к власти. Эта была живая идея: блистательная, поразительная, пример преданности и самопожертвования.

- Если это возможно, мог бы ты указать, какова степень твоего участия в деятельности MPL?

- На иерархической лестнице, я стоял где-то в середине. Так же я принимал участие в вооружённых акциях в Эквадоре и Колумбии, где мы действовали вместе с «Армией Национального Освобождения».

- С какого момента ты перестал участвовать в работе MPL, и каковы мотивы данного шага?

- В момент, когда в Эквадоре произошла перестановка сил, и на первое место вышли люди из группы «Alfaro Vive Carajo» (Альфаро жив, чёрт побери!), в то время как «Монтонерас» благодаря предательству руководства планомерно шли к своему провалу. Тогда я уехал в Колумбию, чтобы продолжать свою борьбу.

- В каком контексте произошло появление MPL?

- В момент, когда Эквадор пал в руки ультраправых из «Социал-Христианской Партии», возглавляемым Леоном Фебресом Кордеро. Ещё во время правления демократических христиан Уртадо мы приступили к формированию организации, а после прихода к власти Фебреса Кордеро «Монтонерас» начали проводить свои первые военно-политические операции: в самый разгар репрессий, нарушений прав человека, пыток, преследований и смертей. Так появились MPL.

- Дарио Вильямисар указывает на слияние различных групп, среди которых и часть боевиков AVC, в ходе формирования MPL. Можете рассказать, каких именно идей придерживались эти объединённые в организации группы?

- Да, мы объединили под единым флагом активистов «Революционного Народного Фронта Элоя Альфаро» (FRPEA) и Левых Христиан, то есть членов христианского крыла «Левого Революционного Движения», которые резко порвали с традиционным марксизмом и встали на чисто народнические эквадорские позиции, связанные с идеями Альфаро.
AVC в формировании нашей группы не участвовали. Хотя эта структура и была близка нам стратегически, опираясь на платформу марксизма-ленинизма, национализма и борьбы с олигархией, идеологически MPL было более широким движением, имело более обширную идеологию сопротивления и базировалось на более тщательном изучении эквадорской ситуации. Хотя, мы, как и AVC, считали, что необходимо держаться наших эквадорских корней, поэтому мы и приняли для себя название «Montoneras» - имя сельских ополченцев, благодаря которым в 1895 году Элой Альфаро и пришёл к власти.

- Что позволило унифицировать столь разнообразные политические проекты и организации в едином движении?

- Главным образом, сложившиеся тогда политические обстоятельства борьбы против террористического Государства Фебреса Кордеро и олигархии. Всё это позволило вывести вперёд наши общие идеи социальной борьбы, повстанчества и возможного развития вооружённой борьбы.

- Какие идеологические источники питали доктрину MPL?

- Прежде всего, это «Исторический Проект Освобождения», базировавшийся на народном национализме. Проект, который был инспирирован никарагуанскими сандинистами. Были так же ссылки на марксизм, но больше в контексте методологии, поскольку наши идеологические предпочтения крутились вокруг фигур Руминьяви, Эухенио Эспехо, Альфаро, Симона Боливара – икон нашей истории и, конечно же, примером нового латиноамериканского человека для нас служил Эрнесто Гевара. Наши представления были более чем ясны: практический марксизм, революционное христианство, боливаризм, альфаризм и коренное, народническое мировоззрение. Главным нашим лозунгом являлся слоган «Боливар, Альфаро и Че!»

- В плане программной политики, что предлагало MPL эквадорскому народу?

- «Исторический Проект Освобождения» был программой объединения всех фронтов: сельского, синдикального, военного, студенческого. Объединения для того, чтобы народ с оружием в руках взял власть, установив «правосудие свободы» с глубокими националистическими тенденциями. Говорилось о создании исторического революционного блока с Кубой, Никарагуа и Эль Сальвадором.

- Документация MPL постоянно ссылается на «Проект Радуга», как на стратегический план движения. Что за проект?

- Вкратце, это план работы в народных массах, синдикатах, индейских сообществах, студенческих группах и крестьянских коллективах. Название происходит от индейского мятежа, произошедшего более 20 лет назад, вошедшего в историю как «Восстание Радуги», которое было для нас одним из примеров героической борьбы нашего народа за национальное освобождение.

- Каковы обстоятельства поворота к вооружённой борьбе?

- Международные обстоятельства. Примеры Никарагуа, Эль Сальвадора, Колумбии, шедших в авангарде борьбы. Так же, полная непригодность «формальной демократии» и капиталистической системы. Нужен был удар, подтолкнувший бы эту дряхлую страну в пропасть. Этим ударом должна была стать вооружённая борьба.

- Как стратегическая концепция MPL соотносилась с концепцией «Революционной Народной Войны»?

- Эта концепция указывает, в первую очередь на необходимость «углубления» в народ посредством громадной работы с массами, и уже с этого начинать военные операции территориального характера, то есть, военно-политические оккупации. И MPL и AVC никак не относятся к этой концепцией, поскольку основная ставка делалась на городскую, нежели сельскую герилью. Более того – мы очень ограниченно работали в сельских районах.

- MPL имела постоянную военную структуру, или же каждая отдельная акция осуществлялась разными людьми, вооружившимися по этому случаю?

- Да, мы имели постоянную, но гибкую военную структуру. Каждая отдельная акция осуществлялась ею.

- Действия боевиков были структурированы в определённых рамках, или же организация стремилась к одновременному участию всех членов, как в политической, так и в военной работе?

- Предполагалось военно-политическая активность всех участников движения, подчинённых Национальному Руководству и Высшему военному командованию, которым руководил товарищ «Манэль», лидер военного и логистического крыла MPL

- Какие первые акции военно-политического характера осуществило MPL?

- Одними из первых наших акций были кража шпаги Альфаро и захват «Храма Свободы». Так же мы осуществляли захваты рабочих синдикатов и акции вооружённой и политической пропаганды, направленные против правительства и олигархии. Например, похитив члена Конституционного Суда, доктора Энрике Эчеверриа, мы ударили по Леону Фебресу Кордеро, чьим представителем в высшем судебном органе и был Эчеверриа.

- MPL отстаивала в качестве тактической линии, позицию «интегральной борьбы», то есть, комбинацию всех форм борьбы (политической и военной, легальной и нелегальной, открытой и подпольной). На практике, как развивалась организация в каждой из этих плоскостей? Как координировались эти аспекты борьбы?

- Военный и политические операции всегда имели цель привлечения народных симпатий. Это часто подчёркивал товарищ «Мануэль» и, проводя каждую операцию, мы стремились соответствовать этим задачам. В результате, мы заполучили в какой то момент огромные симпатии со стороны легальных народных групп. Примером этому стала символическая передача мачете «Montoneras Patria Libre» генералу Франку Варгасу Пассос, который после восстания на военной базе в Таура («Эль Таурасо») и похищения солдатами президента Фебреса Кордеро, был амнистирован в обмен на свободу главы страны. После этого мы активно поддерживали Генерала Повстанцев в ходе президентской кампании 1988 года.

- Какая форма борьбы преобладала в истории MPL?

- В основном – вооружённая пропаганда, потому что главной нашей задачей на первых этапах деятельности являлось получение симпатий народа. Развить нашу борьбу более широко нам помешали множество обстоятельств: ограничения в оружии и людях, слабая идеологическая подготовка многих наших товарищей, предательства, пытки и убийства со стороны правительственных сил.

-Какова была внутренняя форма организации MPL?

- Это была вертикальная структура. Высшее военное командование и Национальное Руководство формулировало цели и задачи, которые исполнялись беспрекословно, хотя и существовали определённые каналы для обсуждения.

- Как был структурирован военный организм руководства?

- Существовало Высшее военное командование, составленное из пяти человек, которым подчинялись ответственные лица. Абсолютно все структуры должны были исполнять приказы этого совета.

- Учитывая, что речь идёт о подпольной военно-политической организации, можно спросить – существовала ли какая-нибудь внутренняя демократия?

- Как уже было сказано, имелась возможность дискуссии посредством специально созданных для этого схем. Не могу сказать, что существовала какая-то демократия, поскольку наша концепция организации базировалась на специфической иерархии подпольной структуры.

- Существует мнение о грандиозных финансовых потерях MPL. Так ли это?

- Да, этому есть подтверждения. Например, это касается похищений коммерсанта из Таура, испанца по фамилии Беррокаль, директора столичного ипподрома. Все деньги, полученные за их освобождение, исчезли, так же, как и другие средства, поступившие к нам из Колумбии. Буквально, канули в лету. Сегодня мы знаем, что различные мерзавцы потратили их на покупку квартир, машин, на различные развлечения.

- В момент, когда MPL даёт о себе знать эквадорскому обществу, AVC уже развивает свою военно-политическую деятельность в стране. Как вы можете охарактеризовать AVC?

- «Монтонерас» заявили о себе, когда был оккупирован Алтарь Героев, расположенный на склонах Пичинчи; место, где произошла Битва при Пичинче 24 мая 1822 года – историческая дата освобождения страны от власти Испании. В этот момент AVC действительно уже широко развернули свою борьбу.
Хотя AVC считаются последователями Элоя Альфаро, мы являлись более всеобъемлющим народным движением. Движением, которое претендовало на то, чтобы быть наследником глубоких исторических традиций борьбы нашего народа, берущих начало ещё со времён воинственного инки Руминьяви, возглавившего сопротивление испанскому владычеству.

- Существовала какая-либо координация между MPL и AVC?

- На первых парах, да. Мы координировали наши пропагандистские военно-политические акции. Затем, в виде эпилога, мы даже подписали декларацию совместных действий против режима Фебреса Кордеро.

- Существовала ли координация с другими национальными революционными организациями?

- В контексте работы с массами, мы контактировали с легальными синдикатами, сельскими общинами и некоторыми левыми организациями.

- В середине восьмого десятилетия, в Колумбии состоялась встреча членов местных повстанческих организаций, учредивших координационный центр герильи. В Никарагуа и Сальвадоре подобные же объединённые блоки стали одним из факторов победы герильи. Вы когда-нибудь планировали создать нечто подобное здесь, в Эквадоре?

- Мы рассматривали этот проект с самого начала своей истории, но, к сожалению, различные обстоятельства и работа правительства не позволили нам сформировать подобный блок.

- На интернациональном уровне, с какими революционными организациями поддерживали отношения «Монтонерас»?

- С FARC и ELN в Колумбии, никарагуанским FSLN (Сандинистский Фронт Национального Освобождения) и перуанским MRTA (Революционное Движение Тупак Амару).

- «Монтонерас» принимали участие в действиях революционных организаций в других странах?

- Да. Наши боевики, во-первых, проходили обучение в школах FARC и ELN в Колумбии, со всеми вытекающими. Я сам несколько лет провёл в рядах ELN. Даже сегодня некоторые товарищи продолжают сражаться там.

- Одно из предложений MPL состояло в формировании «Боливарианского Движения Континентального Освобождения». Чем закончился этот проект?

- Полным крахом. Кризис, который поразил AVC и то, что случилось с нами, не позволило даже приступить к реализации данного проекта.

- Эквадор – страна с сильным индейским фактором. Какова была стратегическая линия MPL по этому вопросу?

- Как уже было сказано, индейский народ – часть нашей истории. Мы всегда это ощущали, именно поэтому мы организовали «Проект Радуга», хотя в движении были товарищи, критически относившиеся к индейскому движению.

- Кто был главными лидерами MPL?

-Орландо Перес, Фабиан Рамирес, Лурдес Родригес – господа, которых сегодня мы можем увидеть в легальной политике сотрудничающих с нынешним правительством, что демонстрирует провал нашего «Исторического Проекта Освобождения». На плечах этих «революционных лидеров» лежит тотальное уничтожение наших баз и разбазаривание кадров MPL. Кроме того, с руководством был тесно связан Мао Цзедун  Витери Суньига, о котором сегодня мы имеем точные сведения, касающиеся его работы на режим и ЦРУ. Показания этого человека в «Комиссии Правды» скрыты под псевдонимом «агент 098».
Именно из-за откровенной капитуляции, товарищ «Мануэль» позже, находясь в тюрьме, надавал пощёчин  Орландо Пересу. Это был конфликт простого человека, обладавшего высокой военно-политической подготовкой (каким и был «Мануэль»), с интеллектуальным снобом, политическим импотентом, каким был Перес.

- Какими средствами пользовались «Монтонерас» для того, чтобы донести свою позицию до эквадорского народа? Какие информационные органы, как публичные, так и внутренние, существовали?

- Нашу историческую, националистическую, революционную и преобразовательную позицию мы доносили до людей сначала посредством издания «Montonero», затем, с помощью газет «Мы здесь, дружище» и «Наша Америка». Все эти журналы, само собой, издавались подпольно и ограниченным тиражом.

- Как ты указал ранее, MPL поддержала в 1988 кандидатуру генерала Франка Варгаса Пассоса. Почему вы решили поддержать именно его, не других кандидатов, выставленных левыми партиями?

- Потому что это была фигура, символизировавшая восстание против правительства Кордеро, потому что генерал разделял нашу альфаристскую националистическую позицию, и потому что он был родом из провинции Манаби – точно так же, как и лидер освободительной революции, Элой Альфаро.

- Вы атаковали правительство социал-демократов в тот момент, когда оно пыталось завоевать симпатии народных секторов и начать диалог с повстанческими движениями. Чем вы объясняли такую откровенно воинственную позицию?

- Социал-демократы дурачили народ. Действительно, их политической платформой являлся принцип «движения вперёд», но это был всего лишь маскарад. Это правительство ответственно за уничтожение многочисленных народных и синдикальных организаций, проведённое при поддержке Коммунистической Партии. Рене Мауге, Педро Саад Эррейра – эти коммунистические лидеры сделали достаточно, чтобы прекратить деятельность народных движений и групп. Социал-демократия была лишь ширмой, за которой скрывался олигархический режим, планомерно уничтожавший своих противников. Например, один из наших ключевых персонажей, поэт Густаво Гарсон, был похищен и убит в течение этого правительства. Как и многие другие. Социал-демократы под лозунгом «преобразований» полностью сдали страну Мировому Валютному Фонду, открыли все двери для проникновения монополистического иностранного капитала. Чего там говорить, когда Сесар Вердуга, Министр Правительства и Полиции, откровенно работал на ЦРУ.

-  Какую позицию занимали «Монтонерас» в ходе переговоров о включении структуры AVC в легальную политику?

- Это был откровенный театр, фарс, посредством которого правительство Борха уничтожило AVC. Мы решили продолжать борьбу и действуем до сегодняшнего дня в контексте нового проекта «Comuneros de Liberacion Nacional» (Коммунары Национального Освобождения).

- Но вы же тоже вели переговоры с правительством о разоружении…

- MPL магически исчезло в течение правительства Борха. Национальное Руководство и Высшее военное командование самораспустилось, мотивировав это потерей баз и боевиков. Это было неправдой. Просто руководители оказались слишком оторванными от рядовых членов. Сесар Вардуга заплатил очень много денег нашим руководителям за этот формальный «самороспуск».

- И MPL фактически продолжило вооружённую борьбу?

- Руководителями движения были легальные персонажи, которые и заявили о самороспуске. С этого момента мы перестали рассматривать этих людей в качестве наших лидеров. Многие оперативные базы и рядовые боевики продолжили борьбу под другими знамёнами. Некоторые из них уехали сражаться в Колумбию.

- MPL возникло в 1985 году и не проводило никаких встреч до октября 1991. Почему?

- Потому что первой нашей задачей после создания являлась консолидация масс, а не проведение фиктивных собраний. Мы работали над этим очень тщательно, и в результате – были окружены полицией и военными. Времени на конгрессы и ассамблеи не оставалось – нужно было выживать.

- И с какой целью была проведена эта первая Ассамблея?

- С целью определить дальнейшие политические цели, структурировать военный и политический аппарат, определить географические зоны работы и стратегию борьбы.

- Каковы были основные выводы этой партийной конференции?

- Необходимость реструктурирования организации для продолжения борьбы в контексте «Исторического Проекта Освобождения».

- Первая Ассамблея определила в качестве цели борьбы MPL достижение “Полной Демократии». Что понимают «Монтонерас» под эти словосочетанием?  Каковы отличия этой демократии от современной эквадорской системы?

- Прежде всего, отличия в выборной системе. Мы рассматриваем принцип выборности руководителей членами низовых организаций, в соответствии с теми целями и задачами, которые поставлены перед народом. То есть, мы понимаем демократию как фактор, идущий снизу, с самых низов народа, а не насаждаемый сверху. Сама суть демократии заключается в прямом избрании, без внутренних партийных выборов, с последующим выдвижением, как это заведено в нынешнем Эквадоре.

- Почему сегодня MPL продолжает проводить повстанческую линию в борьбе за демократию?

- Потому что нынешняя демократия никоим образом не является инструментом народа или выражением воли народа. Это фальшивая демократия, построенная на базе избирательных кампаний, финансируемых международной и местной олигархией. Нынешнее правительство Корреа в этом смысле такое же фальшивое, как и прочие.

- В военном плане, что поменялось в стратегии борьбы MPL?

- Мы осознали ошибочность разделения политического и военного аспектов. А в принципе, не изменилось ничего:  тактика, теория и практика идут рука об руку, как об этом и говорил Че.

- Что стало с MPL после проведения первой Ассамблеи 1991?

- Внешние обстоятельства, вроде падения Берлинской стены и развала социалистического лагеря, вызвали огромные идеологические расколы. Это стало дополнением ко внутренним проблемам, вызванным предательством руководства и исчезновением нашего главного военного лидера, товарища «Мануэля», о котором нам до сих пор ничего не известно. Мы не знаем, что с ним случилось после того, как он выехал из Пасто в Кито для реализации одной из миссий.

- Ну и в конце, мог бы ты дать личную оценку историческому значению, ошибкам и промахам, совершённым MPL как революционной организацией?

- «Исторический Проект Освобождения» был очень серьёзным проектом. Под этим названием скрывались стратегии и руководящие революционные принципы, которые до сих пор остаются в сознании некоторых современных революционных боевиков и служат примером для создания новых проектов, возникающих в разных странах. Основной нашей ошибкой являлось доверие к легальным лидерам, оторванным от рядового состава, которые банально развалили организацию за большие деньги: сегодня они являются частью той формальной демократии, которая ни в коей мере не представляет интересов нашего народа, но только интересы олигархии и коррупционеров. Массовая коррупция в якобы революционной партии, является ничем иным как революционной проституцией.