Страницы

воскресенье, 5 мая 2013 г.

APRA: Неудавшаяся революция. 1. Антиимпериализм APRA



APRA: Неудавшаяся революция

1. Антиимпериализм APRA

«Народный Американский Революционный Альянс» (Alianza Popular Revolucionaria Americana – APRA), одна из самых ярких политических организаций латиноамериканского континента первой половины 20 века, чьи доктрины ещё долго оказывали значительное влияние на южноамериканских политических мыслителей, - начиная с Хосе Фигереса и Ромуло Бетанкура и заканчивая Фиделем Кастро и Эрнесто Че Геварой, была основана в Мехико 7 мая 1924 года соратником Хосе Карлоса Мариатеги, левым студенческим лидером Виктором Раулем Айя де ла Торре, изгнанным за «подрывную деятельность» из Перу в октябре прошлого, 1923 года.

Здесь, попав под влияние недавно завершённой Мексиканской революции, восхищённый одновременно и борьбой революционных демократов с их требованиями независимости и социальной справедливости, и борьбой крестьянской армии Эмилиано Сапаты и Панчо Вильи с их проектом аграрной реформы в пользу тех, кто обрабатывает землю, Айя де ла Торре формулирует собственный проект, революционный проект освобождения всей Латинской Америки. 


Виктор Рауль Айя де ла Торре
В том же 1924 году Виктор Рауль по приглашению министра образования СССР посещает Москву, где налаживает связи с представителями Коминтерна и многими деятелями антиимпериалистических движений Азии и Африки. В течение последующих лет он так же посещает Германию, преподаёт экономику в Лондоне, участвует в деятельности организованной под эгидой Третьего Интернационала «Антиимпериалистической Лиги Америк». В эту эпоху в голове Виктора Рауля Айя де ла Торре окончательно кристаллизуется апристская доктрина.

Согласно фундаментальным текстам, борьба против империализма являлась осью политической организации APRA с самого начала. Причём, имелся в виду именно североамериканский империализм. Так, один из пунктов первой политической программы организации, опубликованный в 1926 году, чётко и понятно озаглавлен – «Борьба против империализма янки». Ранние тексты Айя де ла Торре полны яростных нападок на Соединённые Штаты, поэтому неудивительно, что борьба против северного гиганта стала основой апристской доктрины.

С 1924 года Соединённые Штаты рассматривались Айя де ла Торре как основной противник освобождения и развития народов Индо-Америки. Именно этот мощнейший враг должен быть поражён в ходе антиимпериалистической революции, что позволит наконец народам, проживающим к югу от Рио Браво, стать полновластными хозяевами своих собственных земель.

Нужно заметить, что лидер APRA в целом правильно понимал характер империалистического гнёта. Уже в своей первой книге «Эмансипация Латинской Америки» (1927), Айя де ла Торре указывает, что империализм янки поощряет феодальные отношения, способствует укреплению класса латифундистов и олигархов, тем самым препятствуя капиталистическому развитию и зарождению национальной буржуазии. В этих условиях даже об установлении формальной демократии не может быть и речи.

Айя указывал, что правящие слои латиноамериканских государств, - крупные землевладельцы и коммерсанты, - являются органическими союзниками североамериканского империализма, его опорой в деле эксплуатации народов. Это привело к тому, что природные ресурсы независимых стран, проданы или «сданы в бессрочную аренду» США. Учитывая так же то, что американские монополии душат любую конкуренцию, душат мелкое предпринимательство, душат, в конечном итоге, национальную промышленность, ни о какой подлинной независимости Латинской Америки речь не идёт. Континент – лишь придаток Соединённых Штатов, источник сырья и огромный рынок сбыта продукции транснациональных корпораций. За потерей экономической независимости следует потеря и политического суверенитета:

«Куба, Никарагуа, Панама, Санто-Доминго, Гаити являются настоящими колониями или протекторатами империализма янки. Всё это результат «политики проникновения», осуществляемой при прямом соучастии купленных креольских каудильо».

Таким образом, предварительным шагом в осуществлении апристской революции неизбежно становится «уничтожение правящих классов; политическая власть должна быть захвачена рабочими, промышленность должна быть социализирована, а страны Латинской Америки должны объединиться в федерацию. Это единственный путь для победы над империализмом и главная политическая цель APRA».

Однако, недостаточно просто захватить власть. Самое главное – нужно разорвать зависимость латиноамериканских стран от монополистического капитала:

«Поправка Платта» в Кубинскую Конституцию и ситуация в Санто-Доминго, Гаити, Никарагуа и Гондурасе доказывает, что национальный суверенитет прямо пропорционален масштабу финансовых «инвестиций» империализма. Национализация земли и промышленности под руководством производящих классов – это единственный способ сохранения национального суверенитета».
  

Наиболее целостным доктринальным документом, характеризующим позицию организации, является книга «Антиимпериализм и APRA», написанная Виктором Раулем в Мехико в 1928 году, но получившая популярность в Перу лишь в 1936 году. Здесь лидер APRA, уже ощутивший масштаб своих притязаний, выдвигает интернациональную программу «Пяти пунктов», которая должна служить базовой программой для всех международных секций APRA в каждой латиноамериканской стране:

1. Борьба против империализма янки

2. Политическое единство Латинской Америки

3. Национализация земли и промышленности

4. Интернационализация зоны Панамского канала

5. Солидарность со всеми угнетёнными классами и народами мира

Более того, в книге выводится непосредственно концепция столкновения с империализмом, которое будет (и должно) носить вооружённый характер:

«Как в Никарагуа, так и в Гаити, Санто-Доминго и других странах, империализм будет атакован. APRA в этом случае, возможно, возглавит единый фронт и тогда мы повторим всем тем, кто угрожает нашей нации, слова Сандино: «Я не либерал и не консерватор; я только защищаю независимость моей родины». В этом случае единый фронт должен носить военно-политический характер. Борьба будет носить жестокий характер».

Айя предполагал, что средний класс является наиболее страдающим от империалистической эксплуатации народным сектором. Поэтому, именно представители среднего класса должны возглавить антиимпериалистическую борьбу:

«Империализм подчиняет или уничтожает средний класс тех отсталых стран, куда он проникает. Мелкий торговец, мелкий производитель, мелкий землевладелец, мелкий угледобытчик, мелкий коммерсант, интеллектуал или служащий формируют средний класс, в чьих интересах атаковать империализм».

Борьба против империализма должна породить единство латиноамериканских народов, прогрессивную национализацию богатств и объединение трёх наиболее угнетаемых классов – молодого пролетариата, «огромного и невежественного крестьянства» и мелкой буржуазии. Именно они формируют базовый элемент будущего  революционного «Антиимпериалистического Государства»:

«Оно не будет инструментом империализма, но защитником классов, которые его формируют, то есть, подавляющего большинства индо-американского населения. Научно организованная индустриализация ускорит цивилизаторский процесс. Мы получим страны, с высоким развитием экономики и культуры».

Позиция Де ла Торре относительно капитализма базировалось на ленинском утверждении его двойственности: с одной стороны, капитал проводит агрессивную политику экспансии, но с другой – именно он влечёт за собой индустриализацию, улучшение технического производства, научный прогресс. И если Европа и Америка вступили в последнюю, гибельную стадию развития капитализма, то неразвитые страны находятся лишь на первом этапе его развития, когда капитализм имеет ещё позитивный характер. Таким образом, Виктор Рауль настаивает на подчинении капитала государственным нуждам (установлении государственного капитализма), что позволит нейтрализовать его негативные стороны и усилить позитивное воздействие. Таким образом, «Антиимпериалистическое Государство» APRA является госкапиталистической формацией, предшествующей переходу к социализму. Никакой речи об «улучшении капитализма» речи не идёт. Госкапиталистический этап – неизбежный и необходимый шаг для полного упразднения капитализма.

«Если Антиимпериалистическое Государство не разорвёт связи с классическим капитализмом и будет поощрять развитие класса национальной буржуазии, стимулируя эксплуатацию и обогащение, - прикрывая всё это либерал-демократическими лозунгами, - оно очень быстро падёт в объятия империализма, ибо это неизбежно в данных условиях». 

Как мы видим, это напрямую соотносится с политикой, проводимой в СССР, где, после крушения авантюрных и волюнтаристских планов немедленного перехода к социализму, Ленин объявил государственный капитализм единственно возможной альтернативой для столь индустриально неразвитой страны, как Россия, где ещё нет никаких предпосылок для социализации. 

Причём, сходства с советской моделью просто поразительные:

«…после уничтожения феодального Государства, антиимпериалистическое движение (…) намеревается построить новый государственный аппарат, который не имеет ничего общего со «свободным» демократическим Государством, но является аппаратом Государства, находящегося в состоянии войны, где экономические свободы будут ограничены, дабы империализм не мог использовать их в свою пользу (…). В Антиимпериалистическом Государстве (…) неизбежностью так же является ограничение частной инициативы и циркуляции богатств. Антиимпериалистическое Государство, которое руководит национальной экономикой, отвергает индивидуальные и коллективные права, в том случае, если они служат интересам империализма».

Подобные измышления, пышущие своей новизной, не могли не привлечь внимания множества латиноамериканских интеллектуалов, революционных демократов, националистов и борцов против насаждаемых Соединёнными Штатами олигархических диктатур. Айя де ла Торре указал собственный, самобытный путь освобождения для Латинской Америки. Классические марксисты, почувствовав, что концепции APRA выбивают почву у них из-под ног, завязали с Исполнительным Комитетом Апристского Интернационала активную полемику, главным апологетом которой стал Хосе Карлос Мариатеги.

Крупнейший марксистский мыслитель континента, генеральный секретарь и создатель Социалистической Партии, Мариатеги неистово критиковал доктрины APRA, отвергая «революционность» среднего класса, подчёркивая его склонность к соглашательству с крупной буржуазией и империализмом. По его мнению, единственными революционными классами, способными к действительно радикальным переменам являются лишь пролетариат и крестьянство. Ибо, по его мнению, прошли времена борьбы за национальное освобождение, когда мелкая национальная буржуазия возглавляла народную войну, когда она проповедовала революционный национализм. Теперь речь идёт о «втором освобождении», социальном освобождении угнетённых классов, и буржуазия в этом деле никак не может являться опорой рабочего. Максимум, на что способен этот приговорённый к смерти историей класс – это реформизм и некоторое «улучшение» режима угнетения, лишь для того, чтобы отсрочить свою неминуемую погибель. Как показало время, многое из того, в чём обвинял Мариатеги мелкую буржуазию, представителем которой был сам Айя де ла Торре, оказалось правдой.

К сожалению, в апреле 1930 года Мариатеги умер, и публичная полемика с апризмом была прервана. Сменивший его на посту генерального секретаря Эудосио Равинес, преобразовав спустя месяц после смерти Мариатеги Социалистическую Партию в Коммунистическую Партию Перу, начал проводить откровенно сектантскую, ультралевую политику. В годы его руководства партия не только порвала все связи с социалистическим движением, но и развернула гонения против симпатизирующих апризму в собственных рядах. Таким образом, дорога в народ, дорога к сердцам тысяч социалистов и коммунистов, недовольных авторитаризмом Равинеса, для APRA была открыта.

Для того, чтобы проиллюстрировать, насколько апризм 30-х был близок к марксизму, каким соперником он был для марксизма в Латинской Америке, приведём отрывок письма, посланного из штаб-квартиры Апристского Интернационала «ячейке из Куско», - группе марксистских активистов, вознамерившихся присоединиться к APRA:

«Апризм символизирует революционную силу, способную осуществить радикальные перемены (…) Следовательно, апризм символизирует силу, способную установить рабоче-крестьянскую пролетарскую диктатуру, и организовать борьбу этой классовой диктатуры как против империализма, так и против душащих рабочих и крестьян капитализма и латифундизма».

Важно здесь будет заметить, что со временем Айя де ла Торре, как типичный представитель мелкой буржуазии, склонной к шатаниям, постепенно менял свои взгляды, отходил от радикализма тридцатых. Уже в 1940 году главарь APRA начинает говорить об «интер-американизме без Империи», т.е. о равном партнёрстве между Южной и Северной Америкой. И хотя в заявлениях Виктора Рауля всё ещё сохраняется «леваческий тон», происходит отдаление от социалистических требований – теперь Айя де ла Торре говорит уже лишь о демократии и справедливости. Айя объявил «конец эпохи империализма»: после величайшей войны в истории человечества, после демократических заявлений президента Рузвельта, лидер APRA надеялся, что США откажется от своей агрессивной и экспансивной политики. «Эра империализма и Дипломатии Доллара окончена навсегда», - заявил Айя в 1943 году после турне американского вице-президента Роберта Уолласа по странам Южной Америки в связи с включением Соединённых Штатов в активную борьбу против гитлеровских войск в Средиземноморье и Африке. Отныне программа APRA изменена: «борьба против империализма янки» заменена на «борьбу против любого империализма».

Революционный пыл Виктора Рауля иссяк, началась эпоха реформистских заявлений, резко склоняющих позиции APRA вправо. После возвращения Соединённых Штатов к своей старой «политике канонерок», после агрессии в Корее, Вьетнаме, Иране, Гватемале и Доминиканской Республике, Айя уже не менял своих воззрений. Напротив, находясь в заточении в колумбийском консульстве в Лиме, в 1950 году он даёт интервью, в котором поддерживает «борьбу США против коммунизма в Корее». Более того, он обещает послать 5 тысяч добровольцев-апристов на помощь Соединённым Штатам в этой борьбе.

Столь странные заявления бывшего борца с империализмом вызывают окончательный разрыв отношений между ним и той частью апристов, что по-прежнему остаются верными «ортодоксальным» концепциям 30-х годов. Например, такой видный представитель APRA как Гильермо Карнеро Хок, идеолог «индианизма», вовсе отвернулся от своего старого товарища.

Началась активная внутренняя дискуссия, получившая название «Первый Почтовый Конгресс», так как вся полемика, учитывая тот факт, что большая часть руководителей APRA после провального мятежа 1948 года находилось в эмиграции, шла посредством писем. Мануэль Сеоане и Луис Барриос, заместители Айя де ла Торре, прислали маэстро гневное письмо, в котором требовали созыва руководства для обсуждения новых заявлений и корректировки линии партии. Они напомнили, что именно Соединённые Штаты на протяжении 100 лет буквально терроризируют страны Латинской Америки и вообще весь мир своей «политикой канонерок». Они напомнили, что именно США поддерживают диктатора Мануэля Одрию, ставленника перуанской олигархии, от которого в колумбийском посольстве и прячется Виктор Рауль. Так же, как поддерживают олигархические диктатуры Сомосы, Трухильо, Переса Хименеса. Они подчеркнули, что иллюзии вокруг «новой политики президента Рузвельта» рухнули перед фактом продолжения «старой империалистической политики». Наконец, предложение послать пять тысяч молодых апристов на войну в Корею эти выразители мнения «ортодоксальных секторов» APRA назвали просто «чудовищным»:

«Наша молодёжь может отдать свои жизни во имя перуанской революции, носящей социальный характер, или же во имя индо-американской солидарности, но никогда она не будет участвовать в новом холокосте, который устроили гринго в Корее ради создания буферных зон в Азии».

Кроме того, Сеоане и Барриос подвергли критике синдикальный аппарат апристской организации, руководство над которым перешло под контроль «проамериканских элементов», проводящих политику раскола единого рабочего движения. Они отвергли тезис о том, что Холодная Война вынуждает организацию встать на сторону того или иного лагеря. Напротив, «столкновение двух сил даёт шанс слабым народам на освобождение». Подчёркивая традиционный антикоммунистический характер APRA, они, тем не менее, указывали, что это не даёт повода для «автоматического» присоединения к антикоммунистическому блоку во главе с североамериканцами:

«Мерзавцы те, кто стремится преобразовать критическую полемику Партии в отношении коммунизма и Советского Союза в определённую позицию, чтобы получить похвалу и поддержку реакционных сил империализма».

Не менее жёстко они критиковали отказ Виктора Рауля от прошлых антикапиталистических позиций: ведь теперь он говорил о том, что «демократия и капитализм способны разрешить самые острые проблемы мира». Это было совсем не то, что ожидали услышать тысячи перуанских апристов от своего маэстро. Их духовный лидер ныне толковал о незначительных социальных реформах, противореча собственной позиции, выведенной в 30-х годах, когда он требовал национализации земли и промышленности, которая положит конец индивидуальному присвоению и неограниченному обогащению отдельных лиц. 

В конечном итоге, представители APRA разгромили статью Айя де ла Торре, опубликованную в журнале «Life», в которой главарь партии с теплотой отзывается о преступном режиме Одрии, критикуя лишь его поведение в отношении него самого, Айя де ла Торре, вынужденного скрываться от преследования под крылышком колумбийских дипломатов. Видимо, писали Сеоане и Барриос, Виктор Рауль забыл о тысячах апристов, брошенных за решётку, о десятках убитых, об ограничении гражданских свобод, о распродаже родины. Мелкобуржуазный индивидуализм затмил Айя де ла Торре сознание, он лишь озабочен собственной персоной.

Письмо не принесло никаких результатов. Без поддержки рядовых апристов, продолжавших пребывать в состоянии подполья, Сеоане и Барриос были не в силах бороться против партийной бюрократии, сохраняющей верность Айя де ла Торре, не способной критически мыслить, принимая слова Шефа как руководство к действию. Оба были изгнаны из партии в ходе Конгресса в Монтевидео в 1954 году, который официально закрепил новые ориентиры APRA, отказавшись от прошлой антиимпериалистической и антикапиталистической позиции.

Почему же так произошло? Почему базовые элементы организации не смогли ничего противопоставить предательству собственного руководства? Дело в том, что с самого своего основания, идеологию APRA определял лишь один человек – собственно, Виктор Рауль Айя де ла Торре. Апристские интеллектуалы могли анализировать линию партии, но определял её только один Шеф. Никто более не обладал таким весом и авторитетом как он. Даже Мануэль Сеоане, пытавшийся посредством ревизионистских публикаций повлиять на партийный курс, не смог добиться успеха, и был изгнан. Чуть позже, в 1959 году мятежную фракцию молодых «ортодоксов» от апризма под лидерством Луиса де ла Пуэнте Уседа («мятежный APRA») постигла та же участь. Айя де ла Торре был общепризнанным «духовным отцом» организации, и апристы не мыслили партию без него. Умри он, возможно, внутри движения разыгралась бы бурная борьба между последователями Виктора Рауля образца тридцатых и сторонниками Виктора Рауля образца пятидесятых. Но он был жив. И обладая исключительным даром демагогии, легко опровергал собственные же ранние программы.

Тем временем, «идеологическое скольжение вправо» Айя де ла Торре приняло необратимый характер. Он поддержал свержение ЦРУ гватемальского президента Хакобо Арбенса в 1954. Аплодировал смещению «гориллами» аргентинского правительства Хуана Перона годом позже. Тогда же, на специальной пресс-конференции, наконец покинувший посольство Виктор Рауль объявил, что с империализмом вовсе не нужно бороться. Коммунисты специально демонизируют западный империализм лишь для того, чтобы установить свой, «красный империализм», гораздо более чудовищный. На самом деле, необходимо просто нейтрализовать все негативные стороны империализма.

Из программы APRA «пропадают» пункты о борьбе с империализмом, требование интернационализации Панамского канала и проведения национализации земли и промышленности.

В 1956 году APRA был легализован правительством – отныне партия получила возможность открыто участвовать в политической жизни страны. И в этом же году APRA окончательно утрачивает своё прежнее лицо, превращаясь в «партию представительной демократии». Генеральный Секретарь Рамиро Приале, с благословения Виктора Рауля, вносит ряд поправок в программу, отказавшись от «утопии политического единства Латинской Америки», признав «необходимость инвестиций в страну американского капитала» и откинув окончательно идеи интернационализации зоны Панамского канала.

Описывать дальнейшую деятельность партии не имеет смысла. Поддержав политику Союза ради Прогресса, видя в ней отражение своей собственной программы, апристская организация превращается в оплот реакции. Она яростно нападает на Кубинскую Революцию, видя в ней «империалистическую агрессию Москвы против демократического режима Батисты». После того, как кабинет Кеннеди делает первые шаги в направлении организации вторжения на Кубу, лидеры APRA наперебой приветствуют подобные начинания, заявляя, что США имеют «полное право» на освобождение острова из-под ига «красной диктатуры Кастро».

Затем, в 1965 году Айя де ла Торре становится одним из тех, кто горячо требует от правительства полного уничтожения левых партизан в самом Перу. На этом этапе партия активно сотрудничает не только с правительством Белаунде, но и с «Национальным Союзом Одриистов» - партией «сахарных баронов» и крупных латифундистов, мечтающей о возвращении на президентское кресло Мануэля Одрии. В 66 посетив Бразилию, где уже два года у власти находится военная хунта, Виктор Рауль отмечает, что здесь он «видит отличные примеры подлинной демократии».

История революционного альянса завершилась. 


По материалам книги Nelson Manrique «Usted fue aprista! Bases para una historia crítica del APRA»