Страницы

понедельник, 6 января 2014 г.

Actas Tupamaras. 1966. Операция Рабочая Касса.



Операция Рабочая Касса

Август 66-ого. Рассматриваются различные варианты осуществления акции самофинансирования. В результате, решено нанести удар по банковскому агентству «Рабочая Касса».

Эта акция станет шагом вперёд в техническо-тактическом отношении; станет операцией, не имеющей аналогов до того момента. Впервые решено проникнуть в банк ещё до его открытия и оставаться там в течение четверти часа. Исходя из этих объективных условий, выбор пал на здание агентства «Рабочая Касса» с высокими, задрапированными тяжёлыми шторами окнами, мешающими обзору снаружи. Кроме того, здесь имелась боковая дверь, выходившая в тихий переулок, что давало возможность миновать парадный вход, расположенный на улице с интенсивным движением. И, наконец, в первый раз будет использована машина поддержки, в салоне которой, на всякий случай, будут находится товарищи, переодетые в полицейскую форму.


Среди прочего, визуальное наблюдение установило, что первым в банк входит швейцар. Делает он это в 12 часов. Войдя через парадный вход, он закрывает двери, а затем открывает служащим и охранникам, явившимся на работу.

Двое или трое служащих имеют ключи и проникают в банк самостоятельно. В 13 часов прибывает грузовик IBM: из него выходит человек, - иногда, двое, - и оставляет у дверей деревянный саквояж с банковской документацией, необходимой для дневной работы. Получив у швейцара какие-то бумаги, он удаляется. Этот же швейцар уносит саквояж в банк.

Операция должна начаться в момент, когда швейцар входит в учреждение. Товарищ, переодетый в полицейскую форму, требует отворить, после чего обезвреживает работника. Почти одновременно с этим, парами внутрь входят ещё четверо товарищей. Затем таким же образом должны быть обезврежены ничего не подозревающие служащие и охранник, пришедшие на работу. Так же необходимо задержать пассажиров автомобиля IBM, поскольку, заметив что-либо подозрительное, они могут подать сигнал полиции. Эта обязанность ложится на плечи товарищей на улице, чей автомобиль расположен так, чтобы предотвратить возможный отъезд грузовика.  Предполагалось, что ключи от хранилища находятся у руководителя учреждения, а так же у кассира, поскольку они приходят позже всех, - около часу дня, - после чего банк открывает свои двери для посетителей. Вся акция была детально распланирована, шаг за шагом, движение за движением, рассмотрены все возможные проблемы и методы их решения так, чтобы не провалить операцию, чтобы избежать малейшей опасности для рядовых граждан, которые будут находиться в окрестностях банковского отделения.

Всего в операции задействовано 14 человек – 12 мужчин и две женщины. Пятеро входят в оперативную команду, а остальные исполняют вспомогательные функции. Используется 4 автомобиля: 2 легальных и 2 «оперативных», т.е. угнанных.

Первой проблемой, вставшей перед организацией, являлся оживлённый бар напротив здания банка, из окна которого товарищи не раз вели наблюдение за учреждением. Но в момент операции ни к чему привлекать ненужное внимание публики. Поэтому решено припарковать на тротуаре грузовик, закрывающий весь обзор.

Вскоре возникла ещё одна трудность.

За два дня до акции кто-то сказал, что полицейскую форму необходимо выстирать и отгладить. Слишком уж долго она хранилась сложенная. Так долго, что её ещё не сразу удалось найти. Когда же она была извлечена на свет божий, товарищи ахнули: они опасались полицейского обыска, берегли форму в самых потаённых уголках конспиративных квартир, но удар в спину им нанёс гораздо менее крупный вредитель. Крысы прогрызли дыры в обмундировании.

Брюки…ладно, брюк больше нет. Крысы начали с них, затем перебрались к пиджаку, проделав огромную дыру на месте кармана, а после буквально слегка обглодали верхнюю часть форменной рубашки.

Игла, нитка, шерсть, немного смекалки, и вуаля – через день товарищи щеголяют в уже практически новой полицейской форме. Полностью обновлены штаны, включая даже синие лампасы, таким же образом починен пиджак и рубашка.

Итак, униформа в порядке, «оперативные» автомобили готовы, приходит день операции – 13 августа.

В половине одиннадцатого утра напротив окон бара паркуется грузовик. Около 12 часов в окрестности банка прибывает оперативный автомобиль: в разных местах из него выходят пять человек ударной группы чтобы к назначенному времени добираться до места действия своим ходом.

В 12.15 приходит швейцар. Открывает двери, входит, запирает за собой. Посредством условных сигналов координатор подаёт сигнал к началу. В полном сборе к зданию подходит оперативная группа.

Вооружённый лишь одним пистолетом «Маузер», фальшивый полицейский в форме приближается к дверям. Словно заправский страж порядка, он идёт по тротуару со скучающим видом, выражая лицом полнейшее безразличие к своей рутинной работе.

Между тем, напротив парадного входа останавливается фургон «Фольксваген»; в кузове находится товарищ с ружьём; другой товарищ на водительском кресле «внимательно читает» развёрнутую газету, наблюдая за ситуацией; третий сошёл на тротуар и, с крайне скучающим видом, покуривает сигаретку. Через несколько улиц отсюда стоит машина поддержки с двумя товарищами в салоне, которые в четыре глаза внимательно следят за тем, что происходит вокруг. В двух кварталах далее, в пределах прямой видимости, стоит третий, «перевалочный» автомобиль с одним шофёром. В тридцати метрах от парадного входа, на углу здания банка, находится девушка-координатор, подающая сигналы всем прочим участникам. Наконец, в нескольких сотнях метрах отсюда, на автобусной остановке, откуда обычно отправляется пеший полицейский патруль, стоит другая девушка, готовая тотчас же сообщить об опасности. Из бара напротив ещё один наш соратник безостановочно названивает в банк, дабы заблокировать аппарат.

В 12.20 к парадному входу подошёл полицейский. Позвонил. Одновременно с этим, на некоторой дистанции отсюда расположились две пары товарищей: двое слева и двое справа парадной двери, обозревая через окна внутренние помещения банка. Они ведут себя очень естественно – смеются, болтают, и особого волнения не выказывают.

Тем временем, швейцар открывает двери. Приученный годами своего обыденного труда к автоматизму, он не обращает совершенно никакого внимания на лицо полицейского. Главное, что тот облачён в форму и у него табельный пистолет. Глаза, волосы, походка – швейцару до этого дела нет. Поэтому буквально механически он отворяет дверь офицеру, впускает его, закрывает, а после поспешно удаляется куда-то внутрь. Удивлённый такой халатностью «полицейский» пытается идти вслед за ним. Даже не оглядываясь, продолжая свой поспешный марш, швейцар коротко молвит:

- Слушайте, оставьте свои шуточки.

«Полицейский» не останавливается. Обернувшись, сотрудник банка видит перед собой ствол пистолета. Раздражённый, он взрывается:

- Не играй с оружием, дуралей!

Между тем, четверо оставшихся снаружи, подходят к дверям. Они закрыты. Что произошло? В нервном напряжении, они топчутся близ входа, дёргают за дверь, ждут.

А внутри «полицейскому» стоило больших усилий убедить швейцара в том, что это всё не шутка. Наконец, служащий осознаёт своё положение. Тогда «полицейский» возвращается и открывает дверь для своих товарищей. Чтобы оставаться неузнанными, - в тот момент все они ещё сохраняли легальный статус, - все пятеро натянули на носы широкие платки. Затем они распределились по помещению: один охранял швейцара в туалете; другой уселся у окна с тяжёлыми шторами, украдкой выглядывая наружу и ожидая условных сигналов с улицы; двое других остались у дверей для того, чтобы обезвреживать всех входящих, - в задачу одного из них входило сопровождение этих лиц до туалета; наконец пятый блуждал по зданию в поисках возможного оружия. Вскоре благодаря его наблюдательности было обнаружено, что на крыше противоположного дома улеглись загорать две девушки: их позиция позволяла видеть весь интерьер банка сквозь незашторенное окно под потолком. Этого-то они не могли предвидеть! Предположив, что странные движения внутри банка могут возбудить подозрения у этих дам, было решено, что двое товарищей, ожидающие прихода служащих, будут изображать из себя машинописцев. К счастью, девушки даже и не собирались смотреть в сторону банка, иначе они бы точно позвонили в полицию, увидев, что за пишущими машинками сидят двое типов с платками на лицах.

С разницей в несколько минут к зданию подошли двое служащих. В 12.50 к ним присоединились ещё двое. Вдруг наш наблюдатель из «Фольксвагена», «читавший» за рулём газету, подал сигнал о приближении настоящего полицейского. Товарищи приготовились, но тут вместо звука дверного звонка они услышали лязг ключей. Стремглав они бросились по коридору в сторону приёмного зала. Дверь открылась, вошли служащие, за ними полицейский, закрывший дверь за собой. Только тогда из зала выскочили наши молодцы и без лишнего шума задержали всех пятерых. Те не оказывали никакого сопротивления. Больше всего был напуган сам полицейский: он тотчас же начал просить пощады, лепетал, что у него есть дети.

Теперь в туалете были заперты уже шестеро. Каждому служащему персонально был задан вопрос о ключах от хранилища, и все они лишь мотали головами в ответ. Этот же вопрос был задан им всем вместе, но ответ был аналогичен – у них нет ключей. А между тем приближалось время открытия. Нервное напряжение возрастало. Близ парадной двери уже слышались голоса. Через глазок было видно: да, это уже подошли клиенты.

В 12.55 раздался звонок в дверь: это сотрудник электрокомпании пришёл проверять показания счётчика. Ему открывает один из товарищей, представившийся работником банка, сопровождает его по коридору до счётчика, ждёт, пока он проделает свою работу, а после столь же спокойно выпускает. Его отпустили, потому что спокойное состояние товарища, как бы исполнявшего свою рутинную работу, явно не вызвало у инспектора никаких подозрений, а так же потому, что всё ещё сохранялась опасность того, что девушки, сидящие на крыше, увидев, как рабочий электрокомпании входит и больше не выходит, могли заподозрить неладное. Теперь же, этот инспектор покинул здание в полной уверенности, что внутри ничего особенного не происходит.

Около часа дня прибыл грузовик IBM. Из кабины вышел лишь один человек. Увидев, что на его обычном месте парковки стоит «Фольксваген», он вынужден был поставить своё авто метров на 20 подальше. Разобравшись с местом стоянки, работник IBM вытащил из кузова увесистый саквояж и направился к дверям, гостеприимно отворившимися перед ним. Когда он находился уже в проёме, куривший близ «Фольксвагена» товарищ всем телом кинулся на него, буквально забросив того внутрь вместе с его чемоданом. Двери закрылись. Спокойно вернувшись на своё место у грузовика, он увидел, как один из детишек, игравших на улице в 15 метрах от дверей, стремглав побежал куда-то в сторону. Заметил что-то и теперь спешит в полицию? Нет, это всего лишь эпизод игры.

Задержанного сотрудника IBM потащили в туалет, который, как оказалось, более не может вместить в себя никого. Тогда его отводят в зал, где укладывают на пол среди стульев так, чтобы его не могли видеть девушки с крыши.

13 часов. Количество клиентов увеличилось, возникла настоящая очередь. С короткими интервалами, задыхаясь от спешки, с опозданием явились ещё двое банковских служащих.

13 часов 5 минут. Уже наступило время открытия, а ключей от хранилища ещё нет. Значит, они у кого-то из служащих, но никто не признаётся в этом. Время поджимает. Нет иного выхода, кроме угроз и запугивания. Не остаётся ничего другого, как ударить кого-нибудь из них, размахивая перед носом острым ножом, который в таких делах действует гораздо эффективней, чем револьвер (Нож бесшумен и гораздо более впечатлителен; он увеличивает «силу убеждения» в разы, даже лучше, чем это делает огнестрельное оружие. Приставленный к телу, вкупе  с угрозами немедленно убийства, он выглядит более серьёзно и убедительно). И если ключи здесь, они должны появиться. Но, все в один голос повторяли: «Они у директора, они у директора». А директора-то нет! Когда он придёт?! Нервы на пределе.

Почти десять минут второго. Клиенты на улице уже волнуются. Среди них наши девушки, одна из которых покинула свой пост на автобусной остановке. Видя, что посетители пришли в беспокойство, одна из них смотри на часы, а потом громким голосом говорит другой: «Ещё без десяти час». Клиенты слышат это и думают про себя, что их часы спешат. Они полагают, что буквально через несколько минут банк откроется. Дожидаться этого момента большая часть людей отправляется в бар напротив.

Внутри продолжается нервное ожидание. И вот уже принимается решение позорно удалиться, как вдруг слышится лязг ключей у двери. Чуть задержавшись, толстый директор, взволнованный и вспотевший, словно вихрь мчится по коридору. Вихрь, который внезапно иссякает, наткнувшись в зале на дуло пистолета, направленное ему в лицо. Без лишних слов, - на них уже нет времени, - товарищи требуют ключи. Директор пытается протестовать, но получает удар в живот. Достаёт ключи. Между тем, как двое товарищей набивают сумки, третий ведёт директора обратно в зал и заставляет лечь на пол вместе с остальными. Тот возмущён: ведь его рубашка будет грязной. Товарищи не настроены пререкаться: директор тут же оказывается на четвереньках, посланный на пол ударом под колено. Он остаётся в этой позе в течение минуты, пока один из проходящих мимо не наносит ему ещё один лёгкий удар – на этот раз по руке. Бунтующий директор наконец оказывается на полу всем телом.

Почти одновременно со всем этим, снаружи раздаётся условный сигнал тревоги. Следуют несколько секунд томительного напряжения, уже щёлкают затворы пистолетов. Товарищ у окна выглядывает на улицу и видит полицейский патруль, медленно идущий мимо банка. Не более чем повседневный обход. Все вздыхают свободно.

В 13.18 всё кончено, товарищи покидают зал и идут к выходу. Чтобы избежать ненужного внимания к денежной сумке, разыгрывается спектакль «инкассации банка». Бравый, готовый к отражению возможного налёта «полицейский», торжественно становится на выходе. С большой долей естественности тотчас за этим выходят «инкассаторы» с сумками и влезают в кузов «Фольксвагена». «Полицейский» так же садится в авто, и грузовик отъезжает. Товарищи удаляются от банка, к парадному входу которого из бара напротив уже возвращаются клиенты, возмущённые тем, что учреждение так долго не открывается. Их голоса слышат лежащие на полу служащие. Смущённо, они встают и направляются к выходу.

Спустя полчаса один из членов группы поддержки уводит грузовик, всё это время припаркованный перед окном бара. Операция завершена. Её финансовым итогом стала потеря «Рабочей Кассой» суммы в 350 тысяч песо, значительной суммы по тем временам.