Страницы

четверг, 30 января 2014 г.

Actas Tupamaras. 1969. Операция "Центральная Тюрьма"



Операция «Центральная Тюрьма»

Июль 1969. Так ли неуязвима Центральная Тюрьма Монтевидео? Можно ли вытащить оттуда нескольких товарищей?

Эти вопросы, периодически возникавшие в среде «тупамарос», привели к тому, что Организация приступила к исследовательской работе в этом направлении. Не потому, что она действительно хотела провести «операцию по спасению» из цепких лап буржуазного правосудия своих товарищей. Нет. Речь не шла ни о какой конкретной акции. Скорее, это был задел на будущее; карта, которую можно было бы разыграть в своё время.

Были исследованы окрестности тюрьмы. Ага. Рядом располагался довольно дешёвый отель. Один из товарищей снял там номер. Потом, используя какой-то формальный повод, он поднялся на крышу. Спокойно осмотрев зону с высоты птичьего полёта, он пришёл к выводу, что доступ на крышу тюрьмы возможен с крыш соседних с ней зданий.

Вот только есть ли в этих домах какие-нибудь помещения, сдающиеся в аренду?


Наобум было избран один из домов. И вдруг выяснилось, что вход в подъезд здесь открыт днём и ночью. Один из пронырливых товарищей исследовал дом: поднявшись по лестнице, на последнем этаже он наткнулся на две двери. Одна, ведущая на крышу, была заперта, другая же оказалась открытой. За нею пряталась маленькая тёмная коморка. Толстый слой пыли и обилие паутины говорили о том, что здесь давненько никто не бывал.

На другой день, использовав воровскую отмычку, двое товарищей пробрались на крышу. Подобно многим жителям столицы, они совершенно спокойно улеглись «загорать», не вызывая ни у кого никаких подозрений. Таким образом, в течение некоторого времени они находились в каких-то 10 метрах от крыши тюремного здания. Погревшись под солнышком ещё пару раз, товарищи досконально изучили ситуацию и пришли к выводу, что операцию по освобождению заключённых провести вполне реально. Но только ночью.

Тогда возник следующий вопрос: в какой форме должна быть исполнена акция?

Невозможно непосредственно перепрыгнуть с одной крыши на другую. Между ними значительное расстояние; в самом узком месте – более трёх метров. Да и тут возникает препятствие – двухметровая стена небольшой пристройки, видимо – тюремного радиопередатчика. В дополнении к этому, по всему периметру крыши идут струны колючей проволоки, прибавляя ещё полтора метра высоты.

Значит, необходимо будет перепрыгнуть на стену, проползти по ней, перерезать колючую проволоку, и наконец оказавшись на крыше, пройти по ней более 40 метров до окон камер шестого этажа. Окна эти представляют собой крохотные отверстия 40 на 45 сантиметров, служащие исключительно для подачи воздуха. Ещё одна беда была в том, что одно из окон отеля выходит аккурат в сторону тюрьмы, что определяет необходимость пересекать крышу ползком, чтобы не быть замеченным из него.

Оказавшись над камерами, товарищ, используя верёвочную лестницу, передаёт через окошко арестованному отвёртку, с помощью которой тот демонтирует перфорированную стальную пластину, закрывающую окно со стороны камеры. Сняв её, товарищ получает снаружи оружие и инструменты, - специальные ножницы по металлу, - необходимые для удаления решёток и металлических сеток, медную проволоку и пластичный жгут, с помощью которого будет связан охранник, а так же резиновую обувь.

Освободив окно, арестованный, в случае, если освобождению будут подлежать несколько товарищей, должен пойти в туалет, обезвредить и связать по дороге охранника, после чего, забрав у него ключи, открыть двери других темниц. Затем, переодев резиновую обувь, товарищи вылезают в окно и по верёвочной лестнице забираются  на крышу, доползают до радиобудки, и перебираются на соседнюю крышу. Здесь они переодеваются и спокойно выходят на улицу, не вызывая никакого подозрения. Входная дверь подъезда дома расположена всего в 8 метрах от главных ворот тюрьмы, где, как выясняется, расположен усиленный пост вооружённой охраны.

Оказавшись наконец на улице, товарищи садятся на общественный автобус – лучшее средство оперативного отхода. Хотя, если того потребуют обстоятельства, можно будет использовать для этой цели автомобиль.

Для такой операции необходимы различные материалы, которые должны быть куплены, сконструированы или приспособлены:

1) Надёжные и небольшие кусачки для резки колючей проволоки;

2) Верёвочная лестница 2 метра в длину и 40 см в ширину с деревянными ступеньками, облицованными резиной для проникновения с крыши в камеру;

3) Десятиметровая верёвка, использующаяся в качестве страховки во время спуска и подъёма по верёвочной лестнице;

4) Своеобразный рабочий жилет, имеющий много вместительных карманов, сделанный из серой ткани. Он будет использоваться товарищем, который спускается с крыши к окнам камеры для того, чтобы передать арестованным инструменты и оружие. Каждый инструмент, в свою очередь, должен иметь ремень для фиксации его на запястье, дабы избежать риска падения;

5) Крепкая отвёртка не более 20 мм в диаметре, которая будет передана в камеру сквозь отверстия перфорированного стального листа;

6) Для удаления решёток и стальной сетки необходимы специальные полутораметровые ножницы с усиленными ручками. В каждую ручку вставлены болты, соединённые между собой стальными тросиками, и прикреплённые к механизму ручной винтовой передачи. Таким образом, благодаря этому незамысловатому устройству, работа значительно ускоряется: для того, чтобы перерезать стальной прут решётки, товарищу достаточно лишь применить усилие в затягивании винтового механизма. Это единственный способ добиться результата, так как физическое состояние того, кто будет резать решётки, заранее неизвестно, и вполне вероятно, что «классическим» методом одновременного нажатия на рычаги ножниц добиться не удастся ничего. Помимо этого, существует опасность того, что тюремная охрана, по своей доброй традиции, устроит неожиданный ночной обыск: в таком случае столь громоздкий инструмент просто не удастся спрятать. Для разрешения этой проблемы будет изготовлен красивый богато инкрустированный     футляр красного дерева, внутри которого обычно хранят деликатные музыкальные инструменты.

Вскоре было готово всё необходимое для осуществления этого прекрасно продуманного плана. И лишь различные тактические обстоятельства помешали реализовать его в двух конкретных случаях: после арестов Хорхе Манера и Родригеса Рекальде.

И вот наступает конец июля 1969 года. Несколько «тупамарос» были накрыты полицией на одной из загородных ферм, использующейся в качестве оперативного склада. После предварительных следственных действий они были размещены в камерах шестого этажа Городской Тюрьмы. После консультаций, было принято решение о проведении операции по освобождению соратников из неволи. Акция будет осуществлена вечером в субботу: в тот момент, когда тысячи граждан запрудят тротуары, автобусные остановки, бары и кинотеатры, расположенные вблизи тюрьмы, создавая благоприятную ситуацию для отхода.

В операции задействованы две группы хорошо вооружённых товарищей: оперативная группа составлена из 4 товарищей, команда наблюдения и поддержки – из 9. Пять автомобилей припарковано в окрестностях тюрьмы на случай каких-либо непредвиденных ситуаций.

В половину десятого вечера мероприятие началось.

Группа поддержки и наблюдения находилась на месте до половины одиннадцатого. Затем часть группы отошла и вернулась на изначальные позиции только через час.

Почему это произошло? Потому что вмешательство группы было необходимым и обязательным только в том случае, если операция будет раскрыта в период с 21:30 до 22:30. Или в 23:30, когда четверо товарищей в сопровождении беглецов появятся на крыше соседнего с тюрьмой здания. Если же операция будет раскрыта между половиной одиннадцатого и половиной двенадцатого, то группа поддержки не должна была вступать в действие, ибо в этот период оперативная группа будет находиться на крыше тюрьмы, и в случае какой-либо опасности вырваться из этой мышеловки не было абсолютно никакой возможности. Если бы это случилось, двое наблюдателей подали бы сигнал тревоги остальным семерым, и группа поддержки просто удалилась бы.

Обе группы поддерживали связь между собой через портативные уоки-токи. В то время как в 21:30 товарищи оперативной команды вошли в подъезд соседнего с тюрьмой здания, остальные рассеялись по близлежащим барам, скамеечкам и автобусным остановкам.

Пройдя в здание, товарищи, «вооружёнными» чемоданами и футляром для виолончели, на лестнице столкнулись с какой-то женщиной. Запахло провалом. Тут один из них, состроив весьма наглое лицо, подходит прямиком к даме:

- Кого-то ищете, сеньора?

- Нет, нет, сеньор. Большое спасибо, - лепечет смущённая и удивлённая женщина, второпях спускаясь по лестнице.

К счастью, это была не местная жительница, а, должно быть, гостья кого-либо из обитателей дома.

Преодолев это незначительное препятствие, товарищи продолжили подъём. Наконец, они на крыше. Тьма такая, что хоть глаз коли.

После этого они направляются в комнатку, где один из них надевает жилет, в карманах которого находятся оружие и инструменты. Всё готово, они вновь выходят на крышу и идут в направлении стены, на которую нужно подняться.

Но карниз частью обрушен, а тот уступ, что остался от него не внушает никакого доверия. Но его невозможно не миновать; для того, чтобы забраться на стену тюрьмы, нужно пройти по нему несколько метров.

Проходит 5, затем 10 минут. Товарищи яростно спорят и в этой жаркой дискуссии очевидную победу одерживают те, кто утверждает, что в данных обстоятельствах ничего больше сделать нельзя. Вся операция летит к чертям из-за какого-то проклятого карниза!

Жилет снят, все инструменты оставлены в маленькой комнатке, товарищи выходят в подъезд.

В 12 ночи во время общего совещания, на котором лихорадочно идёт поиск выхода из сложившегося положения, сделан вывод о необходимости применения специальной лестницы, которую можно было бы перекинуть непосредственно с крыши на крышу, не касаясь парапета. И тут же возникает новая проблема: каким образом пронести прямо под носом у тюремных охранников почти трёхметровую лестницу.

Кто-то назвал имя мастера, который мог бы это сделать. Он срочно вызван из дома на ночное собрание. Слегка подумав, он соглашается.

Но здесь уже возникает вопрос времени – лестница должна быть в подъезде к 9 часам следующего вечера воскресения.

- Да чего там! Всё будет сделано! – раздаётся категоричный ответ.

Два часа работы и вуаля! – лестница, состоящая из сборных частей готова.

Предварительное наблюдение в воскресенье днём не выявляет никаких отклонений в работе тюремного учреждения.

В половину девятого вечера операция начинается. Товарищи поднимаются в комнатку под крышей и проверяют, все ли оставленные вещи в порядке. Здесь же собирается лестница, принесённая в туристическом чемодане. С точностью до минуты, в 21:30 повторяются все манипуляции прошлого вечера.

Безо всяких проблем товарищи забираются на стену, перерезают колючую проволоку и оказываются на крыше тюрьмы. Преодолев уже около 10 метров, вдруг кто-то из них замечает, что из окна радиорубки сотрудник учреждения таращит глаза в ночную тьму. Сказав что-то тому, кто был рядом с ним, человек глубоко вздыхает и исчезает. Товарищи переживают минуты тихой паники. Неподвижные, практически не дышащие, они словно пытаются слиться с крышей. Тяжёлые минуты ужасного напряжения длятся как часы.

Наконец, выйдя из транса, товарищи продолжили движение к окнам камер шестого этажа. Один из них остался у стеклянного купола, чтобы иметь возможность наблюдать за внутренним залом тюрьмы и галереями дверей камер, а так же перемещениями охранников. Трое других были уже над условленной камерой.

Тот, кто собирался спуститься вниз, обвязался страховочным тросом, который служит не только для спасения жизни при возможном падении, но и инструментом подачи сигналов товарищам, оставшимся на крыше.

Прошло пять минут, как вдруг товарищ, наблюдавший за внутренней жизнью тюрьмы сквозь стеклянный купол, «услышал», как кто-то ему невидимый крикнул охране, что в окне одной из камер показалась верёвка.

Товарищи в панике бежали с крыши. Оказавшись на улице они, совладав с собой, спокойно удалились по одиночке, не вызывая никакого подозрения ни у кого.

Опять провал.

Собрания. Дискуссии. Жаркие споры. Наблюдатель с пеной у рта доказывает, что своими ушами отчётливо слышал, как кто-то говорил о верёвке в окне. Мало кто верит ему. Наконец, все убедились, что это была лишь слуховая галлюцинация, вызванная нервным напряжением и страхом. Решено в третий раз попытаться осуществить побег. Ночью во вторник.

Но и на этот раз ничего не вышло. Тюремная охрана была усилена, полиция тщательно патрулировала прилегающие территории.

Что же произошло? Радиостанции и газеты сообщили, что тюремный электрик, поднявшись на крышу по каким-то своим делам, обнаружил разрыв колючей проволоки, явно перерезанной кусачками. Охранники чуть позже нашли ещё несколько в спешке оставленных вещей, в том числе, - газеты особо акцентировали этот факт, - бронежилет!
Н-да, журналисты оставались верными себе – в бронежилет они превратили самодельную рабочую жилетку с массой карманов.

Гораздо позже, один из наших задержанных товарищей сообщил, что слышал в ту ночь шум возни на крыше и действительно видел в окне болтавшийся «страховочный трос», который узрели и другие заключённые.