Страницы

среда, 19 августа 2015 г.

Использование оружия для достижения политических целей


Выживание в ожидании революции. История Партии Черных Пантер

Пол Алкебулан



1.2. Использование оружия для достижения политических целей

Первым аспектом влияния Малькольма на идеологию BPP являлась идея самообороны чёрной общины или использования оружия для достижения политических целей. Мощнейшие городские восстания 1964 в Гарлеме (Нью-Йорк) и 1965 в Уоттсе (Лос Анджелес), направленные против жестокости полиции и беспросветности существования в гетто, окончательно убедили будущих лидеров «Партии Чёрных Пантер» в том, что чернокожие должны вести борьбу за политическую независимость от Соединённых Штатов. Очень скоро, ознакомившись с историей движений национального освобождения стран Третьего Мира, BPP пришли к выводу, что борьба эта должна вестись исключительно вооружённым путём.

Убийство Мартина Лютера Кинга и волна новых восстаний, реально поставивших США на грань гражданской войны, подарили радикальным чёрным националистам надежду на то, что волнения и последующая реакция на них со стороны федеральных властей отрезвляюще подействуют на умонастроения большинства умеренных или реалистично настроенных чёрных активистов, доселе выступавших противниками вооружённого «авантюризма».


Малькольм никогда не давал ответа на вопрос, является ли использование оружия актом самообороны, или же это есть часть более широкой стратегии завоевания политической автономии. Ясность так же отсутствовала и в вопросе о том, является ли чёрная община внутренней колонией Соединённых Штатов (независимость от которых, предположительно, должна быть завоёвана в вооружённой борьбе), или же чёрные являются лишь угнетаемым общественным слоем, лишённым гражданских прав. Если чернокожие легально и вполне успешно борются за свои конституционные права, то зачем же им прибегать к оружию? Очевидно, что применение оружия предусматривалось исключительно в целях самообороны.

Пример Роберта Ф. Уильямса наглядно показал «Пантерам», как тактика законной самообороны приводит к самым печальным последствиям для обороняющегося. Уильямс был президентом Национальной Ассоциации Содействия Развитию Цветного Населения (NAACP) в Монро, Северная Каролина. Как и многие члены чёрной общины юга страны, он постоянно подвергался нападкам белых расистов. Будучи человеком действия, Уильямс сформировал из членов NAACP клуб, члены которого носили оружие для защиты чёрного населения от агрессии белых: именно с помощью этого «кружка действия» Уильямс отразил нападение автомобильной колонны членов Ку-Клукс-Клана на чёрный квартал Монро в октябре 1957 года. 


В мае 1959 года Уильямс присутствовал в зале суда, когда суд присяжных оправдал двух белых мужчин, обвинённых в нападениях на чёрных женщин. В гневе он заявил: «Мы должны быть готовы убивать, если это будет необходимо. Мы не можем воспринимать этот суд в качестве орудия справедливости, поэтому нам ничего не остаётся, как самим наказать преступников. В будущем нам придётся судить и наказывать подобных негодяев на месте…Мы не найдём справедливости в нынешней системе…Если будет необходимо остановить линчевание линчеванием, то мы должны быть готовы сделать это».

За это заявление Уильямс мгновенно был отстранен от управления городским отделением NAAACP. Однако это не разрядило напряжённой атмосферы, установившейся в Северной Каролине. Монро превратился в арену интенсивных расовых конфликтов в июле и августе 1961 года, когда произошла серия поджогов магазинчиков и лавок, принадлежавших чёрным. В ответ на это правозащитная группа «Всадники свободы» устроила ряд мирных акций, направленных против сегрегации. Имели место быть так же и открытые вооружённые столкновения между белыми расистами и силами самообороны чернокожих.

Один из таких инцидентов дорого обошёлся Уильямсу: белая пара на автомобиле демонстративно ехала через чёрный квартал. Жители, заприметив автомобиль, ранее замеченный с расистским банером на капоте, окружили его, после чего пара вынуждена была бежать, укрывшись в доме самого Уильямса. После этого Уильямс был обвинён в похищении людей, и ФБР выдало ордер на его арест. Узнав об этом, тот бежал на Кубу, где уже восторжествовала революция.

Чернокожие по всей Америке были восхищены усилиями Уильямса по защите чёрного сообщества от атак белых расистов. Но с другой стороны, коварство правительства, сфабриковавшее дело против одного из самых ярких и смелых правозащитников Северной Каролины, вызвало у черного населения шквал ярости. Федеральные власти ясно дали понять, что у чёрных не существует права на защиту.

Деятельность Уильямса, несмотря на свои не самые позитивные результаты, одновременно вызывала и множество вопросов. Какое оружие должно быть использовано в целях самообороны? Кто должен направлять это оружие? Необходимо ли обучать людей обращению с оружием? Какой должна быть политическая основа идеи самообороны? Как относится к неизбежной и крайне отрицательной реакции правительства на факты самозащиты чернокожих? Можно ли избежать внедрения правительственных агентов в ряды организаций самообороны?

Ни один из этих вопросов не был полностью разрешён ни в тот момент, ни позже, когда возникло националистическое крыло движения за гражданские права. С декабря 1963 по февраль 1964 года Малькольм Икс неоднократно ввязывался в доктринальные и правовые дискуссии с «Нацией Ислама», с гражданскими активистами, он совершил две зарубежные поездки, дал множество выступлений в Соединённых Штатах, но нигде он так и не конкретизировал свою идею вооружённой самообороны чёрного населения.

Неопределённость и некоторая двусмысленность Малькольма по данному вопросу не останавливала «Партию Чёрных Пантер» от того, чтобы заявить о себе как о наследниках Малькольма. BPP с 1967 по 1971 года будет ежегодно публиковать и распространять памфлеты, посвящённые памяти Малькольма, в которых поднимались вопросы международного положения, вооружённой борьбы и необходимости политической автономии для чёрного сообщества.

BPP относились с признательностью к Малькольму, который вскрыл идентичность расизма на Севере и Юге страны, открыв глаза многим умеренным чернокожим активистам. Для них южный расизм был более понятен, нежели весьма тонкий, но не менее последовательный расизм Севера, который гораздо более эффективно использовал недовольство чёрной общины в своих предвыборных махинациях.