Страницы

четверг, 17 сентября 2015 г.

Международный филиал



3.6. Международный филиал

Помимо всего прочего, BPP так же поддерживала международные отношения и неоднократно проводила кампании, рассчитанные на зарубежную публику. Кэтлин Кливер в 1968 году посетила Японию в знак протеста против американской военной политики в регионе. Тогдашний партийный министр образования Джордж Мюррей совершил вояж на Кубу, а Бобби Сейл наведался в Канаду на Международную конференцию за прекращение войны во Вьетнаме, где встретился с представителями Вьетконга.

Международные контакты партии укрепились после того, как в 1968 году Элдридж Кливер бежал из США на Кубу, спасаясь от ареста за нарушения правил условно-досрочного освобождения, выразившихся в его неявке в суд по поводу участия в перестрелке с полицией в Окленде.


Здесь, на Острове Свободы, уже проживал один влиятельный чернокожий эмигрант из США. Тот самый Роберт Уильямс, основоположник «Black Armed Guard», клуба самообороны чернокожих Монро, повлиявший на черное сообщество (и, в том числе, на BPP) воинственными речами, а затем подвергшийся преследованию со стороны федерального правительства за свой подвижничество. Скрывшийся на Кубе ещё в 1961 году, Уильямс заведовал работой «Радио Свободное Дикси» (Дикси – простонародное прозвище юго-восточных штатов), вещавший на территорию США. Кроме того, он редактировал журнал «Крестоносец» (Crusader), который затем подпольно распространялся в Америке.

Изначально кубинцы полностью и безоговорочно поддерживали дело Уильямса, разумно считая, что загнанное в городские резервации чернокожее население Соединённых Штатов, взвинченное революционной пропагандой, могло стать громадной проблемой для федерального правительства. Чуть позже, эта позиция была скорректирована по причинам внутреннего характера. Дело в том, что на самом острове около 30 процентов населения являлись чернокожими, издревле подвергавшимися расовой дискриминации. И теперь, после триумфа Революции, они были уравнены в правах с белыми и другими этническими группами. Таким образом, кубинское правительство пришло к выводу, что, хотя поддержка чёрного национализма действительно подрывает политическую ситуацию в Соединённых Штатах, «эхо» этой поддержки на самой Кубе может создать серьёзные проблемы в процессе объединения общества вокруг марксистской идеи.

С момента появления на Кубе Элдриджа Кливера ситуация несколько усложнилась. Кливер хотел использовать остров в качестве политической базы борьбы «Пантер» в Соединённых Штатах, однако кубинцев это не устраивало. Они стремились утаить от общества даже то, что Кливер укрылся на острове, поэтому потребовали от него соблюдать правила проживания, свойственные частному лицу. То есть, не вести никакой публичной или пропагандистской деятельности, быть ниже травы, тише воды.

Тем не менее, к маю 1969 года сохранять тайну пребывания Кливера кубинцам становилось всё труднее и труднее. Было принято решение разрубить гордиев узел проблем, отправив боевого лидера BPP в Алжир, где он должен был воссоединиться со своей женой, а уже оттуда – в Иорданию, где его готовы были принять деятели Организации Освобождения Палестины. Сам Кливер возражал против этого плана, поскольку намеревался остаться в Алжире в качестве заграничного представителя «Партии Чёрных Пантер».



Место базирования было избрано очень разумно, так как Организация Африканского Единства определила Алжир как центр координации всех африканских движений освобождения. Помимо этого, здесь так же находились представительства ООП, Вьетконга и других революционных групп Азии и Ближнего Востока.

Появление Кливера в 1969 году на Панафриканском Фестивале Культуры было первым шагом BPP на африканской земле. В следующем году алжирское правительство официально признает партию единственным представителем чернокожего населения Соединённых Штатов, после чего в столице страны откроется первый (и последний) зарубежный филиал «Пантер».

Совместная пресс-конференция BPP и ООП


Алжирский офис развернул поначалу довольно бурную деятельность на ниве дипломатии, налаживая связи с правительствами стран Третьего Мира, а так же с представителями движений национального освобождения, параллельно не прекращая попытки выйти на уровень Организации Объединённых Наций в качестве единственного представителя афроамериканской общины. Кроме того, зарубежный филиал неоднократно обращался к властям Алжира с просьбой об организации военно-политического центра обучения, однако в этом «Пантерам» было категорически отказано.

В 1970 году зарубежный филиал BPP организовал вояж «Пантер» в Северную Корею и Северный Вьетнам; в Ханое представители партии добились проведения на национальном уровне так называемого «Международного Дня Солидарности с Афро-Американцами», приуроченного к годовщине городского восстания в Уоттсе в 1965.

Визит «Пантер» служил интересам обеих сторон. Для партии это был прорыв на международном уровне, своеобразная реклама. Для корейцев и вьетнамцев вояж послужил основой для очередного витка пропаганды против правительства США. Кроме того, будучи в Индокитае, Элдридж Кливер записал несколько радио-обращений к чернокожим американским военным, призывая их сложить оружие и прекратить бессмысленную войну за интересы американского капитала. Дошло до того, что правительство Северного Вьетнама предложило обменять нескольких американских военнопленных на Хью Ньютона и Бобби Сейла, однако представители Соединённых Штатов проигнорировали предложение, поскольку оно узаконило бы статус BPP в качестве официальной «воюющей» стороны.

Международный отдел так же предоставлял убежище и для других беглецов. К примеру, в 1970 году в Алжир бежали Пит О’Нил и его жена Шарлота. Чуть позже сюда пожаловал Дон Кокс, один из нью-йоркских «Пантер», обвинённый в заговоре с целью совершения терактов. Не все беглецы однако принадлежали к BPP. Тимоти Лири, исследователь влияния ЛСД на психику человека, пропагандист психоделических препаратов (за что именовался прессой не иначе как «ЛСД-гуру»), и осужденный правительством за хранение марихуаны, в 1970 году бежал из калифорнийской тюрьмы мягкого режима и с помощью организации «Wethermen Underground» вскоре перебрался в Алжир.

Взаимоотношения между хипповатым Лири и милитаристом Кливером очень скоро разладились, и в 1971 году руководитель международной секции «Пантер» посадил Лири под домашний арест за употребление наркотиков. Это решение вызвало конфликт секции BPP с алжирскими властями. В конечном итоге, этот оригинальный «политический беженец» вынужден был покинуть Африку.

Авторитет и непримиримые позиции Кливера по поводу вооружённой борьбы сделали его одним из полюсов противодействия линии Ньютона, который начал призывать к миролюбивой политике после выхода из тюрьмы. Прибытие в Алжир в 1971 году Майкла Табора, так же противостоявшего новому курсу «Пантер», обострило внутрипартийную борьбу.

Кливер издал ряд директив, поощрявших вооружённые действия, дабы вернуть организацию на революционный путь. Например, Бобби Раш утверждает, что после смерти Фреда Хэмптона Кливер неоднократно призывал чикагское отделение BPP нанести по полиции ответный удар. Однако сами чикагские товарищи были иного мнения. На самом деле, отсутствие возмездия работало на благо организации, «позволяя ей сохранить высокий моральный авторитет гонимых просветителей среди чернокожего населения». Кроме того, Раш вспоминает, что со стороны Кливера было крайне странным призывать к насилию в Соединённых Штатах со своей комфортабельной виллы в Алжире.

Элдридж Кливер в алжирском офисе BPP

Последующие события продемонстрировали, насколько был неправ Кливер, избрав Алжир в качестве революционной базы для деятельности в США. В 1971 году произошла серия угонов самолётов афроамериканцами в Северную Африку, кульминацией которых стала операция «Чёрной Освободительной Армии», описанная выше.

Алжирское правительство, несмотря на сохранение революционной риторики, к тому моменту уже наладило тесное сотрудничество с североамериканскими корпорациями в области разработки и эксплуатации огромных запасов нефти и газа. Продажа которых представляла собой основной источник доходов страны. Таким образом, радикальные действия афроамериканцев фактически подрывали экономическую будущность Алжира. Поэтому в случае с «Чёрной Освободительной Армией» правительство после серии деликатных переговоров с дипломатическими представителями США сначала изъяло, а затем и вернуло американцам рекордный 1 миллион долларов, полученных угонщиками в качестве выкупа за жизни пассажиров. Возвращён был так же и сам самолёт.

Действия властей возмутили Кливера, который опубликовал во французской газете «Le Monde» открытое письмо, в котором потребовал от алжирского правительства передачи выкупа «Пантерам», а так же обвинил руководителей этого северо-африканского государства в игнорировании своих революционных обязательств перед угнетёнными народами.

Хотя публичная критика несколько смутила алжирцев, они не обратили на неё ни малейшего внимания, ибо политические позиции зарубежного отдела BPP были крайне слабы: они были гостями и их дипломатический статус мог быть легко аннулирован со всеми вытекающими. Впрочем, в 1972 году правительство Алжира наконец приняло решение о закрытии представительства партии – уж слишком дорогой ценой африканской стране обходилось содержание афроамериканских радикалов.

Персонал филиала начал покидать страну. О’Нил и его жена направились в Танзанию, - новый центр национально-освободительной борьбы народов Африки, - где оба они поселились в сельскохозяйственной коммуне, функционировавшей по законам «африканского социализма». Дональд Кокс опубликовал открытое письмо, в котором категорически разрывал всякие отношения с партией. Другие алжирские «Пантеры» отошли в тень, каждый занятый обустройством дальнейшей жизни. А Элдридж Кливер после долгих скитаний в 1975 году вернулся в Соединённые Штаты, где тотчас же был привлечён к уголовной ответственности за события практически семилетней давности.

С окончанием Вьетнамской войны пришёл конец широкому движению общественного недовольства деятельностью Соединённых Штатов в Индокитае, которое «Пантеры» пытались использовать в своих интересах. Утерявшая свой былой революционный блеск BPP в глазах мирового общества отныне превращается из освободительного движения чернокожих в одну из фракций американских диссидентов. Причём, очень небольшую фракцию, способную смутить правительство, но не имеющую никаких сил для его свержения.