Страницы

понедельник, 21 сентября 2015 г.

Враги народа



4. Враги народа

В 1971 году начались открытые столкновения между руководством BPP и рядовым составом по вопросам изменения идеологии и тактики. Новая ситуация взорвала партию изнутри – теперь каждый активист должен был выбирать между «реформизмом», - новым миролюбивым курсом Хью Ньютона, - и исторической «революционной линией» непримиримой борьбы с правительством, которой «Пантеры» придерживались с момента своего создания в 1966 году.

Раскол 1971 года изменил облик партии, хотя сами руководители предпочитали не называть напрямую эти события расколом. Но факт остаётся фактом – после 71 BPP более не являлись революционной организацией, выступавшей с лозунгом свержения американского правительства. «Партия Чёрных Пантер» перешла на рельсы реформизма, сделав краеугольным камнем своей доктрины оказание социальных услуг чёрному населению и деятельность по постепенному изменению (улучшению) политической системы.


Диссиденты, выступавшие с «исторических» позиций теперь высмеивали социальные программы, объявленные условием для выживания, а так же критиковали ЦК за реакционные диктаторские замашки и коррумпированность. В реальной жизни эти обвинения трансформировались в уличные столкновения между двумя сторонами.

Но наиболее мучительным выбор между обеими линиями являлся для тех партийцев, которые находились в тюрьмах. Они боялись потерять материальную поддержку с воли в случае, если будет сделан «неправильный» выбор. Эти мужчины и женщины принесли в жертву своё будущее, искренне поверив революционной риторике партии и теперь, когда партия внезапно отказалась от своих первоначальных целей, они оказались морально раздавленными.

Итак, первые тревожные звонки прозвучали ещё зимой 1970/71 года, когда в газете «Чёрная Пантера» появилась статья Хью Ньютона «Выживание в ожидании революции», в которой официально признаётся общепризнанный факт – в ближайшее время революции в США не ожидается. Поэтому основной организационной формой деятельности партии должна стать реализация социальных программ, а не вооружённое столкновение с государством и подготовка к нему.

Резкий отход такого прожжённого радикала как Ньютон от прошлых идей вооружённой борьбы вызвал настоящий переполох в партийных рядах, поскольку в этот момент подавляющее большинство активистов BPP в той или иной мере ещё верили в возможность и, самое главное, необходимость развёртывания в Соединенных Штатах партизанской войны против правительства.

Внутрипартийная борьба вокруг нового курса стала достоянием общественности в январе 1971 года, когда из рядов BPP был «вычищен» радикал Элмер «Джеронимо» Пратт. Теперь рядовому составу становится ясно, что некоторые весьма достойные кадры намерены продолжать старую политику подготовки черного сообщества к вооружённой борьбе. Дополнительный эффект создавало то, что до сего момента Пратт, - заместитель министра обороны филиала из Южной Калифорнии, - часто удостаивался похвалы руководства за свой революционный энтузиазм, выставлялся как образец революционных достоинств.

Ньютон утверждал, что Пратт был изгнан из партии за то, что осуществил действия, нарушающие дисциплину, приносящие ущерб организации. Он был обвинён в создании параллельной подпольной структуры и привлечении партийцев в эту свою личную армию для ведения борьбы против правительства. Он и другие официально были исключены из партии за организацию «контрреволюционной вооружённой банды». ЦК так же утверждал, что Пратт угрожал жизни членам руководства, когда штаб-квартира призвала его объяснить свои действия.

Сам Пратт объяснял свои действия несколько иначе. Он признавал, что скрывался от правосудия, поскольку его разыскивали за неявку в суд, рассматривавший дело о перестрелке с полицией в 1969 году. После того, как зимой 1970 года он был арестован в Далласе, Пратт заявил, что Ньютон приказал ему уйти в подполье, а затем, по каким-то своим причинам, передал информацию о его местонахождении в полицию. Рядовой состав «Пантер» был ошеломлён этими заявлениями. Чуть позже партийцы испытали настоящий шок, когда в ноябре 1971 года неизвестными была жестоко убита беременная жена Пратта.

Хотя осталось недоказанной версия о причастности к убийству руководителей BPP, накал страстей, выразившихся в перестрелке между сторонниками Пратта и Ньютона возле здания суда в Лос-Анджелесе, наводил на мысль о вероятной причастности Ньютона к этой «карательной» операции.

Сам Джеронимо Пратт был в конечном итоге осужден по обвинению в незаконном хранении оружия и убийстве. Он просидел за решёткой 25 лет, прежде чем приговор был пересмотрен. В 1997 году обвинение в убийстве с него было снято и он был выпущен на свободу.

Вслед за исключением Пратта национальное руководство во главе с Ньютоном инициирует целую кампанию «чисток» партийных рядов – в полном составе из BPP исключён её зарубежный отдел, базирующийся в Алжире, а так же нью-йоркский филиал и группа политических заключённых из того же города («нью-йоркская двадцатка»).

В последнем случае дело выглядело так: 21 заключённый, - те самые, что были брошены за решётку правительством по обвинению в подготовке терактов, - опубликовали открытое письмо, в котором крайне критически рассматривали новый курс Ньютона, параллельно восхваляя белых леворадикалов из «Weathermen Underground». ЦК BPP увидели в письме нарушение партийной дисциплины, после чего все двадцать один были мгновенно исключены из рядов партии.

Альтернативным полюсом, вокруг которого группировались диссиденты, на время стал Элдридж Кливер, продолжавший рассматривать вооружённую борьбу как единственный метод освобождения чёрных американцев. Кливер утверждал, что не нужно путать мирные массовые мероприятия, с военными действиями. Массовые мероприятия, - социальные программы, - должны быть использованы для завоевания народной поддержки, для аккумуляции ресурсов и денег. Однако одними только бесплатными завтраками и раздачей одежды нельзя завоевать политическую власть. Для этого необходима сила. Эти свои концепции Кливер проповедовал ещё задолго до начала «чисток» 1971 года, просто теперь они обрели новое звучание.

Публично же противоречия между Кливером и ЦК были обнародованы 26 февраля 1971 года, когда в Сан-Франциско телеканал пригласил Ньютона и Кливера, - последний должен был общаться с аудиторией по телефону из Алжира, - для обсуждения текущей политической ситуации. Именно здесь Кливер потребовал, чтобы ЦК отменил исключение Пратта и «нью-йоркской двадцатки». Далее он потребовал исключения из партии братьев Хиллиард, которые, наряду с Ньютоном, являлись основными протагонистами нового курса.

В ответ на эти обвинения Ньютон разразился гневным эссе в газете «Чёрная Пантера». Он утверждал, что за то время, пока он находился в тюрьме, партия попала под пагубное влияние Кливера, из-за чего она сошла со своего изначально верного пути. Якобы вооружённая борьба, к которой ранее призывал и сам Ньютон, являлась не более чем временной тактикой, направленной на привлечение внимания к проблемам чёрного сообщества. Теперь эта тактика себя изжила. А такие «враги народа» как Кливер, жаждущий исключительно власти, хотят продолжать неэффективную политику в личных интересах. Но поведение чёрного сообщества прекрасно демонстрирует, что оно не поддерживает вооружённую борьбу. Следовательно, BPP должна вернуться к своей первоначальной концепции социальной помощи неимущим, поскольку любой другой выбор является самоубийственным. Ньютон утверждал, что в настоящее время борьба в США носит исключительно политический, а не военный характер.

Огромным достижением Ньютона было то, что ему удалось сохранить лояльность Джорджа Джексона, руководителя отделения BPP в тюрьме Сен-Квентин и главаря организации заключённых «Герилья Чёрной Семьи». Джексон на тот момент являлся одним из самых авторитетных людей партии, имевшим огромное влияние на радикальные круги, благодаря своей харизме и неоднократно подтверждённому статусу революционного борца против американской системы угнетения. Джексон атаковал Кливера в крайне политизированных выражениях, обвинив его в контрреволюционном заговоре.

Поддержка Джексона решила исход дела в пользу Ньютона. Прячась за личность тюремного вождя, Ньютон сумел оградить себя от обвинений в предательстве революции. Диссиденты предполагали, что Ньютон, имевший давние дружеские отношения с Джексоном, просто-напросто предоставляет в тюрьму информацию в выгодном для него, Ньютона, свете, не имеющую ничего общего с тем, что реально происходит внутри BPP.

Между тем, подпольное вооружённое крыло диссидентского движения, - родившаяся в Нью-Йорке, а затем распространившая своё влияние на некоторые другие города «Чёрная Освободительная Армия» (Black Liberation Army), - бросила вызов Ньютону, на практике продолжая вести работу по подготовке вооружённого восстания. Одним из главных правил BLA, являвшейся сетевой структурой независимых групп, являлось то, что к ней мог присоединиться любой желающий, пусть даже он не является членом партии. Оперативной целью этой вооружённой группы являлось дезинтеграция политической системы; посеяв хаос, сделав Соединённые Штаты неуправляемыми, боевики BLA надеялись сформировать подлинную народную армию, которая закончит дело национального освобождения афроамериканцев.

Помимо непосредственно убийств полицейских офицеров и ограблений банковских отделений, активисты BLA распространяли в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Детройте и других городах листовки с угрозами в адрес наркоторговцев и содержателей борделей, которые якобы играют на руку буржуазии, разлагая чёрное сообщество.

Нью-йоркская «Пантера» Ассата Шакур для большинства является рупором BLA. Настроенная крайне критически к ЦК, после исключения нью-йоркского отделения и многочисленных угроз со стороны последователей Ньютона, Шакур перешла на нелегальное положение в начале 1971 года. После нападения чёрных боевиков на дом окружного прокурора Манхэттена, её фотография была опубликована на первой полосе «New York Daily News», что сделало её символом непримиримых чёрных радикалов.

Неопытность, дезорганизованность и самонадеянность членов BLA сыграли с ними злую шутку. Государство оказалось не таким слабым, как они предполагали: довольно быстро полиция и ФБР разрушили выстроенную подпольную структуру, поэтому боевикам приходилось быть в постоянном движении, постоянно испытывая нехватку ресурсов.

В конечном итоге, с арестом в 1973 году Ассаты Шакур и её товарищей, история деятельности «Чёрной Освободительной Армии» подошла к концу. Несмотря на то, что организация была обвинена в гибели 13 полицейских офицеров (при этом шестеро активистов сами погибли в перестрелках с властями), BLA никогда серьёзно не угрожала правительству, являясь, по сути своей, одной из многочисленных городских банд.

На удивление, действия BLA и революционная риторика диссидентов вызвала неприятие со стороны организаций, союзных «Пантерам». Одной из них являлась «Партия Молодых Лордов» (Young Lords Party), объединявшая в себе пуэрто-риканских иммигрантов и боровшаяся за независимость острова от США. YLP, с одной стороны, обвиняли ЦК в диктаторских замашках, а с другой стороны, критиковали диссидентов за призывы к насильственным действиям, контрпродуктивным и ненужным.

YLP так же обвиняли фракцию Кливера в излишней драматизации, заявляя, что чёрное сообщество не верит в его рассказы о том, что оно находится в состоянии войны с федеральным правительством. Можно говорить о политических репрессиях, но никак нельзя – о войне. И вместо того, чтобы прибегать к насилию, которое содействует лишь сплочению вражеского лагеря, революционеры на данном этапе, по мнению YLP, должны стремиться к дезорганизации политических оппонентов.