Страницы

понедельник, 24 февраля 2014 г.

Генуэзская колонна «Красных Бригад»




Кьяра Дольиотти

Внутренняя структура «Красных Бригад» отличалась от прочих вооружённых групп Италии своей жёсткостью. Полное подчинение организационной иерархии, принятие политической линии и неотступное соблюдение строгих норм и правил безопасности – это первое, что требовали от неофита. С одной стороны, эти аспекты деятельности создавали значительную дистанцию между BR и другими итальянскими организациями революционного типа, стоявшими в основном на позициях стихийности и спонтанности, а с другой стороны, эти же факторы стали одной из причин долголетия и военной эффективности «Красных Бригад». В самом деле – суровая дисциплина позволила организации создать миф о своей непобедимости и в течение долгих лет успешно поддерживать его.


Иерархическая структура BR состояла из пяти ступеней.

Стратегическое Руководство и Исполнительный Комитет являлись двумя высшими руководящими органами организации: первый определял стратегическую и политическую линии, второй заведовал оперативным командованием. Далее шли лица, - условно можно было бы назвать их «политическими комиссарами», - передававшие политические и стратегические директивы вниз, разъяснявшие и следившие за их исполнением. Чуть ниже находились колонны – местные организации, обладавшие на своей территории значительной военной и организационной (но не политической!) автономией.

Этим местным организациям подчинялись бригады, сформированные исключительно из «нерегулярных сил», действующих на заводах, в университетах, кварталах.

«Красные Бригады» в период своего наивысшего рассвета могли распоряжаться шестью колоннами, базировавшимися в Турине, Милане, Генуе, Риме, Неаполе и в промышленных районах Венето. Тосканская «колонна», хотя и обладавшая столь громким названием, на самом деле представляла собой чуть разросшийся региональный комитет. Региональные комитеты являлись локальными звеньями структуры BR, не способными работать самостоятельно. Их основной задачей было сплочение всех революционных сил зоны, не соответствующей критериям вооружённой борьбы с дальнейшим их включением в состав «Красных Бригад».

Для роста и развития колонн необходимы были два фундаментальных условия зоны. Во-первых, это наличие крупного города. Проводя стратегический анализ действительности, руководство BR осознавало, что классическая герилья китайского типа с основным упором на крестьянство в такой промышленной стране как Италия просто не осуществима. Поэтому единственным методом вооружённой революции здесь является партизанская борьба в городе. Только город, - большой город, - даёт возможность развивать подпольную структуру, одновременно сохраняя анонимность; позволяет наносить удары по нервным узлам капиталистической системы и осуществлять широкую пропаганду, не боясь не быть услышанным массами. Неудачные эксперименты, осуществлённые «Красными Бригадами» в менее урбанизированных регионах, таких как Сардиния, Тоскана, Марке и Биелла, лишний раз доказывают правильность избранной стратегии для Италии.

Вторым важным условием, проистекающим из первого, являлось наличие определённых социальных, потенциально «революционных» слоёв населения. За отсутствием легального политического представительства, «Красным Бригадам» приходилось черпать свои силы в иных, зачастую слабо политизированных источниках. Так, для миланской колонны таким кладезем являлись крупные промышленные предприятия, вроде Pirelli и Sit-Siemens, в Турине это был завод FIAT, в Генуе «бригадисти» активно вели пропагандистскую деятельность среди безработных и уволенных в связи с сокращением производства граждан, в Венето «базой» BR стала фабрика Petrolchimico, а в Неаполе основным контингентом колонны являлись политизированные уголовники и маргиналы.

Генуэзская колонна «Красных Бригад» действовала на территории, которую мы можем определить как наиболее слабый полюс промышленного итальянского треугольника.

В начале 70-х Генуя сильнейшим образом пострадала от экономического кризиса, вызвавшего кризис социальный. Снижение темпа производства, а так же потеря конкурентоспособности местного порта, серьёзно ударили по рабочим слоям. Возросла безработица, вызванная массовыми сокращениями и разорением мелких предпринимателей. Город начинает терять своё исконное лицо индустриального центра, превращаясь постепенно в типично туристический уголок с развитой сферой услуг. В политическом смысле, итогом упадка генуэзского пролетариата и медленного роста мелкобуржуазных слоёв, стало возрождение в этом традиционно «красном» городе неофашистского движения.

Вооружённая борьба является важным аспектом жизни Генуи в течение всего десятилетия. В этом смысле именном Геную можно считать колыбелью послевоенного революционного действия, так как именно здесь на стыке шестого и седьмого десятилетия возникла первая группа городской герильи в Италии – XXII Ottobre. Далее мы являемся свидетелями зарождения и деятельности здесь различного рода эфемерных и малых вооружённых групп, которые чётко можно распределить на три категории: группы, рождённые под воздействием «Рабочей Автономии»; группы, порождённые Движением 77-ого и группы сторонников «Красных Бригад».

Первые две категории групп имели тесную взаимосвязь, вплоть до перехода людей из одной формации в другую. Характерными чертами этих коллективов являлась стихийность, низкий уровень боевой работы и презрение, доходящие иногда до ненависти, к строгой организационной модели «бригадисти». Третья же категория групп, близких к BR, в конце семидесятых испытала качественный и количественный подъём, разделившись, в свою очередь, на две подгруппы: с одной стороны, это были формации, изначально автономные, но поглощённые со временем «Красными Бригадами», а с другой стороны – это группы, созданные самими «бригадисти»; своеобразные «тренировочные ячейки», предназначенные для получения боевого опыта новобранцами организации.

Наконец, Генуя являлась местом осуществления двух стратегических операций BR, повлиявших на дальнейший ход истории этой революционной структуры.

Первой из них стало похищение судьи Сосси, что было квалифицировано самими «бригадисти» как «первая атака в сердце Государства». В первый раз «Красные Бригады», выйдя за пределы своей «прародины», - заводских стен, - отказавшись от прошлой стратегии «вооружённого синдикализма», попытались вооружёнными действиями повлиять на политическую власть. 



Второй операцией стало убийство генерального прокурора Генуи Франческо Коко, что является первым заранее запланированным политическим убийством в истории послевоенной вооружённой борьбы в Италии. Здесь так же организация перешла своеобразную черту: было принято решение о повышении уровня конфронтации с Государством. Используя убийство как средство политической борьбы, организация начала подготовку к революционной гражданской войне.



По-настоящему генуэзская колонна «Красных Бригад» была основана в 1975 году и вела активную деятельность следующие пять лет, вплоть до полного военного поражения в 1980. Изначально колонна состояла всего из четверых боевиков, согласившихся ехать в Геную для создания там филиала BR вместе с Рокко Микалетто – ближайшим помощником Марио Моретти. 

Рокко Микалетто

К тому моменту эти пятеро уже могли рассчитывать на генуэзскую сеть сочувствующих, которая была достаточно широка. Поначалу уже довольно опытные туринские комбатанты берут шефство над несколькими группами новых адептов: в основном, это были молодые рабочие и студенты, вышедшие из рядов «Lotta Continua» и других организаций внепарламентской левой. В 1977 году количество и качество т.н. «регулярных» сил генуэзского филиала достигает определённого уровня, позволяющего говорить уже о настоящей колонне, полноправном звене структуры «Красных Бригад».

Значительно выросло количество «нерегулярных сил»: тех, кто не ушёл в подполье. С одной стороны, они ведут жизнь обычных граждан, используют легальные документы, обитают в собственных домах и квартирах, не разрывают связей со своим социальным окружением, но с другой стороны – они полноправные члены организации и их деятельность жёстко регулируется нормами безопасности: каждый из них знает только то, что необходимо для его работы, контактирует только со специально назначенным представителем «регулярных сил» и следует всем его указаниям. Жизнедеятельностью колонны распоряжается орган коллегиального управления, - Руководство колонны, - в чьих руках находятся вопросы выбора целей, раздачи оружия, вербовки и воспитания новых боевиков.

Вооружённые действия этой колонны, если они не являлись частью национальных кампаний, всегда должны были получать санкцию Исполнительного Комитета на их осуществление. Тем не менее, в отличие от других региональных филиалов, генуэзская колонна обладала значительной стратегической и военной автономией. Более того, руководство колонны, олицетворяемое «бессмертной троицей» (Фульвия Мальетта, Риккардо Дура и Ливио Байстрокки), позволяло себе немыслимое – коррекцию политической линии Стратегического Руководства. 

Риккардо Дура

Повинуясь центральной верхушке, генуэзская колонна с помощью туринских товарищей к 1978 году сумела сформировать местные отделения трёх стратегических фронтов «Красных Бригад»: логистического, заводского и фронта борьбы с контрреволюцией.

Логистический фронт обеспечивал техническую автономию действий колонны, за исключением тех случаев, когда для исполнения сложных акций требовалась помощь национальной структуры. Фальсификация документов, печать пропагандистских материалов, военная подготовка «нерегулярных сил» (например, стрелковые упражнения в Риги и Форте дей Ратти), исследование территории, добыча оружия и, что самое важное, распределение этого оружия среди боевиков, которое, после исполнение той или иной миссии, собиралось обратно и складировалось в тайных местах: всё это входило в компетенцию генуэзского логистического фронта.

Фронт борьбы с контрреволюцией делился на четыре сектора: судебный, силовой, политический и тюремный. В первую очередь объектами внимания фронта становились новобранцы организации, с которыми проводилась разъяснительная и политическая работа с целью выявления провокаторов и «подозрительных лиц». Кроме того, фронт занимался сбором информации о «врагах революции» (расследованиями), которая систематизировалась и помещалась в особый архив организации: в случае необходимости, эти материалы извлекались и служили дополнительным источником информации для осуществления убийств («актов пролетарского правосудия»).

Заводской фронт занимался изучением социальной ситуации на предприятиях региона и организацией здесь рабочей борьбы. Этот фронт был учреждён лишь в 1978 году и так и не сумел в полную силу развить свою деятельность.

С увеличением количества членов колонны, подпольным боевикам становится всё труднее поддерживать личные контакты с подшефными «нерегулярными силами», поэтому принимается решение о формировании автономных «нерегулярных» ячеек, действующих в различных секторах, в том числе – за пределами вышеуказанных фронтов. С руководителями этих ячеек подпольщики встречаются два раза в неделю.

В начале 1980 года Стратегическое Руководство выпустило директиву, согласно которой должны были быть сформированы бригады, состоящие из «нерегулярных» ячеек, командование над которыми берут на себя подпольные боевики, пользующиеся в своей деятельности определённой оперативной и технической автономией. Бригады эти предназначены для проектирования и исполнения, - с предварительным уведомлением вышестоящих инстанций, - операций, не имеющих стратегической важности: таких как «учебные» акции, предназначенные для получения боевого опыта новичками или акций по добыче оружия и материалов. В Генуе структура этих бригад имела крайне расплывчатые очертания.

После драматического эпизода 28 марта 1980 года на генуэзской улице Фракия, когда в результате перестрелки с карабинерами генерала Деля Кьезе погибли четверо боевиков «Brigate Rosse» (в том числе, и руководитель колонны Риккардо Дура), бригады «нерегулярных сил» получили следующие имена, в честь павших товарищей:

- Бригада из Сан-Мартино, основанная в апреле 1980 года, получила имя «Бригада Анна Мария Лудманн – Сесилия»;

- Бригада из Порто, организованная в последних числах 1979 года, получила имя «Бригада Риккардо Дура – Роберто»;

- Заводская бригада, базировавшаяся на металлургическом предприятии «Italsider», образованная в мае 1980, получила имя «Бригада Паоло Панчарелли – Паскаль».

Последствия бойни на улице Фракия

В течение пяти лет своей работы, генуэзская колонна BR осуществила пять убийств, пятнадцать нападений, одно вооружённое выступление, два ограбления и ряд других, менее тяжких операций. Захват инженера Косты нельзя отнести на счёт исключительно генуэзского филиала, хотя он сыграл важную роль в этой акции, предоставив материалы и людей, взяв на себя ответственность за удержание заложника, однако разработал и возглавил эту операцию лично Марио Моретти.

Из этих данных можно сделать вывод о довольно значительной военной активности генуэзской колонны, особенно на последнем этапе её существования. Это, кстати, характерная черта «Красных Бригад», чётко разделённых на «первое» и «второе» поколение».

Если «первое» поколение, стоявшее у истоков организации, состояло в основном из взрослых людей, пришедших к идее вооружённой борьбы через различные ненасильственные политические опыты, незнакомых с оружием, испытывавших множество колебаний морального характера и пытавшихся «профессионализировать» свои действия, избегая лишнего кровопролития, то «второе» поколение конца 70-х – это молодые люди, практически не имеющие никакого политического опыта, относившиеся к лагерю «ультралевых», рассматривавшие вооружённую борьбу как единственный и естественный метод действия, не чуравшиеся проявлений самого крайнего насилия в отношении служителей Государства.

Понятно, что подавляющее большинство генуэзской колонны эпохи её расцвета относилось как раз ко «второму» поколению, искренне верующему в возможность победы над государственной машиной посредством радикального действия. Этим и объясняется всплеск вооружённой активности не только генуэзцев в конце семидесятых, когда «Красные Бригады» достигли апогея своей мощи, и казалось, что вот-вот Италия рухнет в пучину гражданской войны.

С политической точки зрения, генуэзская колонна так же обладает особым характером, центральной точкой которого является рабочий вопрос. Как известно, «Красные Бригады» родились в заводских цехах промышленного треугольника, именно здесь были сделаны первые шаги в политике радикализации классовой борьбы, заводы и фабрики рассматривались как колыбель революции, рабочий класс – как единственно революционный общественный слой. Во второй половине семидесятых ситуация изменилась – «Красные Бригады» вышли за стены предприятий для того, чтобы сконцентрировать все свои силы на ударах в «сердце Государства». Прошлые концепции во многом были преданы забвению, что породило идеологические внутренние дебаты, приведшие к фатальным расколам 80-х годов.

Несмотря на то, что генуэзская колонна родилась в 1975 году, в эпоху усиления милитаристской линии BR, рабочий вопрос занимал здесь приоритетное место, о чём нам говорят многочисленные внутренние документы местного филиала «Красных Бригад», в которых тщательно анализировались проблемы сокращения производства, динамики рабочей борьбы лигурийских профсоюзов, её эволюции и перспективы. 

Достаточно сказать, что из пятнадцати нападений, осуществлённых генуэзскими «бригадисти», семь были направлены против руководителей различных предприятий, ещё два – против высокопоставленных сотрудников металлургического комплекса «Italsider» (один из которых, инженер Карло Кастеллано, являлся одновременно членом регионального комитета Коммунистической Партии Италии) и одно нападение было направлено против государственного эксперта, изучавшего перспективы лигурийской индустрии в связи с необходимостью сокращения производства. Кроме того, исполнялись многочисленные акты мелкого саботажа, такие как поджоги автомобилей сотрудников заводских администраций и вооружённое нападение на штаб-квартиру Ассоциации государственных предприятий по решению трудовых конфликтов.

Большое внимание местные «Красные Бригады» уделяли вопросу о введении атомной энергетики, который связывался с проблемой общей империалистической милитаризацией заводов и территорий. Считалось, что, вводя мирный атом на итальянские предприятия, империализм, под видом дополнительной охраны, наводнит фабрики полицейскими агентами, учредит тотальный внутренний контроль за деятельностью рабочих. В этой связи особое внимание BR уделяли работе на двух главных промышленных комплексах Лигурии – «Italsider» и «Ansaldo»: именно здесь чаще всего появлялись революционные листовки и осуществлялись акты мелкого саботажа.

Если поначалу генуэзская колонна имела значительное число сочувствующих на заводах и в порту, то постепенно, с милитаризацией политики «Красных Бригад» и выпуском заявлений, всё более далёких от чаяний простого трудящегося, эти симпатии пошли на убыль. Окончательный разрыв с реформистской Коммунистической Партией в 1977 году стал началом конца рабочей политики BR. Любые движения «бригадисти» по организации трудящихся на корню пресекались профсоюзными активистами, верными КПИ. Всё закончилось более чем трагически: 24 января 1979 года коммунистическими «Красными Бригадами» в Генуе был убит коммунистический же профсоюзный лидер Гвидо Росса, сдавший полиции «бригадисти» Франческо Берарди, распространявшего среди рабочих листовки организации (24 октября 79 Берарди повесился в тюремной камере). 

Убитый Гвидо Росса

Трагические последствия этой карательной акции проявились чуть позже: генуэзская колонна вдруг обнаружила, что теперь рабочие относятся если не с ненавистью, то с крайней неприязнью к организации, объявившей себя «рабочим авангардом», которая безо всяких объяснений убивает самих же рабочих.

Убийство Росса ставит окончательную точку в попытках BR проникнуть на генуэзские заводы. А вскоре заканчивается история и самой генуэзской колонны: кровавый инцидент на улице Фракия и последующие за ним откровения первого «раскаявшегося» боевика BR Патрицио Печи, подрывают боевой потенциал структуры. Пришедший на смену убитому Риккардо Дура Франческо Ло Бьянко пытался консолидировать колонну, не допустить инакомыслия и расколов, используя подчас насильственные методы, однако к концу 1980 года под его руководством остаются лишь жалкие осколки некогда могучей колонны, практически разгромленной властями. Прибытие из Рима Барбары Бальцерани, сменившей Ло Бьянко на посту руководителя колонны, уже ничего не решает: к 1982 году колонна окончательно прекращает своё существование.