Страницы

воскресенье, 6 декабря 2015 г.

Вооружённая борьба против португальской диктатуры



Португальский фашистский режим, - так называемое «Новое Государство» (Estado Novo), - установленный в результате военного переворота 28 мая 1926 года, за свою 41-летнюю историю не раз сталкивался с попытками оппозиции отобрать власть у правящей военной камарильи. Однако, за редким исключением (вроде коммунистического восстания на корабле «Афонсу де Альбукерке» 9 сентября 1936 года), все эти попытки переворотов, мятежи и заговоры осуществлялись такими же военными кликами, прикрывавшими своё стремление к политической власти пустыми популистскими лозунгами. Отсутствие связи этих военных конспираторов с гражданским демократическим движением приводило к тому, что после ареста или гибели очередного заговорщика, автоматически рушился и весь его план по «спасению родины».

Впервые же режим «Нового Государства» столкнулся с организованной военно-гражданской оппозицией в ходе президентских выборов 1958 года, назначенных после того, как у премьер-министра Антониу Салазара (фактически – диктатора) возникли разногласия с формальным президентом Франсишку Лопешем. Лопеш был смещён со своего поста, а ему на замену Салазар выдвинул бывшего главнокомандующего ВМФ Америку Томаша, задумав «легализовать» в глазах мирового сообщества португальский режим посредством проведения якобы «свободных» выборов. Понятно, что в победе Томаша мало кто сомневался, однако совершенно неожиданно на политическом горизонте страны возникла фигура генерала Умберту Делгаду, открыто обещавшего, в случае своего избрания, «уволить Салазара» и направить Португалию по новому, демократическому курсу. Делгаду впервые попытался объединить не только военную, но и гражданскую оппозицию, куда входили как традиционные антифашистские группы различного толка (начиная от коммунистов, заканчивая революционными демократами), так и «анти-салазаристы» из католического и монархического лагерей.


В итоге, только по официальным, явно заниженным данным, оппозиционная Томашу кандидатура набрала около 25 % голосов избирателей. Толпы возмущённых сторонников Делгаду, уставших от «вечной стабильности» настолько напугали Салазара, что он распорядился скорейшим образом убрать из поля зрения «бесстрашного генерала». Опасаясь за свою жизнь, тот был вынужден укрыться в посольстве Бразилии, откуда в следующем году, будучи изгнанным из вооружённых сил, и уехал в Южную Америку. 

Умберту Делгаду

Здесь, в Бразилии, уже довольно давно сформировался костяк оппозиционно настроенных португальцев, с распростёртыми объятьями принявших нового политического беглеца. Именно бразильская политическая эмиграция во главе с Делгаду, станет основоположником акций нового типа.

В связи с тем, что после душевного потрясения 1958 года, Салазар отказывается от проведения в дальнейшем всенародных президентских выборов, электоральный путь борьбы для оппозиции оказался закрыт. Подъём революционного движения в Латинской Америке в начале 60-х, вызванный триумфом Кубинской Революции, приводит португальских эмигрантов в Бразилии к мысли о необходимости борьбы с диктатурой Салазара посредством акций прямого действия в кубинском духе.

Дебютная операция подобного рода, осуществлённая португальскими и испанскими политическими эмигрантами, объединёнными в «Иберийский Революционный Директорат Освобождения» (Direção Revolucionária Ibérica de Libertação) получилась очень громкой и была освещена практически всей мировой прессой.



DRIL был образован ещё в феврале 1960 года в Каракасе по инициативе «Союза Испанских Бойцов», - содружества беглых республиканцев, вынужденных покинуть родину после победы Франко. Вскоре, помимо венесуэльских революционных демократов, оказывавших огромную помощь в развитии организации, к DRIL в полном составе присоединяется и португальская эмиграция, обосновавшаяся в Бразилии. Заявленной целью DRIL становится насильственное свержение иберийских диктатур и установление Федеративной Республики, в которой все народы полуострова будут иметь равные права.

22 января 1961 года португальский пассажирский лайнер «Санта-Мария», совершавший рейс из Майами в Лиссабон, был захвачен интернациональной командой из 33 человек (18 португальцев, 13 испанцев и 2 венесуэльцев), под командованием бывшего капитана ВС Португалии Энрике Гальвана, поднявшегося на борт в Кюросао. «Операция Дульсинея», как её окрестили сами оппозиционеры в честь мифической возлюбленной Дон Кихота, началась с захвата капитанского мостика – именно здесь пролилась первая кровь: в ходе борьбы был застрелен один из португальских офицеров, попытавшихся помешать эмигрантам.

Энрике Гальван



Судно изменило курс и направилось к берегам Африки. Совершенно авантюрный и действительно донкихотский план Гальвана, одобренный между прочим самим Делгаду, заключался в следующем. Планировалось пришвартовать судно, переименованное в «Santa Liberdade» (Святая Свобода), к испанскому острову Фернандо По, расположенному в Гвинейском заливе и захватить его. После, завладев канонерками и тяжёлым вооружением испанского гарнизона, оппозиционеры, объявив об установлении Революционного Иберийского Правительства, намеревались атаковать Луанду, столицу тогда ещё принадлежавшей Португалии Анголы. Именно этот двойной морской штурм, по мысли Гальвана, должен был дать толчок к началу вооружённой борьбы за свержение диктатур Франко и Салазара.






Для Салазара происшествие в Карибском море являлось настоящим шоком. Моментально был издан декрет, запрещавший средствам массовой информации публиковать любую информацию, касательно захвата судна. Диктатор панически требует от союзников по НАТО отреагировать на этот беспримерный захват судна (первый, кстати, в истории захват корабля с выдвижением политических требований), однако лишь Соединённые Штаты откликнулись на мольбы Салазара. Франкистская Испания, к примеру, заявила, что произошедшее является внутренним делом Португалии, не более того.

К тому моменту, засевшие на «Санта-Марии» оппозиционеры решили продемонстрировать своё благородство гуманитарным жестом, высадив раненых в ходе захвата членов экипажа на антильском острове Санта-Люсия. Отчаливая от острова, лайнер попал в поле зрения датского грузового судна, капитан которого сообщил о встрече береговой охране США. Прибытие американских самолётов, угрожающе круживших над «Санта-Марией», и американских же ракетных катеров являлось кульминационным моментом: осознав, что всё потеряно, Гальван решил направить судно в территориальные воды Бразилии. Закончилось 13-дневное путешествие «Святой Свободы» в порту Ресифи, где захватчики высадились, получив гарантии бразильских властей на предоставление им политического убежища.

Несмотря на полное фиаско, постигшее «Операцию Дульсинея», кое-каких результатов она всё же достигла: внимание мирового сообщества впервые обратилось к маленькой Португалии, страдавшей от продолжительного, и отнюдь не демократичного правления Антониу Салазара. Симпатий добавляло ещё и то, что члены DRIL отнюдь не были коммунистами, которых так опасалась западная публика. Наоборот – по большей части оппозиционеры являлись антикоммунистами, сторонниками перехода Португалии к буржуазно-демократическому правлению, наивно надеявшимися на помощь со стороны новой американской администрации Кеннеди.

Возвращаясь к Гальвану, стоит сказать, что его бурная деятельность после провала первой акции не прекратилась. Оказавшись на бразильской территории, он практически сразу же начал подготовку к новой пропагандистской операции.

10 октября 1961 года посольство Португалии в Рабате (Марокко), сообщило о том, что имеются данные о подготовке элементами, связанными с Гальваном, некоей акции с территории Африки. Вероятно, планировался угон самолёта португальской компании TAP в Касабланке или Танжере. Португальские спецслужбы усилили меры безопасности на рейсах: отныне, в салонах всех самолётах, следующих из Лиссабона в Марокко, вопреки всем международным нормам, располагались вооружённые десантники.

Однако, столь угрожающие жесты, не остановили оппозиционеров. 10 ноября командой из шести оппозиционеров, во главе со старым противником Салазара, участником попытки переворота 1947 года, 39-летним Эрминиу да Палма Инасиу, был захвачен борт TAP, следовавший из Касабланки в португальскую столицу. Спустя 45 минут после взлёта, обезвредив охрану, в кабину ворвался сам Инасиу, сделав заявление следующего содержания: «Это революционная акция. Мы – патриотическая революционная группа и намереваемся осуществить политическую акцию против диктаторского режима Салазара. У вас есть выбор: либо сотрудничать с нами, исполняя всё, что мы скажем, либо удалиться, передав мне управление самолётом». Пилот немедленно согласился перейти в распоряжение революционеров, исполняя все поставленные ими задачи. На малой высоте самолёт пролетел над Лиссабоном, Баррейру, Бежа, Сетубалом и Фару, между тем как захватчики сквозь аварийный выход выбросили над городами более ста тысяч антифашистских листовок, призывающих к борьбе с тиранией.

Эрминиу Палма Инасиу

Режим поднял в воздух два истребителя ВВС, намереваясь принудить пилота к посадке на территории Португалии, однако тот ни на какие приказы не отвечал. В конечном итоге, борт благополучно вернулся в Касабланку. Более того – впоследствии благополучно вернулись в Бразилию и все шестеро участников операции, вновь попавшей на передовицы всех мировых газет и журналов.

Не успел Антониу Салазар облегчённо вздохнуть, надеясь, что выходки оппозиционеров, изрядно подмочившие репутацию режима, наконец закончились, как произошёл новый инцидент.

Ранним утром 1 января 1962 года группа из 20 военных под руководством Жуана Варела Гомеша атакует казармы 3-его Пехотного Полка в Беже. Штурм должен был стать началом всеобщего восстания против диктатуры Салазара, которое возглавит уже готовый перейти границу с Португалией «бесстрашный генерал» Умберту Делгаду.

На самом деле, «штурм» представлял собой не особенно героическое зрелище: группа атакующих, имевшая ключи от казарм, вошла внутрь, арестовала всех находившихся здесь солдат, после чего им был зачитан манифест с предложением присоединиться к восстанию. Единственным, кто оказал сопротивление захватчикам, был заместитель секретаря армии Жайме Фелипе де Фонсека, который был застрелен.

На самом деле, к моменту захвата казарм, операция уже фактически потерпела крах: прежде всего потому, что был потерян контакт с Делгаду, ожидавшим новостей в одном из рабочих общежитий Лиссабона. Кроме того, на встречу, предварявшую атаку, не явились представители гражданской колонны, которой должно было быть передано захваченное в казармах оружие.

Вероятно, события могли бы пойти по другому сценарию, если бы не очередная неудача: во время попытки ареста командира Португальского Легиона в Бежа, серьёзное ранение в грудь получил сам командующий восстанием Варела Гомеш. К моменту прибытия в Бежа генерала Делгаду, выступление потерпело полный крах – все участники его были арестованы, не сумев организовать никакого сопротивления. Убедившись в этом лично, Делгаду незамедлительно убыл из страны

Коллапс новогодней авантюры заставил надолго замолчать оппозицию, чья деятельность на некоторое время переместилась за пределы Португалии. Именно здесь, в Бразилии, Франции, Италии и Алжире рождались и умирали разнообразные проекты спасения родины из-под власти фашистской диктатуры.

В декабре 1962 года в Риме проходит первая конференция «Патриотического Фронта Национального Освобождения» (Frente Patriótica de Libertação Nacional) с участием представителей демократических сил, руководителей Коммунистической Партии Португалии, а так же Маунэля Серториу, делегированного проживающим в Бразилии Делгаду. Уже в январе следующего года штаб-квартира FPLN по приглашению президента Бен Беллы переезжает в Алжир. Отсюда начинает вещать радиостанция «Голос Свободы», здесь же активисты «Фронта» налаживают связи с руководителями освободительной борьбы в португальских колониях.

Стоит замолвить слово об очень гибкой позиции, проявленной в этот период Компартией Португалии. Невзирая на то, что основная работа по организации функционирования «Фронта» легла на плечи коммунистов, руководство партии приняло решение о необходимости выдвинуть на первый план FPLN фигуру Делгаду. Несмотря на антикоммунизм, «бесстрашный генерал» являлся единственным звеном, способным соединить левую португальскую оппозицию (которую представляла КПП) с умеренно-правой оппозицией (католиками, буржуазными демократами и монархистами). В связи с этим в октябре 63 в Бразилию отправляется делегация FPLN, а уже в декабре на II Конференции «Фронта» в Праге привезённый из Рио-де-Жанейро генерал избран председателем «Революционной Португальской Хунты» (Junta Revolucionária Portuguesa), объединённого блока оппозиционеров.

Правда, практически сразу же после собрания Делгаду был госпитализирован и следующие несколько месяцев провёл в пражском санатории, однако, встав на ноги, он тотчас же мчится в Алжир. Здесь он очень быстро вступает в конфликт с коммунистами, которые голосуют против его авантюрных предложений по организации революционного вторжения в Португалию из-за рубежа. В конечном итоге, на III Конференции FPLN в сентябре 1964 Делгаду, бойкотирующий съезд, теряет пост председателя «Революционной Хунты».  Тем самым он теряет и поддержку алжирского правительства, прислушивавшегося к мнению коммунистов.

Этот факт не особенно смутил «бесстрашного генерала»: в его голове уже созрел очередной революционный проект: на этот раз, Делгаду, опираясь на помощь китайских коммунистов, планирует учредить Временное Революционное Правительство в Макао, свергнув португальскую колониальную администрацию, и уже оттуда начать наступление на метрополию. Для реализации этой задачи в октябре 1964 года Делгаду заявляет об учреждении нового оппозиционного подразделения – «Португальского Фронта Национального Освобождения» (Frente Portuguesa de Libertação Nacional).


Конфликт между Делгаду и коммунистами, вылившийся в мощнейшую обвинительную кампанию, развязанную членами КПП, в которую были втянуты как алжирские власти, так и прокоммунистически настроенные силы в Европе, продолжается и после таинственного исчезновения генерала, о чём публично заявил представитель Делгаду в Марокко Энрике Серкейру 23 февраля 1965. Лишь сообщение испанских властей от 27 апреля положило конец нападкам коммунистов и алжирцев на «военного авантюриста»: в этот день вблизи испанской деревни Вилья Нуэва дель Фресно были обнаружены трупы Умберту Делгаду и его секретарши. Впоследствии выяснилось, что убийство организовали сотрудники португальской спецслужбы PIDE, пообещав через провокатора организовать нелегальный переход границы.

Тем временем, в самой Португалии установилось зловещее затишье. В 1965 году эту тишину нарушили лишь воинственные коммунистические диссиденты. Покинув КПП в 1963 на почве разногласий по вопросу вооружённой борьбы, в январе следующего года эта относительно небольшая группа радикалов во главе с Франсишку Мартинсом Родригишем, Пулиду Валенте и Руем д’Эшпинаем преобразуется в организацию, носившую весьма громкое название «Фронт Народного Действия» (Frente de Acção Popular).

Основной задачей FAP была заявлена организация всеобщего народного восстания и создание «революционной армии». В качестве эмбрионов этой армии, осуществляющих акции вооружённой пропаганды, выступали «Группы Народного Действия» (Grupos de Acção Popular). Эти «бригады вооружённого действия» приступили к делу в 1965 году, осуществив несколько подрывов полицейских участков в Лиссабоне.

21 октября по обвинению в организации этих терактов был арестован один из руководителей FAP Жуан Пулиду Валенте, а спустя немногим больше месяца, 26 ноября, в пригородном лесу в Белаш боевики GAP убили Мариу Матеуша, сдавшего властям Валенте.

Довольно активная пропагандистская деятельность FAP привела к тому, что в 1966 году за решёткой оказались и двое других лидеров организации – Родригиш и д’Эшпинай, в связи с чем организация приостанавливает свои воинственные инициативы, а в 1970 и вовсе преобразуется в прокитайскую Коммунистическую Партию Португалии (марксистско-ленинскую).

Между тем, вдали от Европы, внутри португальской эмиграции в Бразилии, произошёл очередной разлад. Небольшая группа во главе с Эрминиу да Палма Инасиу, - тем самым, что возглавлял захват самолёта TAP, - разошлась во взглядах с одним из лидеров эмиграции, Энрике Гальваном: в то время как первый по-прежнему уповал на возможность переговоров с Соединёнными Штатами о замене Салазара каким-нибудь более «демократичным» правителем (причём, самого себя он рассматривал как вполне приемлемую для этого альтернативу), его относительно более молодые соратники настаивали на продолжении вооружённой борьбы за социализм в самой Португалии. В конечном итоге, Палма Инасиу, Камило Мортагуа (так же участник обеих первых акций – захвата корабля «Санта-Мария» и португальского самолёта), Эмидиу Геррейру и ещё трое или четверо радикалов в 1966 году принимают решение ехать в Париж, чтобы оттуда организовывать новые выступления против португальской диктатуры.

Практически сразу же перед революционерами встал вопрос о финансировании будущих действий. Связываться с коммунистами, - единственной силой, обладавшей кое-какими денежными ресурсам, - они не стали, памятуя о весьма критической позиции КПП в отношении «мелкобуржуазного бланкизма», поэтому было решено осуществить типично революционное действие: ограбление банка в самой Португалии.

«Операция Мондегу», - первое выступление «Лиги Единства и Революционного Действия» (Liga de Unidade e Ação Revolucionária), - заключалась в ограблении филиала государственного «Банка Португалии» в портовом городе Фигейра-да-Фош. Когда была полностью изучена оперативная обстановка, началась непосредственная подготовка.

В первую очередь, прибыв на родину,  Палма Инасиу примерил на себя личину бразильского археолога, весьма заинтересованного руинами в Конимбриге. С целью осуществления аэрофотосъёмки участка он арендовал на аэродроме в Коимбре легкомоторный самолёт «Auster».

17 мая 1967 года, около 4 часов вечера, Палма Инасиу, Камилу Мортагуа, Антониу Барракоза и Луиш Бенвинду вошли в помещение банка. Несколькими минутами спустя они вышли на улицу, отягощённые тремя сумками, в которых содержалось 29 миллионов эскудо (что по современному курсу соответствовало бы 5 миллионам евро), и на автомобиле направились в сторону аэропорта, откуда на поджидавшем самолёте вылетели в сторону испанской границы. Обратим внимание читателя, что ограбление носило действительно авантюрный характер, так как в руках у нападавших находилось лишь игрушечное оружие, поэтому столкновение с властями в данном случае неизменно закончилось бы гибелью всей боевой основы организации. Впоследствии, всё это вооружение, - три металлических макета пистолетов и один пластиковый автомат, - было на потеху властям оставлено в салоне автомобиля, брошенного в аэропорту Коимбре при отступлении.


Ограбление было серьёзным ударом по имиджу португальской диктатуры и триумфом для созданной «Лиги». Несмотря на то, что позднее PIDE сумела обнаружить часть суммы, - 11 тысяч эскудо агенты нашли на ферме на окраине Парижа и ещё столько же в одной из затопленных шахт вблизи Гимарайеша, - активистам LUAR на средства, полученные с ограбления, в Чехословакии было закуплено большое количество уже настоящего оружия, которое затем было размещено на тайных складах в Бельгии, Франции и Португалии. 


В сентябре того же 1967 года команда LUAR под руководством Серуки Сальгаду осуществляет ещё одну громкую акцию – нападение на казармы в Эворе, откуда так же было похищено много оружия и боеприпасов, предназначенных для развития вооружённой борьбы против Салазара. 

Однако самый впечатляющий план боевой акции, возникший в голове Палма Инасиу, так и остался нереализованным. Речь идёт о проекте захвата довольно большим партизанским отрядом города Ковилья. В ходе операции предполагалось уничтожить все основные трассы и мосты с помощью взрывчатки, предварительно эвакуировав часть населения. Все представительства государственных репрессивных служб так же должны были быть уничтожены, а персонал – разоружён. Спустя какое-то время, - возможно, несколько дней, - захватчики, подняв в стране страшный шум, должны были покинуть город и скрыться за границей.

К тому моменту в распоряжении LUAR было довольно значительная сумма денег, большое количество оружия и около 50 боевиков, - частью в самой Португалии, частью за её пределами, - поэтому перспективы исполнения такой генеральной акции были самыми радужными. Однако, благодаря проникшему в ряды организации шпиону, PIDE узнала о зловещих планах и решила нанести по организации превентивный удар. Практически все активисты LUAR были арестованы – кто за рубежом, кто в Португалии. Сам Инасиу Палма был схвачен в Порту. Обилие самых тяжких обвинений не оставляло сомнений в том, что он, как руководитель и главный вдохновитель вооружённого действия, будет приговорён к смертной казни. Однако, спустя 9 месяцев после ареста, в одну штормовую ночь, перепилив решётки на окнах с помощью переданной сестрой пилы, Палма Инасиу покинул камеру. Преодолев стену, отделявшую тюремный двор от улицы, беглец спокойно прошёл мимо охранного поста и исчез в ночи. Утром следующего дня он был уже в Лиссабоне, куда добрался в товарном вагоне поезда. Спустя несколько недель Палма Инасиу успешно скрывается за рубежом.

Правда, вскоре он был арестован в Мадриде, однако запрос PIDE об экстрадиции преступника был отклонён франкистским правительством и Палма Инасиу отделался лишь высылкой из страны во Францию, где он приступил к восстановлению военно-политической структуры.

Парма Инасиу на пресс-конференции LUAR

Между 1969 и 1973 годом LUAR осуществила ещё множество операций как в самой Португалии, так и за её границами. К примеру, боевики организации в 1971 году были арестованы во Франции по обвинению в серии ограблений, крупнейшим из которых был налёт на франко-португальский «Banco do Ultramar». В мае и июне 1971 года нападениям подверглись консульства Португалии в Роттердаме и Люксембурге, откуда было похищено множество пустых паспортных бланков, различного рода разрешения, печати, печатные машинки, а так же деньги. Кроме того, LUAR практически непрерывно переправляла в Португалию оружие и взрывчатку, надеясь развернуть здесь полномасштабную гражданскую войну за социализм и свободу.

В ноябре 1973 года Палма Инасиу в очередной раз нелегально проникает на родину, намереваясь реализовать свой очередной грандиозный проект. Теперь речь шла о похищении некоего крупного представителя режима, которого можно будет обменять на десятки, если не сотни, политических заключённых. Благодаря нарушению элементарных правил безопасности PIDE становится известно о важной встрече в кафе на столичном проспекте имени Дука д’Авилы, где участники «незаконной ассоциации» собираются перед ограблением расположенного неподалёку «Банка Анголы». К удивлению сотрудников, содравших с одного из задержанных парик, перед их глазами предстаёт Палма Инасиу, разыскиваемый вот уже много лет по наиболее тяжким обвинениям. Жестоко избитого на улице революционера доставляют в штаб-квартиру PIDE, где избиения продолжаются. В итоге, уже к вечеру Палма Инасиу госпитализируют в состоянии комы.

Вновь на свободе неутомимый революционер оказывается лишь после крушения диктаторского режима 25 апреля 1974 года. Да и то, его освобождение прошло со страшным скрипом, поскольку Антониу ди Спинола, новый президент Португалии, настаивал на том, что ограбление банка в Фигейра-да-Фош является уголовным, а не политическим преступлением, поэтому Палма Инасиу должен предстать перед судом в любом случае. И вообще, по мнению президента, таки общественно опасные люди как он должны находиться в тюрьме.

Однако в этот раз другие политические заключённые, уже получившие амнистию, проявили солидарность, заявив, что из-за решётки выйдут либо все, либо не выйдет никто. Помимо арестантов «Форте де Кашиас» подобный же ультиматум властям выдвинули заключённые тюрьмы в Пениче. В конечном итоге, ночью 27 апреля приказ об освобождении Эрминиу да Палма Инасиу был получен.

Вернёмся, однако, в 60-е.

Как уже было указано, Коммунистическая Партия Португалии во главе с Альваро Куньялом, твёрдо державшаяся просоветской линии, выступала резко против любых попыток развёртывания вооружённой борьбы, рассматривая их как «авантюрные затеи оторванных от масс мелкобуржуазных элементов». Несмотря на это, в контексте деятельности «Патриотического Фронта Национального Освобождения», начиная с 1964 года внутри партии действовал так называемый «военный комитет» во главе с членами ЦК Рожериу де Кравалью и Раймунду Нарцису, занимавшийся переброской в Португалию оружия и взрывчатых веществ, которые могли бы понадобиться в ходе теоретического всеобщего восстания против диктатуры.

Однако, после выхода из рядов партии малочисленной фракции Франсишку Мартинеса Родригиша, после первых акций LUAR, наконец, после общего подъёма вооружённого революционного движения в мире, связанного с распространением геваризма, в рядах партийной молодёжи начался рост симпатий к акциям подобного рода. И, несмотря на то, что ЦК Компартии продолжал противостоять «бланкистской линии», под массовым давлением молодых радикалов, грозивших покинуть лоно партии, коммунистическое руководство вынуждено было приступить к созданию собственного вооружённого аппарата, получившего имя «Вооружённого Революционного Действия» (Acção Revolucionária Armada).

Первое публичное появление ARA произошло 26 октября 1970 года, когда в лиссабонском порту два взрывных устройства разнесли борт транспортного судна «Cunene», используемого режимом для переброски солдат в африканские колонии, где уже вовсю кипела освободительная борьба. 


Вслед за этим, в течение двух последующих лет, ARA осуществляет одиннадцать саботажных акций против объектов режима, наиболее громкими из которых являются нападение на военную базу Танкуш 8 марта 1971 года, где было сожжено 28 вертолётов и самолётов, а так же разрушено различное оборудования, и подрыв новенького Пиренейского командного пункта Атлантической авиационной группировки НАТО в Лиссабоне 27 октября того же года. Особенностью практически всех операций организации стало стремление избежать человеческих жертв; лишь единожды ARA нарушила свои принципы, когда во время подрыва Технической Школы PIDE в Лиссабоне 20 ноября 1970 совершенно случайно был убит любопытный прохожий, сунувший нос в сумку с бомбой, оставленной у входа. 

Военный пост телекоммуникационной связи, подорванный ARA

В мае 1973 года ARA объявляет «временную паузу» ради содействия открытой политической борьбе оппозиции. Больше к вооружённым действиям военная структура Коммунистической Партии Португалии не возвращалась, поскольку через год, 25 апреля 1974 года, многолетний диктаторский режим пал под натиском военно-гражданского протеста.

В завершение стоит заметить, что именно рост радикальных настроений среди молодых коммунистов, вылившийся в организацию «Революционного Вооружённого Действия», стал так же причиной образования другой, не менее известной группы вооружённой борьбы того периода – «Революционных Бригад», ставших продуктом взаимодействия ультралевой молодёжи и революционно настроенных католиков.