Страницы

суббота, 22 января 2011 г.

ВООРУЖЁННАЯ БОРЬБА В ВЕНЕСУЭЛЕ

Глава 3. РЕОРГАНИЗАЦИЯ ГЕРИЛЬЕРОС ДЛЯ ПРОДОЛЖЕНИЯ ПОВСТАНЧЕСКИХ ДЕЙСТВИЙ (1963)

Др. Педро Пабло Линьярес

К 1963 году множество революционеров, - гражданских и военных, - оказались в тюрьмах; большинство партизанских очагов по всей стране были уничтожены правительством или демонтированы самими же герильерос. В этом же году военные приступают к осуществлению операции «Торбес», направленной против оставшихся в горах Фалькон партизан. Однако арестованному Шему Сахеру удаётся предупредить товарищей о грядущей опасности. В письме к своему отцу от 8 февраля, он говорит, что:

«…данная операция будет настолько обширна, что в ней даже примут участие офицеры колониальной армии Соединённых Штатов и сотрудники Центрального Разведывательного Управления…Всё это, я считаю, указывает на окончательную потерю нашей Национальной Независимости и наплевательство режима на наследие наших отцов-освободителей».


Действия против комбатантов фронта «Хосе Леонардо Чирино» в 1963 году были поистине жестокими. Гнев армии и иностранных колонистов обрушился не только на партизан, но и на гражданское население территорий, где действовал вышеуказанный фронт. Подозрения армии падали буквально на всех, фабриковались фиктивные обвинения в связях с герильерос. В деревне Пуэбло Нуэво был даже арестован местный священник, превративший, по мнению руководителей операции, свою маленькую церковь в вербовочный пункт герильи.

Рождение FALN

Несмотря на полное военное поражение 1962 года, выражавшееся не только в многочисленных жертвах, но и в количестве арестованных, число которых превышало десятитысячную отметку, в феврале 1963 года боевиками Коммунистической Партии Венесуэлы и «Левого Революционного Движения» учреждены «Вооружённые Силы Национального Освобождения» (Fuerzas Armadas de Liberacion Nacional). В это же время КПВ посылает группу молодых людей на Кубу для прохождения военно-политического обучения.

В учредительном документе FALN мы можем проследить мотивы создания организации:

«Очевидно, и не подлежит никакому сомнению, что захватившую власть камарилью невозможно устранить ни мирными, ни электоральными методами. Опыт прошлой борьбы и царящий ныне хаос полностью подтверждают это.

Перед лицом аморального и лицемерного правительства, поддерживаемого персонажами, связанными с иностранным империализмом, а так же напрямую получающего деньги и оружие из-за рубежа, теряют всякий смысл демократические манифестации и протест большинства. Поражение правительственной хунте можно нанести лишь с оружием в руках.

Без оружия, без вооружённых и хорошо организованных групп, без Вооружённых Сил, выражающих народную волю, нельзя победить террор служителей режима, использующих фундаментальные ресурсы, которыми их снабжают иностранные корпорации, чьи интересы и защищают эти эгоистичные враги народа.

Никогда ни в нашей стране, ни в какой-то другой, сектора, находящиеся под контролем иностранного капитала и его местных прислужников, не уходили с политической сцены в мирной, ненасильственной форме. Только Освободители, осознавшие необходимость создания Освободительной и Революционной Армии смогли изгнать из нашей страны испанское иго.

Таким образом, венесуэльский народ сегодня должен тоже создать свои Вооружённые Силы, которые дадут адекватный ответ на насильственные и агрессивные выпады режима, которые разовьют ответное наступление и нанесут полное поражение правительству, которые будут защищать интересы обездоленных и после победы станут гарантией создания демократического националистического правительства. Эти Вооружённые Силы, вооружённые и поддерживаемые народом, сохраняют бдительность, и в любой момент готовы защитить революционные завоевания, сохранить целостность наследия и национальных территорий и отразить любую внешнюю агрессию или интервенцию.

Уже существуют эмбрионы этих Вооружённых Сил Национального Освобождения. Как ответ на террор и агрессию правительства, в горах и в городах Родины были созданы отряды партизан. И внутри Национальных Вооружённых Сил в последние годы вызревают идеи освобождения: честные профессионалы и патриоты сегодня заключаются в тюрьмы, изгоняются из армии, лишаются всех званий и наград, подвергаются преследованиям и нападкам со стороны камарильи, которая похерила престиж Армии и извратила её изначальную миссию, сделав из служителей Родины и Народа цепных псов банды убийц, коррупционеров и предателей».

Цель создания FALN, по словам чилийского журналиста, работавшего в то время в Венесуэле, Мануэля Кабьессе Доносо, заключалась в следующем:

«Развитие вооружённой борьбы в Венесуэле и достижение нереальных, до сих пор целей: революционного единства армии и народа.

Проникновение в ряды венесуэльской армии, позволяющее создать внутри неё революционные группы. Профессиональные солдаты, молодые офицеры, имели прекрасное представление о том, что творится в их стране, и что в защите эксплуатации заинтересованы, прежде всего, большие интернациональные корпорации и консорциумы.

Эти офицеры не хотели, чтобы Вооружённые Силы являлись репрессивным инструментом для поддержания антинародной власти. Более сотни офицеров действительной службы, - многие из них уже были арестованы, другие разжалованы, но большинство всё же сохраняли свои посты, - тайно вошли в структуру FALN. Они создали активные ячейки, которые продвигали революционные идеи. Не было особым сюрпризом, что во многих будущих важных событиях эти группы сыграли довольно важные роли.

Конечно, революционные активисты уже сделали две серьёзные попытки, хотя и поспешные, изменить сложившуюся ситуацию. Первой был мятеж Корпуса Морской Пехоты в Карупано 4 мая 1962 под руководством капитана-лейтенанта Хесуса Теодоро Молина Вильегаса. Некоторое время спустя, 2 июня того же года, вспыхнуло восстание на Военно-Морской Базе в Пуэрто Кабельо. Правительству удалось подавить оба мятежа, но это была пиррова победа. В обоих событиях профессиональные военные играли наиважнейшую роль – левые политические партии скорее исполняли роль поддержки».

Не лишним будет напомнить, что подобное гражданско-военное единство можно было наблюдать ещё с 1957 года, когда КПВ создала внутри Национальных Вооружённых Сил т.н. «Специальный Аппарат», куда вошли патриоты, среди которых мы могли бы заметить полковника Уго Трехо, который годы спустя, в 1977 году, опубликует свои воспоминания в книге «Безостановочная революция».

Реорганизация фронта «Симон Боливар»

Со своей стороны, в середине 1963 года Архимиро Габальдон и Педро Дуно сумели восстановить герилью в штате Лара, где ранее действовал фронт «Симон Боливар». В тот же момент Хуан Висенте Кабесас, командовавший фронтом «Хосе Антонио Паес», направился в Лара, где должны были соединиться оба фронта для приведения в жизнь в декабре 1963 так называемого «Плана Каракас». Вспоминает Хуан Карлос Париска:

«Я приехал в зону, где старые товарищи по Партии уже давно вели свою работу (…) Там уже был создан партизанский лагерь в Серро Бланко и я, приехав, обнаружил многих своих товарищей там.

Архимиро сформировал три группы: одна, под командованием Педро Калахия, должна была остаться на месте. Вторая должна была двигаться по реке Морадор. Третья группа «Спартака» должна была идти в штат Португеса.

Я остался один в лагере. Когда приехал Хуан Висенте Кабесас, которого я знал ещё со времён учёбы на Инженерном Факультете в Каракасе, он спросил: Где Архимиро?
Я ответил ему, что он уже в двух днях пути отсюда.
- Пойдём, - приказал он.

Мы прошли через горный кряж и достигли лагеря Альхимиро. Там были Педро Дуно, «Спартак», Тирсо Мелендес и другие товарищи из руководства фронта, потому что Хуан Висенте являлся эмиссаром руководства Партии, приехавшим решить ряд организационных вопросов.

Хуан Висенте остался ждать людей, которые должны были придти позже. Многие не согласились с ним, однако он настаивал, чтобы все руководители фронтов дождались новых товарищей: возможно, это были люди из партийного руководства, которые должны были принять участие в обсуждениях насущных проблем, а затем вернуться. После Хуан Висенте отделился от нас и ушёл в Эль Чараль в Португеса-Трухильо. Всё это происходило во второй половине 1963 года. Я помню это, потому что как раз наступил сезон дождей».

Создание партизанского отряда «4 мая» на востоке страны

Между тем партизанский очаг, который потерпел поражение на территории Ла Асулита – Агуа Вива, в середине года реорганизовался, вследствие чего в горах Карипе, штат Монагас, был основан новый партизанский отряд «4 мая», ставший затем частью фронта «Мануэль Апонте Родригес», которым командовали Альфредо Манейро, Эктор Флеминг Мендоса и Вистон Бермудес.

Эктор Мендоса, один из комбатантов этой группы и участник восстания в Карупано, вспоминает об обстоятельствах рождения фронта:

«В Эль Пинто и Эль Танто мы организовали отряд «4 мая», куда вошли люди Альфредо Манейро, пришедшие из Ла Асулиты. В их маленькую армию тогда входило человек 10, включая и двух испанцев, которых мы звали «Пепе» и «Испанец».

С приходом новых партизан, мы разделили отряд на четыре группы. Я взял на себя ответственность за развитие герильи на севере, в районе Сан Банифасио, штат Сукре. Непосредственно ядро «4 мая» пошло за мной. Бермудес отправился в Эль Пинто, Лукас Матеус со своей группой пошёл к Лас Маргаритас».

С другой стороны, герилья на равнинах под командованием Давида Эрнесто Остоса развивалась своим чередом: удалось установить две базы в Баринасе и Апуре, служившие тылом герильи в Эль Чарале. Таким образом, партизанская армия Хуана Висенте Кабесаса теперь действовала сразу в трёх штатах.

Добавим так же, что в период 1962-63 гг. были арестованы большинство руководителей КПВ и MIR, многие из которых являлись участниками вооружённой борьбы.

В связи с крушением ряда партизанских структур в горах, молодёжь КПВ, MIR, а так же левого крыла «Союза Республиканских Демократов» приступила к осуществлению в главных городах страны серии вооружённых акций, наибольшую известность из которых приобрели нападения на супермаркеты «Sear» и склады корпорации «Good Gears», штурм Североамериканской Мисси в Каракасе, похищение семьи Ансоатегуи, похищение полковника Чеснаула (заместителя Североамериканской Военной Миссии) и похищение футболиста Де Стефано.

29 сентября произошло вооружённое нападение на поезд «El Encanto» в Лос Текес: изначально акция «вооружённой пропаганды» FALN превратилась в настоящий бой, в ходе которого погибают несколько гвардейцев.

Бегство политических заключённых, великий марш и акции FALN

15 сентября 1963 года происходит грандиозное бегство политических заключённых из тюрьмы города Трухильо, в ходе которого тюремные стены покидают такие значительные персонажи партизанской борьбы, как Фабрисио Охеда, Лунар Маркес, Акосто Бельо, Флеминг Мендоса и другие. Операция по спасению товарищей была организована бойцами фронта «Хосе Антонио Паес». Команданте Хуан Висенте Кабесас рассказывает:

«После того, как мы организовали массовый побег из тюрьмы Трухильо, многие заключённые товарищи прибыли в Бискукуй и установили с нами контакт. Здесь между нами произошёл разговор о важности перемещения фронта в сторону Боконо и Никитао. Мы решили организовать великий партизанский марш под названием «Освобождённая Сьерра».

Гораздо позже мы развернули наступление на Боконо – к тому времени наш фронт уже был достаточно силён, благодаря полной интеграции товарищей, бежавших из Трухильо. Укрепление фронта целой когортой новых бойцов оказалось весьма кстати, потому что члены нашего первичного ядра являлись главным образом молодыми политическими активистами, студентами инженерного факультета Каракаса, людьми, которые были заражены политическим энтузиазмом, мистикой войны и тому подобными вещами, однако практически ничего не смыслили в военной стратегии».

25 декабря 1963 Коммунистическая Партия Венесуэлы спланировала и организовала побег из тюрьмы, располагавшейся на острове Бурро, своих наиболее важных политических кадров, а так же членов Командования «Вооружённых Сил Национального Освобождения». Педро Медина Силва вспоминает эту операцию следующим образом:

«Почему мы убежали? Потому что Асуахе, который являлся шефом Главного Штаба FALN и я, бывший Главным Команданте FALN, считали необходимым быть на свободе, а не в тюрьме. Потому что, именно на улицах мы могли проявить свои таланты в деле организации акций освобождения. Поэтому то мы и сенсационно покинули тюремные стены.

Героем этого побега был Рафаель Брисеньо, театральный и киноактёр, который имел наглость войти в логово льва (т.е. в тюрьму) и 25 декабря передал какие-то фальшивые письменные директивы младшему лейтенанту, который был нашим тюремным надзирателем.

Долгие года нам было запрещено говорить об этой операции, потому что для Ромуло Бетанкура наш побег был неизлечимой раной: ведь в ту эпоху тюрьма на острове Бурро считалась одним из самых жестоких и надёжных пенитациарных учреждений в стране. Однако мы обвели вокруг пальца всех охранников и просто вышли через двери.

Рафаель передал фальшивые директивы младшему лейтенанту по фамилии Касорла. Он прочитал их и открыл дверь нашей камеры, чтобы перевести нас в другое место, в соответствии с «приказом». Мы связали его и вышли, используя поддельные удостоверения. С острова, на котором располагалась тюрьма, мы уплыли на заранее приготовленных лодках. На другом берегу нас ждал чилийский друг».

Таким образом, важные политические кадры КПВ и члены командования FALN вновь оказались на свободе и приступили к своим непосредственным обязанностям. Практически идентичным образом был организован побег группы девушек-партизан из женской тюрьмы в Лос Текес 11 июля 1963 года.

1963 года стал первым годом усиленных акций «Вооружённых Сил Национального Освобождения», имевших первейшей целью дестабилизировать правительство Ромуло Бетанкура.

Практически каждый месяц гремят взрывы, совершаются нападения и вооружённые ограбления, происходят похищения: всего за год FALN осуществили около 50 городских акций различной направленности: начиная от «экспроприаций» и «акций вооружённой пропаганды» и заканчивая «акциями солидарности», вроде угонов самолётов или организации голодовки политических заключённых в тюрьме Сан Карлос в ноябре 1963, которая быстро перекинулась на другие тюремные учреждения страны.

К тому же, FALN добились активизации уже давно организованных Компартией «Тактических Боевых Единиц», которые, начиная с ноября месяца, принимали участие в столкновениях в полицией и фашистскими бандами в Ла Чарнека, Эль Гуаратаро, Сан Хуане, Сан Аугустине, Эль Валье, Ломас де Урданета, Ла Веге и других народных кварталах Каракаса.

План Каракас

Итак, в контексте нового подъёма повстанческого движения, совместными усилиями Компартия Венесуэлы, «Левое Революционное Движение» и FALN запланировали на декабрь 1963 года реализацию т.н. «Плана Каракас», который должен был сопровождать выборы нового президента Республики.

Для лучшего понимания того, что же из себя представлял «План Каракас», обратимся к воспоминаниям Луиса Корреа:

«Мы поделили Каракас на три сектора: два находились под контролем «Первой Бригады» (вся северная часть города: от Сан Карлоса до Петаре и далее к югу), и один сектор должна была контролировать «Вторая Бригада» (западная часть). Главным образом, мы вели речь об инициировании взрыва народного недовольства, сопровождающегося хорошей вооружённой поддержкой. Мы должны были атаковать жизненно важные центры врага; в Конехо Бланко необходимо было парализовать всякое движение, дабы остановить продвижение репрессивных сил в тот момент, когда мы планировали атаковать казармы в Урбането. Всё это должно было быть проделано в основном мелкими вооружёнными группами. В Сан Карлосе мы так же планировали парализовать движение, возводить баррикады в Мирафлоресе, атаковать полицейские участки, Главное Полицейское Управление, Технический Корпус Полиции и т.д. Теоретически, мы должны были захватить много оружия.

Одним сектором командовал я, другим Мадеро, третьим – ещё один товарищ. Каждый из нас имел свой собственный план действий. Но случилась беда – оружие, посланное нам с Кубы, было обнаружено и конфисковано властями. Более того – был арестован сам Мадеро вместе со своим планом. В руки полиции попала карта, где стрелками были обозначены военные и полицейские посты, а так же некоторые другие объекты будущих атак. Правительство было очень взволновано полученной информацией».

Мы должны вспомнить, что для активизации этого плана (нужно заметить – очень амбициозного, даже по нынешним параметрам), FALN установили контакт с Коммунистической Партией Кубы, которая действительно выслала крупную партию оружия, которое было перехвачено правительством.

Луис Корреа рассказывает:

«Оружие привёз «Толстяк Мартинес» (Рафаель Эллино Мартинес), который вернулся с Кубы на лодке. Прибыв на один из безлюдных пляжей, он вытащил всё оружие и закопал. Один из местных рыбаков видел всё это и сообщил об увиденном властям. Не было никакого предательства. Другое дело, «Толстяку» нужно было не играть в конспиратора, а сразу же везти всё оружие в Каракас, поскольку были и грузовики и все возможности для этого».

MIR создаёт свою герилью в Эль Бачильер

В декабре 63 вооруженные партии (КПВ и MIR) бросили призыв бойкотировать президентские выборы. Однако, «Демократическое Действие» Бетанкура вновь с триумфом побеждает. Тотчас же после этого, центральный комитет «Левого Революционного Движение» принимает решение о создании собственного партизанского фронта в горах Эль Бачильер, включавший в себя как сельские, так и городские кадры.

Луис Фернандо Сото Рохас касаясь истории возникновения фронта, вспоминает:

«Здесь, в Каракасе я и Ромуло Ниньо инициировали начало городской герильи в конце 62-начале 63 года. В ходе нашей деятельности, к которой присоединился так же доктор Вьельма, мы разработали план по организации Школы Герильи в штате Миранда на основе сельской политической работы в зоне Купира и Эль Гуапо, где Трино Барриос, местный сельский руководитель партии, и «Чёрный» Хесус Мария Пачеко уже наладили довольно неплохие отношения с местными крестьянами.

На хуторе под названием Коросаль, который находился в 4 или 5 километрах от Эль Гуапо, (там было организовано вооружённое сельское ядро) и обосновались команданте «Санчес» (Трино Барриос), «Эль Кокито» Гонсалес и ещё один представитель командования, которого мы называли Карлосом.

Они и сформировали «твёрдое ядро» Школы Герильи в конце 1962 или в начале 1963 года».