Страницы

пятница, 29 января 2016 г.

ЭТА.22.KAS: баскская альтернатива реформизму



С момента своего создания в августе 1975 года KAS рассматривался членами коалиции как далеко идущий проект. Для некоторых из них, в том числе и для ЭТА (m), альянс должен был играть ведущую политическую роль в жизни Страны Басков, представляя широкий блок сил, защищающий ряд минимальных политических требований, необходимых для перехода к реальной демократии. С момента своего присоединения к KAS, «milis» отстаивали выставленную ими программу-минимум, однако эта односторонняя инициатива вызвала беспокойство среди прочих членов коалиции, провозгласивших борьбу с тоталитарным стилем работы левого движения.

После длительных дебатов, в июле 1976 года представители организаций, входивших в KAS, наконец сформулировали собственную альтернативную программу, представленную на специальной пресс-конференции 30 августа. Базой альтернативной программы являлись 6 пунктов, выдвинутых ЭТА (p-m), и предназначавшихся изначально для их собственного проекта «Народного Союза»:


1. Установление гарантированных демократических свобод;

2. Полная амнистия;

3. Принятие мер по улучшению уровня жизни народных масс и, в первую очередь, рабочего класса;

4. Ликвидация аппарата политических репрессий;

5. Признание национального суверенитета Страны Басков, что влечёт за собой признание за баскским народом права решать свою собственную судьбу, вплоть до возможности отделения и организации собственного государства;

6. Формирование, в контексте предыдущего пункта, Переходного Правительства Страны Басков.

Эта программа предусматривала минимум демократических шагов, которые силы KAS требовали сделать для признания ими законным пост-франкистского правительства. ЭТА (m), не присоединившаяся к общим дебатам по причине своей принципиальной позиции ограждения от политической деятельности, сочла нужным заявить, что, в случае выполнения этой программы, вооружённая борьба будет прекращена. Однако в целом программа была задумана как список требований, необходимых для переговоров с правительством, в надежде что режим выполнит хотя бы некоторую часть из них. 

Тем временем, давно готовившаяся VII Ассамблея ЭТА (p-m) наконец состоялась в сентябре в Наварре. Состав присутствующих обеспокоил членов специальных групп «Bereziak», которые полагали, что военные аспекты должны обсуждаться только представителями военной же структуры. Вопреки их мнению, подавляющее большинство на ассамблее составляли представители организации, обитавшие преимущественно за рубежом.

Центральным вопросом собрания, как и ожидалось, стал проект формирования политической партии. После яростных споров, методом голосования (82 против 17) было принято решение о создании новой партии и чётком разделении военной и политической работы. Однако члены боевого аппарата ЭТА (p-m) восприняли случившееся как попытку ликвидации вооружённого крыла с целью в дальнейшем войти в качестве новой силы в систему пост-франкистской буржуазной демократии. Эти подозрения усилились, когда на следующий день в двух левых баскских газетах вышли статьи, указывающие, что ЭТА отказывается от вооружённой борьбы и трансформируется в легальную политическую партию. Точное описание только что кончившейся Ассамблеи не оставляло сомнений в том, что источником информации являлся один из её участников.

Присутствующие в качестве наблюдателей руководители ЭТА (m) Хосе Мигель Беньяран и Доминго Итурбе приветствовали решение «polimilis», которое, по их мнению, поставило точку в долгих спорах между фракциями, открыв путь для воссоединения. И действительно, вслед за этим была создана специальная «комиссия по восстановлению» с участием представителей обеих фракций, первое собрание которой состоялось 10 октября. Однако процесс постоянно наталкивался на различные преграды и к концу 1976 года всё ещё находился на начальной стадии.

Тем временем, события на улицах баскских городов приняли тревожный характер. Летние мобилизации протеста против убийства «Пертура» постепенно трансформировались в демонстрации требования полной амнистии для политических заключённых, которые полиция встречала с особой жестокостью. Только за летние месяцы в ходе столкновения с властями погибли трое манифестантов, что, в свою очередь, спровоцировало очередную всеобщую стачку в Стране Басков.

27 сентября, в честь первой годовщины казни франкистским режимом двоих «этаррас» и троих деятелей FRAP, левонационалистические организации вновь проводят всеобщую стачку, ставшую самой массовой за всю историю Страны Басков. Ответ властей был традиционен: вечером того же дня во время разгона демонстрации в Лаудио был убит один из трудящихся, а ночью на 28-е группа сотрудников Гражданской Гвардии расстреляла двух посетителей дискотеки в Сантестебане.

Шум, поднявшийся вокруг вопроса об амнистии, был настолько силён, что президент Суарес, с целью нормализации ситуации, обнародовал в течение последующих месяцев три списка частично амнистированных лиц. Однако к концу года долгожданной полной амнистии так и не было проведено, и в тюрьмах продолжали томиться 158 членов ЭТА, осужденных ещё франкистским режимом.

ЭТА (m) возобновила свою вооружённую деятельность в октябре 1976 года, после долгого молчания в течение первых месяцев правления Суареса, во время которых не было сделано ничего, для реального улучшения политической ситуации в Стране Басков, для реального торжества демократических свобод. 4 октября в Сан-Себастьяне организация осуществила весьма убедительную акцию: вместе со своим шофёром и тремя телохранителями командой «этаррас» был расстрелян Хуан Мария Аралусе Вильяр, президент депутатского совета провинции Гипускоа, член Совета Королевства, и депутат франкистских кортесов.

Тем временем приближалось время всеобщего референдума по вопросу принятия т.н. Закона о Реформе, назначенного на декабрь. Большая часть оппозиции призвала к воздержанию от участия в плебисците, хотя некоторые силы, такие как Националистическая Баскская Партия и Испанская Социалистическая Рабочая Партия преследовали в своих рядах подобные настроения. Государство со своей стороны мобилизовало все ресурсы для того, чтобы добиться одобрения проекта реформ. И этого удалось достичь, хотя, например, в самой Стране Басков, около 42 процентов населения бойкотировало мероприятие. Одобрение Закона о Реформе открыло путь к переходу Испании к демократическому правлению западного образца.

На практике этот переход начался с ликвидацией Трибунала Общественной Безопасности 30 декабря, взамен которого был учреждён Верховный Суд. Не менее громким жестом режима стала легализация в начале 1977 года баскского флага, «икурриньи», который ещё совсем недавно становился причиной отчаянных конфликтом между баскскими националистами и представителями режима. Так, ещё в сентябре 1976 в Ондаррибия полицией был убит молодой человек, демонстративно размахивавший баскским знаменем. 5 декабря, во время футбольного матча Реал Сосьедад – Атлетик Бильбао капитаны обеих команд вышли на поле, растягивая «икурринью», вызвав у тысяч собравшихся болельщиков бурю аплодисментов и криков одобрения. В этих условиях поддерживать дальнейший запрет на использование национальной символики было чревато для нового «демократического» режима.

В 1976 году на счету ЭТА (m) числились 14 убитых, в то время как «polimilis» осуществили всего одну акцию со смертельным исходом – злополучное похищение Берасади. За тот же период в Стране Басков «эскадронами смерти» и неофашистскими наёмниками было убито 22 человека, столько же, сколько и в предыдущий год. Однако теперь подавляющее большинство погибших непосредственно были связаны с ЭТА, между тем как в 1975 году 17 жертв государственного террора являлись обычными гражданами, убитыми либо во время манифестаций, либо во время проверок на блокпостах.