Страницы

пятница, 15 января 2016 г.

ЭТА.17.Уход Рабочего фронта



Хотя подготовка «Операции Огр» поглащала большую часть сил ЭТА на протяжении 1973 года, организация не оставляла деятельности и на других фронтах. Как уже было указано, во время первой части VI Ассамблеи возникли противоречия между руководителями Военного и Рабочего фронтов по вопросу о взаимодействии с массами. Для решения этих вопросов 12 октября была проведена «Малая конференция» с участием ответственных обоих секторов, которая прошла в довольно напряжённой форме.

В первую очередь, представители военного направления упрекнули своих коллег в том, что, несмотря на обилие политических заключённых, Рабочий фронт так и не смог организовать структуры, способной поддерживать хотя бы минимальные отношения с ним. Горы жалобных писем из тюрем являлись подтверждением этому. Слово за слово, возник конфликт, перешедший затем к обсуждению стиля работы военного аппарата, якобы крайне неэффективного. Учитывая накал конфликта, все участники вскоре банально разругались и покинули встречу.


На самом деле, за внутренними склоками скрывалась проблема взаимосвязи между вооружённой и политической борьбой. На протяжении всего 1973 года продолжались волнения в рабочей среде и на этот раз Рабочий фронт ЭТА не играл в них решающей роли. Особенно усилились выступления трудящихся в переживавшей стремительную индустриализацию Наварре, и здесь ответственные лица могли с грустью констатировать, что профсоюзные активисты испытывают большое влияние Коммунистической Партии Испании и иных радикальных левых групп. Причём, по иронии судьбы, некоторые из них, - такие как ЭТА Sexta или «Баскское Коммунистическое Движение», - являлись продуктом раскола самой ЭТА, успешно использующих национальный вопрос в деле укрепления процесса профсоюзной борьбы.

Именно поэтому олигархия Наварры боялась ни ЭТА, ни «традиционных» националистов, не игравших никакой роли в лагере трудящихся, а массового организованного рабочего движения, контролируемого левыми и ультралевыми. Подобная же ситуация назревала и в Гипускоа, что, по мнению ответственных за Рабочий фронт, вскоре должно было привести к изоляции ЭТА от широких масс. И несмотря на эту опасность, организация, вместо усиления работы в данном направлении, вновь приступила к боевым действиям, прерванным после гибели «Чикия», осуществив осенью 1973 года несколько десятков акций, крупнейшими из которых являлось неудачное покушение с помощью заминированного автобуса на блокпост Гражданской Гвардии в Сан-Себастьяне 8 октября и подрыв машины с динамитом близ казармы той же Гражданской Гвардии в Ордисии.

Возвращение к активным боевым действиям сопровождалось закономерным ростом полицейских репрессий. Ещё в июне организация понесла первые потери: во время полицейской засады в квартале Бильбао Индаучу были тяжело ранены и арестованы Иманол Мичелена и Хесус Мария Сабарте Гаррац, заменившие погибшего «Чикия» в руководстве Военного фронта. 28 ноября Хосе Эчеберрия и Хосе Луис Пагасауртундуа погибли во время сборки бомбы. 6 декабря 1973 года в ходе расследования этого инцидента полицейские обнаружили и взяли в осаду квартиру в Сан-Себастьяне, где скрывался Хосу Артече. После долгих переговоров, внутрь квартиры были заброшены несколько газовых гранат, а после того, как Артече приблизился к окну, полицейский снайпер убил его. 

Хосу Арече

Таким образом, в течение 1973 года погибли четверо участников организации. И взрыв, прогремевший спустя полторы недели в Мадриде, убивший Карреро Бланко, стал своеобразной моральной компенсацией для организации, потерявшей за последние два года восемь человек.

Тем временем, в результате убийства Карреро французская полиция, получившая сведения о бегстве исполнителей покушения во Францию, усилила преследования членов баскской политической эмиграции. В конечном итоге, декретом от 10 января 1974 года правительство принудительно распустило связанную с ЭТА организацию «Enbata», базировавшуюся во французской части Страны Басков. А уже в марте наиболее юные и радикальные представители распущенной организации преобразуются в «Социалистическую Партию Народа» (Herriko Alderdi Sozialista). Параллельно с этим процессом на политическую сцену выходит националистическая группа «Iparretarrak» (Северные), образованная в 1972 году и избравшая в качестве основного метода достижения независимости Страны Басков вооружённую борьбу. В данном случае – против французского правительства. Надо заметить, что, несмотря на крайне радикальную риторику, «Iparretarrak» не отличались столь же радикальной деятельностью. Достаточно сказать, что эти апологеты вооружённой борьбы вплоть до 1978 года вполне легально осуществляли свою политическую и организационную деятельность. К моменту своего запрета французским правительством в том же 1978 году на счету «Iparretarrak» числилось лишь 5 «акций прямого действия»: главным образом, бескровных терактов. 



В испанской части Страны Басков дела так же не стояли на месте. 3 апреля 1974 полиция обнаружила конспиративную квартиру комбатанта ЭТА Колдо Ицтуета в Памплоне. Во время штурма квартиры Ицтуета оказал сопротивление, за что был выкинут из окна четвёртого этажа разгневанными агентами, сумевшими наконец скрутить его. Вечером того же дня команда «этаррас» в Аспейтии убивает гвардейца Грегорио Посадаса, известного в городке благодаря своему репрессивному рвению.

20 мая на пляже в пограничном городке Ондаррибия высаживаются трое бывших «этаррас», прибывших с территории Франции. Практически сразу же они попадают в лапы ждущей их полиции. В итоге, Хосе Луис Мондрагон и Хавьер Мендес были тут же расстреляны. Третий, Хосе Луис Аррондо, на самом деле был внедрившимся в организацию провокатором, который и привёл своих товарищей на верную гибель. Надо сказать, что Мондрагон и Мендес, покинувшие ЭТА из-за своих диссидентских настроений, прибыли в страну с целью организации новой, альтернативной группы вооружённой борьбы, причём начать они намеревались с осуществления нескольких акций самофинансирования. Аррондо, отличавшийся подозрительным поведением, давно уже был «персоной нон грата» в среде испанских «этаррас», однако ему всё же удалось втереться в доверие к нескольким французским политическим эмигрантам, и вот что из этого вышло.

31 мая попытка ограбления банка в Беасайне увенчалась перестрелкой «этаррас» с полицией во время которой был ранен один из четырёх нападавших. Посчитав, что двое из скрывшихся, Хосе Луис Пагоага и Франсиско Хавьер Айя Сулайка, могут быть причастны к покушению на Карреро Бланко, командующей Гражданской Гвардией Хосе Вега Родригес распорядился провести масштабную кампанию розыска нападавших, а после и сам прибыл в Беасайн для того, чтобы лично участвовать в охоте на государственных преступников, к которой были привлечены более двух тысяч полицейских, при поддержке трёх вертолётов, дюжины джипов, мотоциклов и собак. Несмотря на столь грандиозные усилия, никаких результатов они не дали. Лишь 2 июня один из разыскиваемых случайно столкнулся с патрулём Гражданской Гвардии, но сумел бежать, убив одного из агентов. В конечном итоге, все четверо вскоре ушли во Францию целыми и невредимыми.

Две схожие акции демонстрируют, что и на этом этапе ЭТА намеревалась активно вмешиваться в социальные конфликты. 29 апреля в Сан-Себастьяне команда «этаррас» атаковала загородный дом владельца предприятия «Herederos» Рамона Мухики и, выведя почтенного сеньора и его гостей на улицу, предала коттедж огню. В этот же самый момент бомба разнесла офис франкистского профсоюза в Эррентерии. 27 июня «этаррас» повторяют свою «двойную акцию», но на этот раз в огне исчезла вилла владельца предприятия «Emua», а взрыв прогремел в представительстве жёлтого профсоюза этой же фабрики в Толосе. В первом случае заводовладелец был наказан за своё презрительное отношение к трудящимся, во втором случае «этаррас» своими действиями заставляют аннулировать репрессии, применённые к рабочим, незаконно проводящим забастовку.

В июне 1974 года проводится ещё одна «Малая Конференция», на которой вновь разжигается полемика между нелегальными и легальными активистами организации.

Итогом прежних дискуссий с Рабочим фронтом было решение руководства о противодействии возможному расколу, посредством реформирования структуры. Были введены первые «пилотные зоны», объединявшие политическую и военную работу под руководством единого ответственного лица, хотя исполнение этих задач будет возложено, как и прежде, на два изолированных друг от друга аппарата.

В какой-то момент активисты Рабочего фронта подметили, что деятельность по организации ячеек в рабочей среде проходит в обход их сектора. Этого было достаточно для принятия решения о выходе из ЭТА. «Малая Конференция» становится тем местом, где «рабочие» представители напрямую заявляют о невозможности дальнейшей работы внутри организации. Сия позиция подкреплялась больше не фактами, а эмоциональными домыслами и личностными обвинениями. В связи с этим, формально члены Рабочего фронта были изгнаны из рядов ЭТА по традиционному обвинению в «фракционной и заговорщицкой деятельности».

Почти весь аппарат фронта провинции Гипускоа и некоторая часть его в провинции Бискайя оформились в новую организацию, «Патриотическую Революционную Партию Трудящихся» (Langile Abertzale Iraultzaileen Alderdia), которая в дальнейшем превратится в довольно грозную силу. Большинство же рабочих активистов из Бискайи продолжили свою деятельность в автономном режиме.


В отличие от прошлых расколов, в этот раз разделение не сопровождалось конфронтацией. Во-первых, потому, что деятели Рабочего фронта не только не собирались оставлять за собой имя ЭТА, но и вовсе дистанцировались от неё, поскольку усиленное внимание властей к «этаррас» стало одной из главных причин ухода из организации. Во-вторых, не было никаких идеологических разногласий по вопросу о совмещении национализма и социализма, поскольку обе структуры следовали одним и тем же идеологическим курсом.

Выход из ЭТА Рабочего Фронта с оформлением его в новую организацию LAIA на самом деле расширял деятельность т.н. «националистической левой», которая к тому моменту уже заняла положение гегемона по крайней мере в молодёжной среде, совершенно вытеснив «традиционный» национализм. Помимо организаций, ранее порождённых «этаррас», - «Баскского Коммунистического Движения» (бывшей ЭТА-berri), «Коммунистической Революционной Лиги» (бывшей ЭТА Sexta) и «Революционной Организации Трудящихся», - в 1974 году возникли «Патриотические Баскские Комиссии» (Langile Abertzaleen Batzordeak), мощная ассоциация независимых профсоюзов «освобождения баскского рабочего класса». Таким образом, лагерь «патриотической левой» был действительно широк и разнообразен. И, вероятно, руководству ЭТА лестно было осознавать, что толчком к развитию этой самобытной идеологии являлась именно «Страна Басков и Свобода». Она и только она являлась мотором развития, настоящим авангардом, концентрировавшим в себе наиболее радикальную часть «националистической левой», за которой шли более умеренные или более рассудительные организации и группы. Деятельность «этаррас» сподвигла многих молодых людей организовываться, а не идти вслед за устаревшими «традиционными» догмами.