Страницы

суббота, 30 апреля 2011 г.

Io, l'uomo nero. Глава 20



20. День, когда была спасена жизнь Джорджио Альмиранте

Джорджио Альмиранте – это человек, которого я считал самой большой бедой итальянского неофашизма, шлюхой, «противником», которого необходимо было атаковать. Позднее этот человек отличился тем, что потребовал меня и Марио Тути1 приговорить к смертной казни. То, что он умер в своей постели – исключительная удача. И за это он, или его наследники, должны быть благодарны мне. Потому что однажды утром в 1976 году его смерть была близка. Очень близка. Она почти коснулась его. Он не узнал об этом, и теперь никогда уже не узнает.


Когда я уже находился в подполье, и был одним из самых разыскиваемых преступников Италии, я ехал на автомобиле по Виа Национале в сторону площади Венеция. На пересечении с Виа Серпенти автомобиль остановился на светофоре. Здесь же притормозил малолитражный автомобиль, на борту которого находилось несколько человек, среди которых был и секретарь Итальянского Социального Движения. Как всегда, я и мой товарищ были вооружены. Мой друг толкнул меня в бок локтём и проговорил: «Посмотри-ка, кто там. Взгляни быстрее!». Его прямо трясло от радости. Я повернулся, и увидел сидящего в автомобиле Альмиранте. «Давай убьем этого ублюдка, который всех нас продал! Я сам его сейчас застрелю!» - товарищ начал открывать дверь и попытался взять с заднего сиденья автомат. Было бы достаточно одной очереди. Раз и всё. Но я строго взглянул на своего друга: «Мы его убьем. А что потом?  Чем всё закончится? Мы сделаем его героем: мучеником. Пусть идёт ко всем чертям. Этот человек не стоит даже пули. В таких делах, ты знаешь, решения принимаю я. И мы не будем стрелять в него».

Товарищ пожал плечами и успокоился. Включился зелёный свет, и машина с Альмиранте на борту сорвалась с места. Человек, который втянул неофашизм в «правое» болото, который неоднократно предавал идею, который долгие годы служил интересам правительства демохристиан, сохранил свою жизнь.

Примерно такой же случай произошёл чуть позже. Однажды вечером я вместе с молодым товарищем возвращался в свою «берлогу». Внезапно, товарищ остановился и указал пальцем на молодого парня в куртке - «аляске», активиста «Рабочей Автономии» или просто молодого коммуниста, который клеил листовки на стене. «Давай преподадим урок этому красному» - предложил мой приятель. Я молча дёрнул его за куртку, и мы пошли дальше. Я никогда не стрелял в коммунистов. Я дрался с ними – да. Дрался по-честному, без ножей и прочего «железа». Но никогда я не имел намерения убивать «красных». Антикоммунизм, подогревавший молодёжную ярость, я находил нелепым и смешным: уловкой, используемой буржуазией для того, чтобы запутать людей, удалить от них истинные цели.

Ещё один подобный инцидент всплывает у меня в памяти, но уже с участием полицейских. Это случилось в Риме. Однажды, когда на мотоцикле я ехал по набережной Тибра в сторону больницы Святого Духа, я заметил, что впереди расположился дорожно-пропускной пункт,  а рядом с ним две или три полицейские машины. Один из карабинеров с помощью мегафона потребовал остановиться. Я замедлил ход. Параллельно с этим, я попросил товарища, сидевшего за мной, достать оружие из сумки. На двоих у нас было три пистолета и несколько ручных гранат. Не слезая с мотоцикла, я схватил гранату и запустил её в сторону дорожно-пропускного пункта, неистово крикнув: «Итальянская Социальная Республика!». Дабы не вызывать лишних жертв, я специально не делал сильный размах, поэтому граната взорвалась в тридцати или сорока метрах от карабинеров. Но и этого было достаточно. Сотрудники правопорядка моментально заскочили в свои машины, и на безумной скорости унеслись вдаль. На следующий день этот эпизод был широко освещён прессой.



1 Марио Тути – тосканец, геодезист, бывший муниципальный служащий в Эмполи. В 1975 году убил двух карабинеров, совершавших обыск в его квартире. В 1981 вместе с Конкутелли в тюрьме он убил Эрманно Буцци. Осужден на три пожизненных тюремных заключения. Как и Конкутелли, является одним из немногих протагонистов «свинцовых лет» до сих пор томящихся в тюрьме.