Страницы

суббота, 23 апреля 2011 г.

Io, l'uomo nero. Глава 7


ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПРОТЕСТ

7. «Идите в жопу»

Протесты захлестнули улицы Палермо весной 1966 года, всего через несколько дней, когда в Риме в ходе драки был убит социалистический студент Паоло Росси. Тогда по всей стране начало разгораться пламя протеста, достигшее своей кульминации в шестьдесят восьмом. Палермо не был исключением. Здесь тоже был университет, располагавшийся недалеко от Дворцовой площади.


Во дворе находившейся неподалёку ратуши собирались группы студентов. На одной стороне – коммунисты. Напротив них – фашисты. Вот-вот должен был начаться кулачный бой. Но в самую кульминационную минуту, в середину ворвались полицейские в шлемах со щитами и дубинками, и громко приказали всем разойтись. Никто не подчинился. Так продолжалось несколько минут. Коммунисты выкрикивали лозунги и оскорбления. Мы отвечали им залпом камней. Среди полицейских я увидел парня в гражданской одежде. Он был одет в красивый летний двубортный пиджак, через грудь у него была перекинута трёхцветная лента – это был комиссар полиции Палермо. Обращаясь к нам, он кричал: «Молодые люди! Я взываю к вашему чувству гражданского долга! Вы свежие ростки нации, будущие лидеры, основа нашего общества! Успокойтесь!»

Мудак, подумали мы тогда все. Наверняка он надеялся деморализовать нас своей вежливостью, манипулировать нами, заставить вернуться в классы и пассивно слушать очередную лекцию. Идиот. В конечном итоге, кто-то из нас запустил в него камень, который попал ему аккурат по лбу. «Суки! Пидарасы вонючие! Идите в жопу!» - далее следовал поток вульгарных ругательств на сицилийском диалекте, после которого комиссар приказал подчинённым применить к нам силу. На мой взгляд, всё это прекрасно иллюстрировало образ мышления буржуазной номенклатуры тех лет: притворяться вежливым, попытаться убедить людей сойти с «опасной» дороги, прекратить хулиганить по-хорошему. И после того, как ничего не помогает, бросить прямо в лицо своей жертве оскорбление и начать избивать её руками и ногами, исполняя приказы университетского начальства. Это была власть. И мы все – и коммунисты и фашисты, - сопротивлялись этой власти попеременно: когда мы заканчивали драться с полицейскими, на них со спины прыгали красные. И наоборот. То, что происходило позднее, началось в 1966 году.

После того, как комиссар удалился, отдав нас всех на растерзание специальному отряду полиции, начался сплошной ад. И фашисты и коммунисты объединились против полиции, чего раньше себе и представить было нельзя. Шестьдесят восьмой начался в Палермо на два года раньше и закончился на два года позже – в 1971 году.

Демократическое противостояние переросло в физическое противостояние. Инцидент в университете Палермо открыл сезон игры, в которой итальянцы являются бесспорными мастерами: все против всех. Меняются только главные действующие лица этой игры. Я завёл себе привычку выходить вооружённым не только на расклейку листовок, но и на простую прогулку: под курткой я таскал автомобильный ключ, используемый как оружие защиты и нападения. У кого-то было больше фантазии. Например, как у моего друга Гвидо. И в дождь, и в солнечную погоду он гулял с зонтиком, ручка которого представляла собой складную дубинку.

Мы оказались в ловушке. И фашисты, и коммунисты. Неожиданно даже для самих себя, мы стали авангардом разворачивавшейся новой гражданской войны. На этот раз, вялотекущей гражданской войны. Для меня этот период начался в 1966 году на заре стратегии дестабилизации. «Разделяй и властвуй» - фирменный стиль буржуазных демократов, сеявших ненависть в молодёжной среде, продававших наркотик политики неокрепшим умам. В конце-концов, посеяв ветер, они должны были пожать бурю.

В течение многих месяцев, а то и лет, нашим любимым занятием стало «изматывание врага». Экипированные в шлемы, мы маршировали по улицам Палермо, распевая фашистские песни. Встречи. Пятеро против пятнадцати. Двадцать против сорока. Удары со всех сторон. Кровь, теряющие сознание люди, стоны. Без оружия. Без пистолетов. Честная драка на кулаках. Схватки между заклятыми врагами. Ненависть. Но кроме столкновений, в то время ещё было место для ненасильственной политики: конференции, диспуты, совещания и так далее. Помню одну, которая была посвящена десятилетнему юбилею событий в Будапеште. Именно здесь я встретился с Чиччо Манджиамели1, одним из самых близких моих друзей.


1 Франческо Манджиамели, сицилиец, доцент философии и преподаватель средней школы. Активист «Нового Порядка», а затем – во второй половине 70-х, один из лидеров организации «Третья Позиция». Он был убит боевиками неофашистских «Вооружённых Революционных Ячеек» Валерио Фьораванти 9 сентября 1980 года в сосновом лесу Кастельфусано, в нескольких километрах от Рима, отвратительным образом: убийцы, передавая друг другу оружие, стреляли в уже мёртвое тело. «Для меня, - говорит Конкутелли, - это убийство стало трагедией. Я потерял друга. И причиной этого убийства, как я думаю, была власть»