Страницы

четверг, 13 декабря 2012 г.

Неофициальная история FPMR. Эпилог



13.3. Эпилог

Сыграв фундаментальную роль в деле организации FPMR, Фидель Кастро точно так же был и тем, кто по прошествии времён заставил уйти организацию в глухую оборону. После убийства сенатора Хайме Гусмана, как следствие тайных переговоров с новым демократическим правительством Чили, Кастро публично отрёкся от действий группы, которая окончательно «сдулась» после похищения Кристиана Эдвардса. Полученные за его освобождения доллары теперь уже ничем не могли помочь «Фронту», дезориентированному в новой политической обстановке.

Решающую роль в окончательном крушении структуры FPMR сыграли, конечно же, и чилийские спецслужбы, сумевшие завербовать множество «френтистас», в том числе и из высшего состава организации. То обстоятельство, что некоторые главари, виновные в смерти Хайме Гусмана (в частности, Хуан Гутьеррес Фишман, неоднократно контактировавший с представителями «Офиса») так и остались безнаказанными, наводит на мысль о договорённости с правительством, которое поставило условие прекращения преследований революционных кадров в обмен на завершение подрывных действий и отъезд из страны. Множество подобных персонажей из «родригистского» лагеря бежало на Кубу, где они благополучно пребывают и по сей день.


Все последние крупные операции, - убийство Гусмана и похищение Эдвардса, - а так же фееричное спасение четырёх товарищей из столичной тюрьмы строго режима, были проведены FPMR без какого-то ни было материального участия кубинцев. Некогда мощный поток финансирования и поддержки со стороны Острова Свободы иссяк, поставив организацию в тяжёлое положение.



Помимо этого, правительство Эйлвина получило возможность с большим успехом атаковать «Фронт», используя в своей борьбе с революционерами десятки информаторов, внедрившихся в ряды организации (или же добровольно сотрудничавших с властями) благодаря глубокому кризису, терзавшему FPMR.

Ситуация в стране изменилась. Борьба с диктатурой, которая обеспечивала «Фронту» надёжный и непрекращающийся приток активистов и симпатизантов, отошла в прошлое. Теперь, когда страна шла по новому демократическому пути, политические силы сражались за соблюдение и защиту прав человека в экономической, социальной и политической сферах в рамках неолиберальной экономической модели. «Фронту», по-прежнему применявшему старые методы борьбы с диктатурой, в этой новой ситуации не было места.

«На этом этапе мы уже не можем говорить о «Патриотическом Фронте имени Мануэля Родригеса», - говорит Гальварино Апабласа Герра, легендарный «команданте Сальвадор». «Фронт» существовал и играл важную роль в деле борьбы чилийского народа против тирании Пиночета, и мы не можем не уважать те действия организации. Сегодня нужно признать, что в самые худшие времена никто больше не противостоял диктатуре на её поле с таким достоинством и честью, как FPMR».

«Если оглядываться назад, то можно отметить, что все мы внесли значительный вклад в рост и развитие демократических сил. Каким образом? Были осуществлены акции, которые, хотя не имели оперативного успеха, являлись чрезвычайно успешными с политической точки зрения: такие как покушение на Пиночета или попытка ввоза оружия в Каррисаль Бахо. Мы заставили Пиночета задуматься, вызвали широкие международные последствия. Я не думаю, что гринго спокойно воспринимали наши усилия: очевидно, что даже они взволновались, глядя на людей, пытающихся ввозить в страну огромные партии оружия, готовых к бою и атакующих диктатуру практически каждый день».

«Нашей серьёзной ошибкой было игнорирование плебисцита 1988. Мы не смогли понять, не смогли принять тех перемен, которые реально принёс референдум. Мы продолжали настаивать на том, что даже в случае ухода Пиночета, страна продолжить жить по прежней Конституции, и диктатура будет существовать в ином виде. В этом была доля правды. Но мы не могли осознать огромную волю народа, сказавшего «нет» тирании на референдуме. Мы думали, что в стране возникнет взрывоопасная ситуация, которую мы используем в своих интересах. Ошибочность этого мнения будет признана лишь много лет спустя, когда уже произошёл раскол между нами и КПЧ, и ничего нельзя было вернуть».

«Главной нашей целью было покончить с диктатурой и содействовать установлению правительства, которое могло бы поставить крест на пиночетовской Конституции. К сожалению, этого не удалось достигнуть, структурная основа диктаторского государства осталась невредимой. У чилийцев, например, хохот вызывала ситуация, когда Пиночет был арестован в Лондоне, и наше правительство обозвало всё это «беззаконием», требуя выдачи бывшего диктатора Чили, дабы судить его здесь. И это учитывая то, что чилийская судебная система осталась такой же, что была и при самом Пиночете. Силы народа свергли диктатуру, - это не был процесс, возглавленный какими-либо политическими партиями, - но его усилия не увенчались успехом».

«Я не устаю повторять, что после наступления демократии были преданы интересы тех патриотов, кто мужественно сражался с диктатурой и находился в подполье. А это около тысячи человек. Им не дали никакого шанса, закрыли все двери в нормальную жизнь, уничтожили все возможности адекватного политического действия, которое могло дать реальные результаты. И все те, кто ранее боролся против диктатуры, были осуждены на жизнь в подполье и при демократии, не имея никакой поддержки со стороны развалившейся логистической сети, опираясь только на помощь родных и друзей. Девяностые года были полны расколов: различные группы предпринимали попытки возродить вооружённую мистику 80-х, сохранить революционные идеалы. Но ни одна эта новая организация не была в состоянии сплотить вокруг себя сектора, которые ранее, так же как и мы, шли против диктатуры. Великое наследие «родригистского» движения должно было найти новый путь к сердцам молодёжи и народа, дабы удовлетворить горячие стремления людей к переменам, но этого не произошло».

Херман Кордобес, один из последних военных командиров FPMR, писал в 2005 году: «Мы получили хороший урок: чилийский народ не является народом трусов. Любой тиран, осмелившийся бить по народу, неизменно столкнётся с сопротивлением нашей молодёжи. Здесь, на этой земле, всегда будут люди, которые, с приходом беды, будут готовы взять оружие в руки для того, чтобы бороться с несправедливостью. (…) Среди других задач, чилийская левая должна осознать этот опыт, дабы не была напрасна гибель тех, кто сражался с диктатурой последние 30 лет».