Страницы

вторник, 3 мая 2011 г.

Io, l'uomo nero. Глава 30



30. Предательство

Я боялся предательства. Очень боялся. Я отдавал себе отчёт в том, что сейчас сложились все условия для того, чтобы мог произойти донос. Но я пытался гнать от себя подобные мысли, бодрился как мог, хотя предательство, как показали события, было самой конкретной опасностью, нависшей надо мной.


Однажды, когда я ел пиццу в компании близких товарищей, прибежал один человек, который, задыхаясь, произнёс: «В офисе адвоката Арканджели1 кое-кто хочет поговорить с тобой».

Направляясь к адвокату, я использовал все возможные меры предосторожности, так как полиции уже было известно о связях Арканджели с римскими неофашистами. Я послал двух парней на разведку, и только тогда, когда они доложили, что всё чисто, я направился в офис лично. На встрече с юристом присутствовали так же Джованни Феррорелли2 и печально известный Паоло Бьянки3. Говорил Феррорелли. Он попросил меня о помощи нынешним подопечным Арканджели: членам банды Ренато Валланцаски4. Он сообщил, что в Милане у них большие трудности, потому что полиция дышит им в спину. Он так же выразил ясное желание присоединиться к моей организации вместе с другими своими товарищами. Мне тогда показалось, да и так же я думаю сегодня, что у этих ребят был какой-то комплекс неполноценности: они хотели быть похожими на нас, но они никак не могли подобраться к нашему уровню, потому что у них не было идеологических корней, не было политической подоплёки действий. Я называл их буржуазными маргиналами.

Тем временем предательство, как дамоклов меч медленно, но верно опускалось на мою голову.

Следующим утром Серджио Калоре заявился ко мне в компании с Паоло Бьянки, который попросил меня выделить товарища, который мог бы поехать в Милан для того, чтобы наладить контакты с Ренато Валланцаской и его приятелями. В Ломбардию я послал самих Калоре и Бьянки, которому я выдал пистолет «Браунинг».

Назад возвратился только Калоре: Бьянки остался в Милане. Через несколько дней Бьянки вернулся и эти двое вновь пришли ко мне. Бьянки был без пистолета. «Где пистолет?» - спросил я. «Я не взял его, потому что летел на самолёте. В Милане ситуация критическая, ты должен найти несколько квартир в Риме». Я пришёл в бешенство, но коротко отрезал: «Вот как?! Мы сами в беде, а я ещё должен искать квартиры? Не беспокойся, сейчас мы посмотрим, что можно сделать. Ты ел?» Я приготовил быстрый ужин, мы поели, после чего я пригласил Бьянки прогуляться в сторону тихой пригородной улочки Фурбара. Он согласился. В то время, когда Бьянки был в душе, Серджио Калоре, который понял, что я намереваюсь сделать, практически заплакал: «Ты хочешь убить его?». «Естественно. Он раскрыл нас, не будучи уполномоченным он принял какие-то решения, оставил пистолет неизвестно где. Этот гнилой мошенник приведёт нас к краху. Сначала я застрелю его, а потом положу бомбу между руками и лицом. Посмотрим потом, как полиция установит его личность. Вряд ли ей это удастся». Лицо Калоре побледнело, он стал натурально плакать: «Пожалуйста, не убивай его, пожалуйста. Мы росли вместе. Пожалуйста, пожалуйста».
Паоло Бьянки

Я поддался на слёзы Калоре и не убил Бьянки. Несколько дней спустя, 12 февраля 1977 года, Бьянки должен был встретиться с Розано Кокисом5. Бьянки попал под полицейский колпак и после встречи с Кокисом оба были арестованы. Кокису удалось разоружить одного из полицейских и убежать. Паоло Бьянки даже и не пытался скрыться. Он был отведён в полицейское управление, где, не медля ни минуты, начал «петь».

Во второй половине дня я встретился с Калоре, Альдо Тисеи и другими товарищами. В один голос они утверждали: я должен был бежать из Рима как можно быстрее. Я и сам это знал, и знал так же, что, в случае чего, полиция будет стрелять без предупреждения. Вместе с Калоре и Марио Росси6 я отправился в офис к Арканджели, которого Бьянки, по моим расчётам, должен был сдать одним из первых. Я хотел проверить, добралась ли до него полиция, или всё было тихо. В ходе нашей прогулки мы не заметили ничего подозрительного, полиции так же не было. Возвращаясь домой вечером, я договорился о встрече с одним товарищем на следующее утро: мы должны были ехать во Флоренцию, чтобы убить магистрата Пьералуиджи Винья7. Серджио Калоре примчался ко мне незадолго до полуночи. Он был в панике: «Они идут нас арестовывать!!!». Я мигом позвонил товарищу, требуя немедленно собираться. Во Флоренцию мы должны были отправиться в половину пятого утра. Но мои часы на свободе были уже сочтены.





1 Джорджио Арканджели, адвокат, близкий к неофашистским кругам, являлся доверенным лицом Стефано делле Кьяйе. В 1979 году боевики «Вооружённых Революционных Ячеек» устроили на него засаду, но по ошибке был убит другой человек. 

2 Джованни Феррорелли, неофашисткий экстремист, близкий к банде Ренато Валланцаски.

3 Паоло Бьянки, боец банды Валланцаски, считавшийся смежным звеном между миланскими гангстерами и неофашистской средой. Арестованный, он полностью раскаялся в содеянном, и стал главным обвинителем Конкутелли на суде.

4 Ренато Валланцаска был лидером банды грабителей, которая в семидесятые годы находилась на вершине криминальной иерархии Милана. Арестованный в начале семидесятых, он неоднократно совершал побеги и попытки к бегству. Приговорён к четырём пожизненным заключениям, в настоящее время находится в тюрьме, являясь своеобразным «рекордсменом» Италии, проведя за решёткой, с небольшими перерывами на побеги, более 35 лет.

5 Розано Кокис, как указано в уголовном деле, был правой рукой Валланцаски.

6 Марио Росси был арестован ночью 13 февраля. Приговорён к тридцати годам тюрьмы.

7 В 1976 году Вьнья был заместителем прокурора Флоренции. Он принимал активное участие в борьбе против красного и неофашистского терроризма, а так же против «Коза Ностры». Конкутелли хотел убить его во время брачной церемонии его внучки.