Страницы

четверг, 8 сентября 2011 г.

ВООРУЖЁННАЯ БОРЬБА PRT-ERP



Ирма Антогнацци


Вопрос вооружённой борьбы

Вопрос вооружённой борьбы не был объектом первых дебатов внутри групп, основавших PRT. В первую очередь, нужно было решить, как реорганизовать свои силы, какой тип партии использовать, и каким образом достигнуть целей, обозначенных термином «освобождение».

«Революционная Партия Трудящихся» была основана 25 мая 1965 года посредством слияния групп молодёжи из Сантьяго дель Эстеро и Тукумана, составлявших «Революционный Индо-американский Народный Фронт» (Frente Revolucionario Indoamericano y Popular), и троцкистскую группу «Рабочее Слово» (Palabra Obrera). Когда в 1970 году официально было принято решение о формировании «Народной Революционной Армии» (на V Конгрессе), «Рабочее Слово» Науэля Морено уже отдалилось от партии, не согласившись с милитаристской позицией. К тому моменту PRT уже обладало значительным опытом легальной политической и рабочей борьбы, борьбы за права человека, электоральной борьбы в Тукумане: все эти практики не были откинуты даже после того, как партия сделала ставку на вооружённую борьбу как фундаментальную форму захвата власти на данном историческом этапе.


Массовые насильственные выступления в новейшей истории Аргентины были представлены многочисленными акциями в течение «перонистского сопротивления» (56-62), а так же грандиозными народными мятежами в конце 60-х, начале 70-х (бунты в Кордобе, Росарио, Тукумане, Корьентесе, Эль Чоконе и Мендосе). Все эти события, сопровождавшиеся спонтанным насилием беднейших крестьян и рабочих, недовольных расширением кризиса, поразившего сахарную промышленность Тукумана (где PRT имела наиболее широкое представительство) в течение правительства Онганиа, привели к росту влияния в Партии идей организованной вооружённой борьбы. Подобного рода размышлениям содействовала и теоретическая разработка идей вооружённой борьбы, проводимая с помощью партийных печатных изданий – журналов «El Combatiente» и «Estrella Roja». Публиковались опусы Ленина, посвящённые партизанской войне, теоретические, политические и экономические работы Че Гевары, включая и его знаменитый дневник, работы Мао, вьетнамских партизанских теоретиков, вроде Во Нгуен Зиапа, Ле Зуана и Хо Ши Мина, а так же труды, посвящённые войнам за Первую Независимость Аргентины против Испанской империи, откуда руководители Партии черпали патриотическое вдохновение для своей борьбы. Кроме всего прочего, в разработку теории собственной войны руководители PRT включили идею Клаузевица о «войне, как продолжении политики», развивая некоторые его размышления о войне между государствами в сторону концепции войны между общественными классами - «гражданской революционной войны»:

«Рабочий класс и народ должен развязать затяжную войну для того, чтобы нанести поражение буржуазии и империализму, и установить революционное народное рабочее правительство» … «Классовый и вооружённый характер революции требует руководства со стороны партии и наличия революционной армии» … «Первый этап вооружённой борьбы будет представлять собой, по сути, гражданскую войну, перерастающую в войну антиимпериалистическую» … «По многим мотивам революционная война будет иметь затяжной характер»  (Из резолюции V Конгресса PRT)


Рассматривая вооружённое столкновение с буржуазией как высшую стадию классовой войны, мы можем обозначить кульминацию этого процесса: месяцы, предшествовавшие мартовскому военному перевороту 1976 года, когда PRT-ERP запустила в массы свой знаменитый лозунг «Аргентинцы к оружию!». Призыв «ответить революционным насилием на реакционное насилие» был политическим фундаментом этой концепции гражданской войны.

Эту гражданскую войну PRT представляла как общенародное вооружённое столкновение, а не как действия элит, оторванных от народных масс. Была предложена форма организации вооружённого народа и дана генеральная цель – вырывание власти из лап «империалистических монополий». Предстоящая революционная война имела затяжной и поступательный характер, «от малого к большому». Одновременно с этим PRT отвергала концепцию «партизанского очага», как центра партизанских действий, изначально оторванного от народных масс. Партизанская концепция Партии была связана с идеей освобождения территорий, где устанавливалась параллельная «контрвласть», опиравшаяся на местные революционные милицейские силы, и обладавшая всеми необходимыми атрибутами: собственными правилами поведения, судебными, экономическими институтами, инструментами распределения товаров и услуг и т.д. В этой революционной модели синтезировался кубинский и вьетнамский опыты, где установление «двоевластия» постепенно втягивало весь народ в революционную национальную войну. Мы можем видеть, что стратегия PRT весьма отличалась от стратегий других организаций, делавших ставку  на банальное «повстанчество», и формировавших элитные вооружённые группы для «штурма власти».

История продемонстрировала наличие многочисленных политических ошибок в стратегических концепциях, выдвинутых Партией, намеревавшейся направить классовую борьбу по пути социалистической революции. Политические и инфраструктурные изъяны PRT были налицо. Но не это было самым главным. Ибо, исторические события, в виде революций, не являются исключительно продуктом деятельности партии, но, в значительной степени, зависят от материальных и объективных условий. Ошибки,  промахи и материальная недостаточность были центральными факторами крушения организации под ударами репрессивных сил, однако не единственными.

И, несмотря на то, что многие сотни комбатантов сознательно готовились (и в политическом, и в военном плане) к развёртыванию вооружённой борьбы, которая и была начата в 1970 с ударов по важным объектам военной власти, несмотря на то, что, начиная с 1974 года, Партия усилила в разы свой натиск на государство (к этому моменту относятся и многочисленные нападения на военные гарнизоны, и попытки организации сельской герильи в горах Тукумана), PRT так и не сумела приблизиться к центру тяжести врага: все акции происходили лишь на периферии вражеских сил, и политические надежды, возлагаемые народом на организацию, не были оправданы.

Вооружённая борьба PRT-ERP

Необходимо различать вооружённые акции, проведённые непосредственно ERP, и насильственные массовые акции, в которых боевики структуры лишь принимали участие.

PRT определяла «Народную Революционную Армию» как организацию вооружённого народа под политическим руководством Партии. Партийная концепция говорила, что революция – это продукт работы народных масс, а не «переворот», организованный некоей элитой. То есть, речь не шла ни о вооружённом крыле партии, ни о военно-политической организации. Когда было принято решение о начале вооружённых действий, со страниц партийных журналов зазвучали призывы к созданию Народной Армии: марксисты и не марксисты, христиане, перонисты, радикалы, антиимпериалисты, и все те мужчины и женщины, любящие родину, должны были совместно поднять оружие против империалистической власти и армии угнетателей.
 
Руководство рассматривало ERP как историческое продолжение армии генерала Сан-Мартина, поскольку было очевидно, что «национальные Вооружённые Силы» отбросили прочь знамёна защиты Нации и Родины во имя защиты интересов доминантных общественных классов, а на последующих этапах – в конце 60-х и на всём протяжении 70-х годов, - вообще превратились в «вооружённую руку» империализма. В связи с этим, руководство партии требовало повторить пример «Андской Армии», созданной благодаря политической воле Хосе де Сан Мартина, для организации борьбы против испанских колониальных сил. Именно поэтому официальным символом ERP было избрано бело-голубое знамя армии Сан-Мартина, символизирующее войну за Первую Независимость, с красной пятиконечной звездой посередине, обозначавшей войну за Вторую Независимость.


После формирования структуры, пришло время приводить в жизнь теоретические концепции гражданской революционной войны. Руководство ставило задачу постепенного создания «регулярной революционной армии», что и было проделано на практике: в начале 70-х, занимаясь накоплением сил и развитием инфраструктуры, в сентябре 1974 года, когда официально было заявлено о созревании «предреволюционной ситуации», ERP делает качественный скачок, устанавливая систему воинских званий и вводя дисциплинарный устав с целью структурировать имеющиеся силы. Исполнительный Комитет в ноябре этого же года присваивает звание Главнокомандующего Генеральному Секретарю PRT Марио Роберто Сантучо.

Однако то, что организация квалифицировала как «реорганизацию и сведение воедино всех сил», на самом деле оказалось началом конца. Приложив громадные усилия к дестабилизации правительства Исабель Перон, PRT-ERP после прихода к власти в 1976 году военных, была обезглавлена и фактически разгромлена. Не учитывая объективные условия развития аргентинского общества, Партия не сумела организовать «массовое вооружённое сопротивление» наступлению фашизма, и была уничтожена этим самым фашизмом, приход которого к власти не ставился под сомнение никем.

Ejercito Revolucionario del Pueblo. Вооружённые действия

Обращаясь к первому периоду деятельности организации, мы можем увидеть, что практически все её вооружённые акции на этом этапе служили краткосрочным тактическим целям: т.е. росту организации. В первую очередь, это «денежные экспроприации», проводимые посредством нападений на банки, похищений с целью выкупа гражданских и военных чинов, а так же крупных бизнесменов. В одних случаях экспроприированные средства «возвращались народу». То есть, на них покупались продукты, одежда, медикаменты и строительные материалы, безвозмездно распределявшиеся среди обитателей бедных кварталов. В других случаях деньги шли на «народную борьбу» - с их помощью усиливалась инфраструктурные объекты организации, такие как типографии, госпитали, оперативные дома, оружейные склады и т.д.

Другим типом операций, широко практикуемых на первых этапах деятельности ERP, была пропаганда: раздача листовок, брошюр, планов публикаций, книг, журналов. В последующем, когда организация несколько окрепла, происходили нападения на местные телестудии и радиостанции,  откуда боевики запускали в эфир пропагандистские видео и радио обращения.

Наряду с экспроприациями денежных средств, так же происходили акции с целью добычи документации, так как большинство боевиков ERP, находившихся в подполье, вынуждены были использовать фальшивые документы.

Большинство материальных ресурсов, таких как жилища, автомобили, хирургические материалы, медикаменты, книги и т.д. добывались в основном посредством политических связей в широких массах сочувствующих, которые начали появляться после первых же успешных пропагандистских акций ERP, и, начиная с 1971 года, группировались в «командах поддержки».

ERP с самого своего создания в 1970 году демонстрировала быстрый рост. Этому способствовали дерзкие вооружённые действия, исполненные в период правления военной диктатуры Онганиа-Лануссе, направленные против армии (как это было в случае с нападением на казармы 141 Батальона в Кордобе), а так же похищения и убийства крупных коммерсантов и агентов правоохранительных органов, отличавшихся крайней жестокостью по отношению к оппозиционным силам и рабочим. Наиболее нашумевшими операциями на этом этапе были похищения управляющего корпорации «Swift» в Росарио Сильвестера, генерального директора завода FIAT-Concord и одного из важных финансистов режима Лануссе Обердана Сальюстро, убийство командующего II Армейским Корпусом в Росарио генерала Хуана Карлоса Санчеса, организация массового побега из тюрьмыРоусона (после чего на военно-морской базе в Трелеве были расстреляны 16 участников данного побега): всё это содействовало подъёму народного недовольства военным правительством и являлось важным элементом развития демократического процесса в стране, кульминацией которого стало добровольное сложение власти хунтой и проведение свободных выборов в марте 1973 года. 


PRT приняла решение участвовать в предстоящих выборах, и намеревалась переориентировать свою работу на создание Базовых Комитетов для обсуждения вопроса, однако в условиях господства милитаристской тенденции, когда практически треть партии (и всё её руководство) находилась в тюрьме, никакой централизованной легальной работы развить не получилось. После объявления всеобщей амнистии, вернувшиеся с Кубы руководители, сумевшие бежать из тюрьмы в Роусоне (Сантучо, Мена и Горриаран Мерло), уже не имели ни времени, ни политических возможностей для перестроения Партии под легальную электоральную борьбу. Более того, на практике, и главари PRT, и рядовые боевики, не придавали никакого значения тем изменениям, произошедшим в стране в результате выборов 73 года. Не веря в возможность демократических перемен, ERP продолжила осуществлять вооружённые акции, длившиеся до самого прихода к власти Эктора Кампоры 25 мая. Последовавший за этим короткий период «умиротворения» окончился попыткой захвата казарм Санитарного Батальона Армии в Федеральной Столице 6 сентября 1973 года в преддверии передачи власти вернувшемуся из ссылки генералу Перону.

Чудовищный размах, который приняли акции вооружённой пропаганды, оккупации фабрик, разоружения полицейских, «экспроприации» и последующие раздачи продуктов нуждающимся, расстрелы жилищ и заводов с целью запугивания синдикальной бюрократии, агентов разведки, «палачей народа» и т.д., находили своё отражение в специальной рубрике под названием «Хроника революционной войны», которая занимала значительное место в каждом выпуске альманаха «Красная Звезда», еженедельно выпускавшегося до самого конца 1977 года. Помимо описания актов вооружённого насилия, здесь же приводилась хронология рабочих собраний, самозахватов земель крестьянами, оккупаций госпиталей, школ и факультетов, различных народных выступлений и тому подобных вещей, напрямую связанных с процессами радикальных перемен в Аргентине.

Хотя PRT, как и ERP официально находилась в подполье, в течение «демократической весны» Кампоры ничто не мешало партии развивать свою легальную или полулегальную деятельность, - такую как защита прав независимых профсоюзов, учащихся, политических заключённых и т.д. Более того, на первом этапе перонистского правления, «Революционная Партия Трудящихся» получила возможность открыто продавать свои печатные издания, имевшие откровенно подрывной характер, в обычных газетных киосках. Тем не менее, политика прямого столкновения с буржуазией и её силовым инструментом, - Вооружёнными Силами, - привела в конченом итоге к постепенному сползанию Партии в нелегальный лагерь. Вооружённые акции ERP приводили к тому, что множество боевиков, находившихся на легальном положении, были вынуждены уходить в подполье из-за увеличивающихся трудностей открытой работы в народных массах. Нахождение огромного числа комбатантов на нелегальном положении становилось тягостным фактором для структуры, вынужденной добывать для этих людей документы, жилища, ресурсы, предоставлять им защиту.

ERP начала свою вооружённую борьбу против хунты Онганиа-Левингстона-Лануссе, опираясь, преимущественно, на практику городской герильи. Но в последующем, квалифицируя кризис, поразивший правительство Исабель Перон, как «предреволюционную ситуацию», Партия приняла решение инициировать сельскую партизанскую войну, начавшуюся в мае 1974 с подготовки территории будущих действий в горах провинции Тукуман. Осуществление нескольких преждевременных операций, привело к неожиданным, и очень печальным «встречам» с вооружёнными силами, в результате чего партизаны понесли большие потери.  Дальнейшие действия по организации «освобождённой зоны», поиску симпатий местного населения и адаптации боевиков к условиям поля с целью дальнейшего развёртывания «затяжной войны» в китайском духе, закончились многочисленными стычками с правительственной армией и жандармерией. Удары партизан по правительственным силам не давали никакого существенного результата, несмотря на свою дерзость.

Марио Сантучо проводит смотр Партизанской Группы "Рамон Роза Хименес" в горах Тукумана.

В ответ на активизацию герильи в Тукумане, правительство Исабель Перон 5 февраля 1975 года приняло решение о начале т.н. «Операции Независимость». В течение февраля в провинции идут массовые аресты заподозренных в сотрудничестве с герильей. Сотни жителей Фамаильи, Санта Люсии и Монтероса задержаны и на грузовиках доставлены на военные базы, где они подвергаются суровым допросам, в результате которых несколько десятков людей, согласно рапорту CONADEP, бесследно исчезают. Хотя ERP и приняло решение об отводе своей партизанской команды после тяжёлых столкновений с силами генерала Бусси, городское вооружённое действие продолжилось с новыми силами, и длилось, согласно некоторым данным, до середины 1977 года, когда военная хунта, в отсутствие в стране руководства Партии, сумела дезорганизовать структуру PRT-ERP, что привело к полному параличу как военных, так и политических действий Партии, сопровождавшемуся суровой самокритикой зарубежного руководства.


Пытаясь материализовать свою стратегию континентальной антиимпериалистической войны, ERP за годы своей активности наладила многочисленные связи с другими революционными организациями Аргентины. Концепция «единения революционных сил» заключалась не только в публикациях в официальных журналах документов братских организаций, но и в проведении совместных вооружённых операций. Наиболее нашумевшей акцией подобного рода стала организация боевиками ERP совместно с комбатантами FAR и Montoneros массового побега из тюрьмы Роусона. Другой подобной операцией стало убийство генерала Санчеса в Росарио, проведённое ERP совместно с FAR. Существуют свидетельства о том, что незадолго до своей смерти Сантучо вёл переговоры с главарями Montoneros и OCPO о создании единой «Организации Освобождения Аргентины». Крушение концепции единства являлось продуктом глубоких политико-идеологических различий и фальшивой идеи о том, что можно объединить вооружённые организации в отсутствии единого политического проекта.

С формированием «Хунты Революционной Координации», ERP установила отношения с уругвайскими «Тупамарос», боливийской «Армией Национального Освобождения» и чилийским «Левым Революционным Движением». Короткий период активного сотрудничества между всеми этими группами ограничивался лишь обменом боевиков и материалов, и не принёс каких-то существенных результатов.