Страницы

пятница, 10 декабря 2010 г.

«МОНТОНЕРОС» ЗА РУБЕЖОМ (Nuestra Historia)



Бегство Национального руководства

В августе 1976 года «Монтонерос – Колонна Север» была практически уничтожена и не имела ресурсов для продолжения борьбы. Рудольфо Галимберти, тогдашний Военный Секретарь колонны, являлся, без сомнений, весьма харизматичным персонажем, устанавливавшим собственные порядки внутри подрывной организации. В этом контексте, он представлял большую опасность для Национального Руководства, которое временами просто теряло контроль над ним.



Рудольфо Галимберти
С середины 76 ситуация резко ухудшилась – Галимберти начал настраивать своих подчинённых резко против управляющего совета, утверждая, что главари отказываются поддерживать «Колонну Север» ресурсами (оружием, документами, деньгами, убежищами), в которых она так нуждается в данный момент. На все эти обвинения, Национальное Руководство категорически отвечало, что «необходимо искать поддержку не у нас, а в народном лагере, поскольку именно народ должен поддерживать организацию, а не наоборот» (Larraquy y Caballero: «Galimberti, Peron y Susana…»).

Таким образом, структура Галимберти оказалась между молотом и наковальней: с одной стороны – репрессии властей, а с другой – нежелание руководства предоставлять необходимую структуре помощь. Группа Галимберти вынуждена была панически искать выход из сложившейся ситуации: «…поскольку военно-политическое движение отступало по всем фронтам – как внутри страны, так и за рубежом, - не оставалось иного выхода, как нанести внутренний удар по Национальному Руководству: удар, который бы включал в себя убийство как самого Фирменича, так и других, верных ему главарей» (Larraquy y Caballero: «Galimberti, Peron y Susana…»).

Но планы внутреннего переворота так и остались планами.

В сентябре этого же года Национальное Руководство приняло решение отложить на неопределённый срок запланированный ранее Конгресс движения, дабы не допустить усиления позиций Галимберти на национальном уровне, и тем самым нейтрализовать диссидентскую группу внутри организации.

В конце октября «Монтонерос» пережили один из страшных ударов: в течение двух дней были арестованы несколько сотен комбатантов в разных частях страны. Перед свершившимся фактом, опасаясь за собственную судьбу, Национальное Руководство провозглашает начало «стратегического отступления», предназначенного для «сохранения сил организации». Первым страну покидает команданте Марио Фирменич (ноябрь 1976). Через некоторое время большой контингент боевиков уходит в Бразилию – начинается исход организации из Аргентины.

Кампания «тактического наступления» в ходе Чемпионата Мира по Футболу

После проведения «Пленарного заседания Монтонерос» в Риме 20 апреля 1977 года, где было учреждено «Перонистское Движение Монтонеро» (Movimiento Peronista Montonero MPM), Национальное Руководство в полном составе переезжает в Мексику вместе с пёстрой колонией «монтонерос». Здесь главари выпускают свои первые директивы, посвящённые проблеме реорганизации движения в изгнании. Помимо чисто теоретических вопросов, данные приказы включали в себя положение об углублённом военном обучении комбатантов, которое позднее и было налажено в Мексике, Испании, Швеции и Ливане.

В мае 1978 года Верховный совет MPM, будучи уже втянут в международную обвинительную кампанию, направленную против аргентинской военной хунты, приняло решение направить на родину значительный контингент боевиков для осуществления акций вооружённой пропаганды, которые, несомненно, будут иметь огромный успех во время проведения Чемпионата Мира по Футболу. Присутствие огромного количества иностранных журналистов давало надежду на то, что о «Монтонерос» и вообще об антидиктаторском движении узнает весь мир.

Одновременно с решением о проведении пропагандистской работы, Орасио Мендисабаль, шеф «Армии Монтонеро», недавно вернувшийся из Аргентины, провозгласил начало «тактического наступления», целью которого являлась демонстрация военного потенциала «Монтонерос» посредством проведения вооружённых городских операций.

Между 9 и 25 июня 1978 года были исполнены 15 из запланированных операций. «Монтонерос» действовали практически ежедневно, используя в ходе почти всех своих акций советские гранатомёты РПГ-7, дававшие исключительно впечатляющие результаты.

Так, среди других целей, были атакованы Президентский Дворец Росада, Военно-морская Академия, Высшая военная школа, Монумент Знамени в Росарио, Офицерская школа национальной полиции, офис Батальона военной разведки, полицейский участок №44, а так же частные дома, принадлежавшие Министру Финансов Хуану Алеману, полковнику Пандольфи и генералу Биньоне.

Что касается результатов этой военной кампании, то о них в своей книге «Монтонерос. Окончательный отчёт» пишет бывший боевик Хуан Гаспарини:

«Соотношение сил было не в нашу пользу, разрозненные группы боевиков были немногочисленны…Была создана видимость присутствия организации. Не более того. Фирменич громко заявлял, что он выиграл на Чемпионате Мира у хунты, и грозился, что диктатура Виделы не доживёт до 1980…» (Париж, 17 июля 1978, интервью «Le Nouvel Observateur»)

Отступление за кордон главных членов Национального Руководства в момент, когда была объявлена «война до победного конца против Государства и его институтов», вызвало замешательство и недоверие в рядах боевиков среднего и низшего звена. Более того, когда стало известно о том, что большая часть из тех миллионов долларов, вырученных организацией в ходе похищения братьев Борн, вывезена из страны на территорию Кубы, в то время как аргентинские комбатанты страдали от нехватки денег, документов и оружия, внутри организации воцарилось беспокойство. Стало совершенно очевидно, что лидеры революционной группировки полностью оторвались от реальности, погрязнув в мистике и фантазиях. Недовольство стало предтечей тех расколов и дезертирства, которые чуть позже приведут к краху военно-политическую организацию.

Встреча на Кубе и новая военная кампания

В октябре 1978 года «Монтонерос» провели крупное совещание в Гаване. Среди основных решений встречи можно отметить вывод о том, что все необходимые условия для возвращения организации в Аргентину уже созрели. Следовательно, необходимо с оружием в руках вернуться на родину, чтобы «дать последний бой диктатуре». Данный вывод базировался исключительно на аналитических записках нескольких доверенных лиц, коим явно не хватало объективности. Согласно им, правительство фактически не может справиться с социальным кризисом, поразившим все сектора аргентинского общества. Граждане всё больше отторгаются от правящего режима, столкновение правительства с различными социальными секторами, вызывает настоящую ненависть.

Руководители организации предположили, что «Монтонерос» должны стать авангардом этой новой борьбы, должны нанести удары по высшим чинам экономического истеблишмента хунты.  Для этого должны быть мобилизованы колонии «монтонерос» в Мексике и Европе, а так же налажены необходимые контакты с оставшимися сторонниками в Аргентине. Необходимо привлечь «лучших из лучших», на чьи плечи будет возложена миссия развёртывания «Кампании Стратегического Контрнаступления имени Команданте Карлоса Оберта», так же известная под именем «Народное Контрнаступление».

Рекрутинг бойцов среднего и низшего состава проходил на добровольной основе, однако для командного состава, избранного Национальным Руководством, поездка на родину являлась обязательной. Комбатанты, принявшие решение присоединиться к военной кампании, были организованы, в зависимости от своего местоположения, в трёх военных соединениях:

1) Отряды специального назначения (Tropas Especiales de Infanteria – TEI). Сформированы и обучены в Ливане. Вооружены наиболее лучшим образом. Имели миссию убийства заранее избранных руководством лиц.

2) Специальные Отряды Агитации (Tropas Especiales de Agitacion – TEA). Сформированы и обучены в Мексике. Главной целью имели развитие политической работы в густонаселённых городских и индустриальных центрах. Военную работу предполагалось развивать в контексте социальных конфликтов.

3) Элементы «Перонистского Движения Монтонеро», сгруппированные в «Тактических Командах». Ориентировались на создание гражданского оппозиционного фронта, посредством налаживания контактов с синдикальными и политическими руководителями, а так же с семьями пропавших без вести лиц.

Первый раскол

В январе 1979, в течение очередного пленарного заседания, на этот раз проводимого на севере Италии при поддержке местных коммунистических активистов, официально был дан старт кампании «контрнаступления». Хотя многие были несогласны со стратегией, избранной Национальным Руководством, никто не посмел публично высказать свою позицию, опасаясь репрессий. Среди оппозиционно настроенных персонажей был и Галимберти, уже давно работавший против руководства, и пытавшийся остановить безумное возвращение боевиков в Аргентину, разумно предполагая, что на родине те будут быстро идентифицированы и убиты.

На следующий после заседания месяц, Галимберти без всяких объяснений покинул организацию, украв часть оружия и денег, принадлежавших «Монтонерос». 22 февраля 1979 был распространён документ, подписанный Хуаном Хельманом, пояснявший мотивы разрыва: оголтелый милитаризм и элитарные замашки Национального Руководства, многочисленные ошибки, допущенные в ходе вооружённой борьбы, и нежелание признавать свои промахи.

Одновременно с этим, подписавшиеся под документом, провозгласили создание «Бюро по Содействию и Развитию Подлинного Перонизма Монтонеро», куда вошли многочисленные члены среднего звена «Монтонерос», отколовшиеся от организации по идеологическим причинам.

Высший Совет MPM тотчас же провёл заседание «революционного суда» над Галимберти и Хельманом, которые за «дезертирство и предательство» заочно были приговорены к высшей мере наказания. Приговор так и не был приведён в исполнение.

«Стратегическое контрнаступление»

Закончив «тактическое наступление» в ходе Чемпионата Мира по футболу, «Монтонерос», безо всяких задержек и остановок, приступили к подготовке «народного контрнаступления».

Дезертирство многочисленного контингента боевиков под командованием Галимберти и Хельмана, хотя и резко сократило численный состав организации, никак не повлияло на решение Национального Руководства о продолжении военной кампании.

В соответствии с ранее намеченным планом по ликвидации крупных экономических фигур режима Виделы, в Буэнос-Айресе были реализованы три громких операции:

1) Подрыв в квартале Оливос частного дома Секретаря координации и экономического планирования в министерстве Мартинеса де Ос. Расстреляв из автоматов полицейскую охрану, боевиками близ дома был оставлен крупный заряд взрывчатки с часовым механизмом. На носилках, но целыми и невредимыми, Гильермо Вальтера Кляйна, его жену и четверых маленьких детей извлекли из-под завалов 10:30 утра 27 сентября 1979 года. Водителем в данной операции выступал лично высший офицер «Армии Монтонеро», сын немецких эмигрантов из России, Рауль Клемент Ягер, наиболее боевой главарь военно-политической организации (напомним, что именно он командовал нападением на армейские казармы в Формозе), назначенный Национальным Руководством шефом групп TEI.

2) 7 ноября 1979 года было совершено второе покушение, на этот раз, против Секретаря государственного казначейства Хуана Алемана. На пересечении столичных улиц Сабала и Вуэльта де Облигадо, водитель автомобиля, в котором находился госслужащий, вынужден был резко остановиться, пытаясь избежать столкновения с выскочившим прямо у него перед носом грузовиком. Пятнадцать боевиков окружили машину секретаря, осуществив два выстрела из самодельного гранатомёта, и более ста из винтовок FAL. Удивительно, но, изрешетив автомобиль, «монтонерос» так и не сумели выполнить свою миссию: Алеман сумел выбраться из машины и залечь на асфальте, оставшись совершенно невредимым. Водитель и охранник получили несколько ранений, но так же остались живы. Выпущенное чуть позже коммюнике «Монтонерос» гласило, что и этой акцией так же командовал Ягер.

3) 13 ноября 1979, около 10:30 утра, коммерсант Франсиско Солдатти 71 года, ехал в машине под охраной полицейского Риккардо Дурана. На пересечении улицы Ареналес с проспектом 9 июля, автомобиль коммерсанта был прижат к обочине грузовиком, вследствие чего вынужден был остановиться. Из грузовика тут же выскочили несколько мужчин и женщин, которые начали стрелять из автоматов и гранатомётов по машине. Взрывом, после которого автомобиль загорелся, были убиты оба находившихся в салоне – сам предприниматель и его шофёр. Удачно завершить операцию помешал взрыв самодельной мины с часовым механизмом, сдетонировавшей прямо в руках у одного из боевиков. Кузов грузовика разнесло на куски, двое находившихся в кабине «монтонерос» были контужены и впоследствии расстреляны прибывшей полицией.

Комментарии по поводу «Стратегического контрнаступления»

По данным из различных источников, потери «Монтонерос» в ходе кампании «народного контрнаступления» колеблются от 200 до 600 человек.

В этой связи, бывший офицер организации Эрнесто Хаурече в своей книге «Насилие и политика в 70-х» свидетельствует:

«В результате «контрнаступления» были убиты: член Национального Руководства и шеф «Армии Монтонеро» Орасио Мендисабаль, шесть членов Высшего Совета «Перонистского Движения Монтонеро» - Кроато, Пикколи, Мария Антониа Бергер, Адриана Лесгард, Гильермо Амарилья и Хосе Дамасо Лопес, члены политических секций организации (среди которых Хорхе Гульо и Хулио Суарес), молодёжной секции (которая была полностью уничтожена) и другие комбатанты «Армии Монтонеро». Всего мы насчитали более двухсот убитых и без вести пропавших».

Со своей стороны, другой экс-«монтонеро» Хуан Гаспарини указывает в своей книге «Монтонерос. Окончательный отчёт» следующий исторический анекдот, характеризующий отсутствия связей с реальностью у Национального Руководства во время проведения кампании:

«Леонардо Франко, аргентинский адвокат, который сегодня работает в Управлении Верховного Комиссариата ООН по делам беженцев, и с которым я встречался в ходе поездки в Манагуа после триумфа сандинисткой революции, рассказал, как Фернандо Вака Нарваха, одетый в униформу оливкового цвета, только что полученную из химчистки, описывал ему в страстной манере своё видение окончания контрнаступления в Аргентине: приземление в Буэнос-Айресе чартерного рейса, который доставит на родину «Команданте Фирменича» - эдакого нового Перона, которого будут встречать рукоплесканиями народные массы в аэропорту «Эсейса». Неописуемый идиотизм».

Гаспарини, критически относившийся к военной кампании «Монтонерос» с самого начала, подводит итог:

«Несмотря на предупреждения Мао Цзедуна, которого (по крайней мере, на бумаге) руководители организации рассматривали как великого стратега, «Монтонерос» были нетерпеливы в своём стремлении развернуть контрнаступление. Открыв действительно мощный огонь, организация вновь появилась на центральных полосах газет, но достигнуто это было потерей нескольких сотен наиболее ценных кадров.

Контрнаступление стало последним дыханием организации, бросившей все свои силы на исполнение абсолютно непонятной авантюры. «Монтонерос» бились головой об стену, совершенно не соображая, что это никак не может привести к падению диктатуры…Они проиграли первую войну против Перона 1973-74, проиграли вторую войну против вооружённых сил 1975-77. Третья война, безумное «контрнаступление» 1979-80, тоже была проиграна».

Новый раскол

В декабре 1979 года, после окончательного крушения «стратегического контрнаступления», произошло то, что впоследствии назовут «мятежом лейтенантов». Внутри «Монтонерос» произошёл второй раскол.

Мигель Бонассо
Группа офицеров среднего звена, возглавляемая Мигелем Бонассо, передала Национальному Руководству внутренний документ, критикующий элитаризм и ультрамилитаристские тенденции верхушки организации, которые ставят под угрозу само её будущее. Лейтенанты сделали особый акцент на неудачу первой серии «стратегического контрнаступления» (идею которого все они ранее истово поддерживали), с целью блокировать развитие второй серии – запланированной на 1980 год, - и коррекции политики организации.

Передача документа сопровождалась всеми внутренними нормативными требованиями. Национальное Руководство приняло к сведению критику, письменно пообещав не применять никаких репрессий к критикующим, что позволило последним, принявшим название M17 (Montoneros 17 de octubre) оформить настоящую оппозиционную фракцию.

В апреле 1980 года раскол приобрёл реальные черты. Группа офицеров созвала в Мехико специальную пресс-конференцию, на которой было провозглашено, что в связи с непримиримыми разногласиям с Национальным Руководством, от организации отходит часть активистов, формирующих группу M17. Новая организация была мало активна и влачила эфемерное существование.

Несмотря на всю обрушившуюся на «Монтонерос» критику, в 1980 году руководство приняло решение о проведении второго и последнего этапа «стратегического контрнаступления», которое закончилось практически 100% потерями вошедших в страну групп.

Nuestra Historia №№ 69, 70