Страницы

пятница, 5 октября 2012 г.

Вооружённая борьба "Тупамарос". 1962-69



Вооружённая борьба «Тупамарос»

Май 1978.

Томас О. Мур

1. 1962-69

История «Тупамарос» восходит своими корнями к началу 60-х годов, когда бывший студент юридического факультета и член Социалистической Партии Рауль Сендик отправился на север страны для организации рабочей борьбы трудящихся сахарных плантаций. Сендик рассматривал этих людей, как «наиболее эксплуатируемый сельский пролетариат», а потому – наиболее заинтересованный в радикальных социальных переменах.

Здесь Сендик вскоре создаёт «Союз Трудящихся Сахарной Промышленности провинции Артигас» (Union de Trabajadores Azucareros de Artigas), что горячо приветствуется местной рабочей братией. 5 мая 1962 года UTAA организует массовый марш из провинции в столицу страны (около 350 миль) для того, чтобы рассказать правительству о бедственном положении трудящихся, а так же выдвинуть собственные требования – экспроприации и распределения среди крестьян 3 тысяч гектаров необрабатываемой земли, улучшения условий труда и увеличения заработной платы. По словам демонстрантов, их условия жизни являлись просто-таки нечеловечески тяжёлыми – повсюду царила антисанитария, рабочим платили копейки, даже женщины и малолетние дети вынуждены были трудиться на полях, для того, чтобы семьи могли свести концы с концами. Однако марш остался незамеченным правительством. Чиновники банально проигнорировали все справедливые требования провинциальных трудящихся. Более того – был отдан приказ о разгоне манифестации. Закипела настоящая уличная схватка. Сендик и 36 его товарищей были взяты под арест за сопротивление властям.


В течение следующих нескольких месяцев «Союз» продолжил организацию «маршей на Монтевидео», приняв в качестве основного лозунга слоган «За землю и Сендика!». Неизменно каждая такая демонстрация заканчивалась столкновениями с полицией и орудовавшими на стороне властей неофашистскими бандами. Мрачно глядя на крах всех своих усилий, Сендик постепенно разочаровывается в легальной политике. После очередного ареста он окончательно разуверился в мирных методах борьбы. Выпав на некоторое время из поля зрения полиции и общественности, в результате тяжёлых раздумий он приходит к выводу о том, что только вооружённое действие способно изменить ситуацию в стране.

Он начинает строительство подпольного движения.

Рауль Сендик

Будучи прекрасным оратором и организатором, Сендик набирает добровольцев из самых различных общественных классов. Множество первых «тупамарос» являлись членами UTAA, воодушевлёнными идеями Сендика о вооружённой революции, другие были выходцами из рабочей и студенческой среды Монтевидео, третьи вообще представляли собой своеобразную «элиту» уругвайского общества. Например, к организации присоединились такие люди, как профессор изобразительных искусств Хулио Мареналес Саенс, один из ведущих проектировщиков столицы Педро Альмиратти, промышленный инженер Хосе Мануэль Льюверас, или сын начальника полиции и выходец из очень богатой семьи Рафаэль Бидегайн Грейссиг.

Ранним утром 31 июля 1963 года небольшая группа мужчин проникла в арсенал «Швейцарского Стрелкового Клуба» в Нуэва Элвесия (недалеко от Монтевидео), откуда были украдены 31 винтовка и 2 карабина. Прибывшие сыщики не моргнув и глазом заявили, что всё произошедшее дело рук обычных бандитов. Однако вскоре столичные информаторы донесли, что к ограблению причастен Сендик и его товарищи. Согласно версиям детективов, оружие нужно было Сендику для того, чтобы вооружить группу трудящихся сахарных плантаций Артигаса и повести их непосредственно на насильственный захват земель. Неизвестно, верна ли была эта теория или нет, но после своей первой акции партизаны Сендика затаились на несколько месяцев.

Они вновь проявили себя лишь в канун Рождества, когда десяток боевиков, вооружённых револьверами угнали грузовик, груженный продуктами, принадлежащий компании «Manzares». Этим же вечером всё содержимое грузовика было роздано жителям бедняцких пригородов Мотевидео. Распределение продуктов сопровождалось зажигательными речами, в которых партизаны, ещё не скрывая своих лиц, клеймили правительство и предсказывали скорую революцию. Именно эта «Голодная Команда», как её позже назвали, сформировала первое впечатление о партизанской организации в обществе. Образ благородных «робин гудов», который «Тупамарос» будут поддерживать вплоть до 1970 года.

Рейды «Тупамарос» отнюдь не были ограничены исключительно Монтевидео и близлежащими городками.

Так например, спустя неделю после своей «робингудовской» акции, 1 января 1964 года команда партизан, пользуясь расслабленностью сотрудников, напала на пограничную заставу в Белья Унион – городе на северо-западе страны, в провинции Артигас, на границе с Бразилией. Добычей нападавших стали одиннадцать «маузеров» образца 1908 года, пистолет и восемь штыков.

19 апреля того же года, команда герильерос посетила департамент Лавальеха. Здесь, недалеко от городка Минас, был ограблен склад демонтажной компании, в результате чего в руках похитителей оказалось около 100 капсюлей-детонаторов и десять метров бикфордова шнура. На следующий день эта же команда ворвалась в дом частного коллекционера в Минасе, откуда унесла пять немецких винтовок и шесть револьверов, а так же несколько тысяч патронов к ним.

Чуть позже, в департаменте Мальдонадо (юго-восток страны), партизаны осуществили кражу со склада «Национальной Цементной Компании», что принесло им 540 килограммов гремучего студня.

Все эти вылазки полиция неизменно списывала на проделки криминальных элементов, поскольку ранее только они могли похвастаться столь серьёзной военной организацией.

Ещё одним методом самовыражения партизанской структуры Сендика на первых этапах её развития являлись террористические покушения. Большинство терактов были направлены против собственности североамериканских компаний, таких как «Moore-McCormack», «Coca-Cola», «International Harvester», «All American Cable» и «Western Telegraph» (две последние принадлежали телеграфно-телефонному гиганту ITT). В августе 1965 так же был взорван офис «Bayer Chemical Company», западногерманской фармацевтической корпорации. В листовках, оставленных на месте преступления пояснялись мотивы покушения: компания подверглась атаке, потому что именно она, по приказу Вашингтона, разрабатывала модели ядовитых газов, использовавшихся в войне против вьетнамского народа. Самое важное в этом коммюнике было то, что впервые здесь официально было использовано имя «Движения Национального Освобождения – Тупамарос».

На всём протяжении 65-66 гг. взрывы, грабежи и нападения идут по восходящей. Взрывы использовались для привлечения внимания к организации и её идеологии, грабежи и нападения нужны были для увеличения огневой и финансовой мощи. Тем не менее, все эти акции осуществлялись без какого-то ни было риска для человеческих жизней. Таков был нерушимый принцип организации.

Первая кровь пролилась лишь в декабре 1966. Да и то, пролили её сами партизаны. Тогда, через две недели после очередного нападения на склад оружия, полиция идентифицировала автомобиль, использованный в том ограблении. В итоге, началась погоня с перестрелкой между агентами правопорядка и пассажирами подозрительного авто. Погоня длилась недолго – до тех пор, пока машина партизан не заглохла. Прикрывать отход своих товарищей с оружием в руках остался Карлос Флорес Альварес, который и был убит в неравной схватке с сотрудниками полиции. В брошенной машине были обнаружены ещё два автомата и пистолеты. Менее чем через неделю, в другой перестрелке, защищая от вторжения полиции свой конспиративный дом, погиб «тупамаро» Марио Робайна Мендес. 



Общеизвестно, что в то время изысканная работа «Тупамарос», применявших недюжую фантазию при планировании и исполнении своих акций, вызывала настоящие аплодисменты со стороны простого народа.

Известен такой случай.

Однажды, в одном из столичных театров, принадлежавших Федерации Независимых Театров Уругвая, ставилась пьеса Арнольда Вескера. Для того, чтобы более наглядней, драматичней и успешней сыграть свои роли, актёрам понадобилось оружие и военная униформа. Местные армейские чины с удовольствием предоставили артистам все необходимые для спектакля материалы. Но 7 февраля 1966, в ночь перед премьерой, в театр ворвалась группа вооружённых пистолетами «тупамарос», которые унесли с собой весь «реквизит»: десять «маузеров» со штык-ножами и восемнадцать комплектов армейской униформы. Позднее эти мундиры сослужат хорошую службу организации. Спустя месяц, переодетые военными партизаны ограбили «Рабочую Кассу» на 3 с половиной тысячи долларов (в уругвайских песо). А 22 ноября точно таким же образом был экспроприирован «Народный Банк». Тогда выручкой грабителей стали почти 6 тысяч долларов в национальной валюте.

Начало 1967 года ознаменовалось первым кризисом: сыщики напали на след герильерос, многие члены организации вынуждены скрываться, другие арестованы. Руководители столичной полиции громогласно заявляют – по небольшой, но крайне крепкой банде левых экстремистов нанесён смертельный удар. Это было ошибкой.

Столкнувшись с новыми бедами, в 1968 году «Тупамарос» взяли на вооружение новую же тактику, которая позднее станет известной под громким именем «План Сатана». Суть этого проекта заключалась в похищении крупных национальных и международных деятелей, дабы ввести в смущение правительство, продемонстрировать силу организации. «Тупамарос» полагали, что подобные акции приносят гораздо больший эффект и гораздо сильнее уязвляют власть, нежели мелкие атаки на улицах столицы.

8 августа 1968 года Улисес Перейра Ревербель, президент государственной электрической и телефонной компании, был похищен прямо на пороге собственного дома. Его секретарь и шофёр-охранник были ранены членами боевой команды «Тупамарос». Позднее партизаны пояснят, что Перейра Ревербель был схвачен не только потому, что он являлся одним из активнейших апологетов «закручивания гаек» в борьбе против герильи, но и потому, что телефонно-электрический монополист был личным другом президента Пачеко Ареко, широкими шагами ведущего страну в пучину тирании.

Улисес Перейра Ревербель

Около 3 тысяч солдат и полицейских были задействованы в поисках похищенного. Квартал за кварталом прочёсывались дома, были задержаны сотни «подозрительных». Всё безрезультатно. После 131 часа плена, «Тупамарос» наконец соизволили отпустить своего высокого «гостя» целым и невредимым. Слегка одурманенный марихуаной, он был высажен в парке Хосе Батлье и Ордонес. Перейра Ревербель стал первым звеном в дальнейшей длинной цепочке похищенных.

Другой целью партизанской организации являлась демонстрация коррумпированности правительственных верхов, а так же другой незаконной деятельности власть имущих. Но для того, чтобы получить столь конфиденциальные сведения о преступлениях чиновников, необходима была мощная информационно-разведывательная сеть. И «Тупамарос» сумели выстроить такой орган разведки, работавший гораздо лучше, чем полиция Уругвая.

Доказательством тому является акция 14 февраля 1969 года, когда боевая команда «Либер Арсе» ворвалась в офис финансовой компании «Монти», где были изъяты не только 24 тысячи долларов, но и бухгалтерские книги конторы, раскрывавшие ряд незаконных финансовых схем, в которые были вовлечены первые лица государства: министр общественных работ Вальтер Пинто Риссо, кандидат в президенты Хорхе Батлье, а так же бывший пленник «Тупамарос», телефонный магнат Перейра Ревербель. Все попытки скрыть произошедшее со стороны казнокрадов не увенчались успехом (они даже не заявили в полицию о нападении): партизаны выслали копии компрометирующих документов в уголовный суд, который принимает решение придать огласке факты преступлений чиновников. Через три дня после публичного разоблачения, «случайный» пожар уничтожил интерьеры финансового агентства «Монти», ликвидировав все прямые доказательства против замешанных в скандале государевых мужей.

До сих пор «Тупамарос» исполняли лишь небольшие рейды с привлечением минимального количества комбатантов. Но 8 октября 1968 организация реализовала одну из своих самых масштабных акций. Около часа дня боевая команда «Че Гевара» атаковала городок Пандо, расположенный в 31 километре от Монтевидео. Бойцы прибыли сюда использовав различные средства: самым необычным был метод группы «тупамарос», которые использовали в качестве прикрытия похоронный кортеж. Проникнув в город, партизаны заняли все стратегические точки, ожидая сигнала к атаке. Ровно в час дня сигнал был дан: нацепив белые повязки, для того, чтобы идентифицировать друг друга в поднявшейся суматохе, герильерос двинулись на штурм ранее намеченных целей.

Все вооружённые группы действовали одновременно. Полицейский комиссариат, телефонно-телеграфный пункт, пожарная часть и три местных банка являлись главными мишенями. Застигнутые врасплох, сотрудники учреждений, не оказывали практически никакого сопротивления.

В полицейском комиссариате один из офицеров пытался отстреливаться, но партизанам удалось принудить его к капитуляции.

В «Рабочую Кассу Пандо» ворвалась другая группа, вооружённая автоматами и пистолетами. В то время как двое удалились в хранилище, третья участница нападения, девушка по имени Анна, раздавала сотрудникам и клиентам, оказавшимся внутри, листовки, а так же устно разъясняла цели рейда. Собрав почти 4 миллиона песо, партизаны собирались было уйти. Однако на выходе их уже встретил полицейский, случайно проходивший близ финансового отделения и заметивший неладное. Короткое сражение у дверей и офицер был ранен и обезоружен, что позволило налётчикам беспрепятственно покинуть место действия на машине. Оказалось однако, что раненый офицер последние свои патроны разрядил по колёсам автомобиля партизан, поэтому на пункт общего сбора – местное кладбище, - герильерос приехали буквально на одних колёсных ободах. 

Здесь партизаны загрузили все изъятые деньги в дожидавшийся их фургон, а затем, бросив пришедший в негодность автомобиль, разделились на две группы и расселись по двум другим машинам. Именно в этот момент рейд утерял свою изначально чёткую организацию, так как пассажиры машины не знали друг друга, не имели представления, кто из них является командующими, а кто – подчинёнными. К этой жуткой путанице добавились так же проблемы при отходе, когда в районе Толедо Чико, близ Монтевидео, автомобили были остановлены дорожным патрулём.

«Тупамарос» покинули Пандо благополучно, и единственной неприятностью операции являлась потеря одного автомобиля. Но теперь предстоял долгий путь по автостраде в сторону Монтевидео. Герильерос надеялись добраться до окраин столицы прежде чем полиция успеет предпринять какие-либо меры. К сожалению для «Тупамарос», ситуация развивалась по худшему сценарию. Недалеко от Монтевидео, в местечке Толедо Чико, партизаны столкнулись с полицейским автомобилем. Двухминутный бой, побег, а затем встреча с усиленными нарядами на дорожно-пропускном посту. В результате, бросив машины, «тупамарос» вынуждены были скрываться полями. Только фургон с деньгами под управлением Рауля Сендика сумел избежать ловушки: развернувшись прямо перед носом у полиции, грузовичок поехал в обратном направлении. Впоследствии, используя просёлочные дороги, Сендику удалось привести свой автомобиль в столицу целым и невредимым.  

Тем временем, агенты правоохранительных органов прочёсывали леса, где скрылись комбатанты. Серия боёв, сопровождавшая поиски, закончилась не в пользу «Тупамарос» - трое из членов организации были убиты, несколько ранены, двадцать были схвачены. 

Погибшие в ходе операции в Пандо: Рикардо Сабальса, Альфредо Кутелли и Хорхе Салерно

Тем не менее, «Тупамарос» рассматривали рейд на Пандо как очень успешную операцию, заявляя, что им удалось мобилизовать и достойно организовать более ста партизан. Правительственные чины преуменьшали эту цифру, заявляя о 40 или 50 боевиках.

Фактически, нападением на Пандо для организации закончился 1969 год. Слабость правительства Пачеко Ареко стала явной, и оно вынуждено было признать, что имеет дело не просто с мелкими преступниками, как об этом говорилось на протяжении последних пяти-шести лет.

В конце года журналисты Антонио Меркадер и Хорхе Вера подсчитали, что в Монтевидео действуют около ста человек, непосредственно вовлечённых в вооружённую борьбу. Сколько людей оказывали ту или иную поддержку организации было неизвестно. В январе 1970 британский еженедельник «Латинская Америка» заявлял, что, по оценкам специальных корреспондентов издания, в рядах «Тупамарос» насчитывается более 800 человек, разделённых на несколько колонн. Очевидно, это сильное преувеличение, однако в любом случае, к началу 1970 года организация представляла собой уже значительную силу, с которой правительство вынуждено было считаться. Мощь «Тупамарос» достигла своего апогея в период между 1970 и 1971 годами. Именно тогда исчез из массового сознания годами культивировавшийся образ партизан как благородных «робин гудов»; ему на смену пришёл образ революционера, прибегающего к насилию при всяком удобном случае.