Страницы

суббота, 27 августа 2011 г.

ИСТОРИЯ ALN. ГЛАВА 23


Глава 23. Ленинская Тенденция

В то время как вернувшиеся в Бразилию члены «Третьей Армии ALN», недовольные руководством, рвут все связи с организацией и образуют собственную группу (MOLIPO), элементы «Национально-Освободительного Действия», находящиеся за пределами Бразилии, и так же не согласные с проводимой политической линией, пытаются посредством теоретических изысканий переориентировать организацию.


На Кубе Риккардо Сараттини Филью, Роланду Фратти и Аргонауту Пачеку да Силва формируют т.н. «Островную группу», претендующую на роль координационного организма всех находящихся за рубежом боевиков ALN. Троица, невзирая на возможную реакцию национального командования, заявляет о необходимости реформирования политической стратегии в соответствии с «ленинскими постулатами» о связи революционных организаций с массами.

Вскоре «Островная группа» устанавливает связи с Жозе Мария Криспином, представителем ALN в Италии, напрямую связанным с «Бразильским Информационным Фронтом» Мигеля Арраеса. Тот посещает Кубу и в ходе личной встречи полностью поддерживает новые ориентиры, заявляя, что их необходимо донести до всех представителей зарубежной «диаспоры» ALN, дабы сформировать внутреннюю тенденцию.

Фратти и Сараттини отправляются в Чили, где в среде осевших боевиков «Национально-Освободительного Действия» уже процветают самокритичные настроения, благоприятствующие развитию новой идеологической линии.

Во время многочисленных дискуссий, Фратти был избран делегатом для переговоров с национальным руководством Бразилии. Кроме того, именно он составляет документ «Необходимая самокритика», который становится отправной точкой истории «Ленинской Тенденции ALN» (Tendência Leninista da ALN – TL/ALN). В послании, датированном августом 1971 года, критикуются нынешние позиции организации, изолированной от масс вследствие слепого милитаризма, и выстроившей структуру, неадекватную поставленным задачам.

Отклонившаяся от правильной линии организация забыла, что «революция является продуктом деятельности масс». Это отклонение связано с двумя факторами: «присоединением к организации мелкобуржуазных элементов, особенно, студентов, проникнутых радикальным духом» и «влиянием на эти элементы фокистских тезисов Реже Дебре».

Первый фактор привёл к усилению городских вооружённых акций, никак не связанных с массами, в то время как второй содействовал отказу от работы в массовом движении и игнорированию необходимости создания революционной партии (Мобильной Партизанской Колонны).

Осуждая ультрарадикальные позиции ALN, зарубежные диссиденты подняли руку на самого революционного пророка Маригеллу, который, по их словам, «рассматривал экспроприации банков как критерий политического воспитания кадров», что привело к «включению в организацию множества мелкобуржуазных радикалов, в ущерб справедливому ленинскому тезису о необходимости привлечения в революционную партию рабочих и крестьян». Продолжая свою критику, TL заявляет, что внутри организации построен «настоящий культ городского партизана», а концепция «свободной тактики» привела к гибельному спонтанеизму и отказу боевиков от исполнения приказов собственных же координаторов.

Для исправления «левацкого уклона» и коррекции политической линии ALN, диссиденты предложили план, состоявший из пяти пунктов:

1) Разработка широкой программы, объединяющей все базовые социальные слои и классы в общей стратегии национально-освободительной и демократической революции;

2) Организация единого фронта нового типа, охватывающего не только политические организации и партии, но и другие силы, заинтересованные в революции, главным образом, рабоче-крестьянские;

3) Необходимость создания «революционной марксистской партии», возглавляющей революционный процесс, так как отсутствие оной не позволяет направлять и развивать «высшую стадию классовой борьбы – вооружённую борьбу». Для этого диссиденты предложили созвать конгресс, который бы не только определил структуру и политическую линию, но и организовал военно-политическую школу для подготовки профессиональных революционных кадров;

4) Формирование «Революционной армии народа» (Exército Revolucionário do Povo), способной переломить хребет установленной в Бразилии системы военно-бюрократической диктатуры. Диссиденты не отвергали априори необходимые для создания такой армии формулы «очага» или «мобильной колонны», или же стратегии «осаждения города деревней» и «всеобщего городского восстания». Вообще не касаясь темы непосредственного строительства ERP, «Ленинская Тенденция» предложила трансформировать «Тактические Вооружённые Группы» в «Отряды вооружённой пропаганды» (Destacamentos de propaganda armada – DPA), являющиеся главным инструментом активной политики как в городе, так и в деревне. DPA, в отличие от GTA, не будут иметь тактической автономии, но будут действовать исключительно под руководством военно-политического комиссара. Подчёркивалось, что не все члены такого отряда должны быть марксистами: достаточно лишь принятия национально-освободительной и демократической программы ALN;

5) Необходимость развития внешней политики, и в частности, установления связей с мировой социалистической системой. Игнорируя советско-китайский конфликт, «Ленинская Тенденция» призывает крепить отношения не только с Кубой, но и с другими странами, поддерживавшими вооружённую борьбу в Третьем Мире. Кроме того, рекомендовалось наладить контакты с прогрессивными организациями капиталистического мира, и, прежде всего, с революционными группами в Латинской Америке, дабы вписать движение в Бразилии в «континентальный революционный процесс».

Документ, синтезировавший в себе позиции зарубежных боевиков, начавших сомневаться в истинности путей, указанны Маригеллой, подвергся ироничному издевательству со стороны национального руководства ALN в Бразилии.

Отметим, что TL/ALN отнюдь не выступала с фракционистских, раскольнических позиций: на самом деле, было предложено с помощью всеобщего конгресса реформировать вооружённую организацию в сражающуюся марксистскую партию. Отвергая «авангардистский милитаризм» ALN, заинтересованный «исключительно в подготовке комбатантов, а не политических солдат», диссиденты предсказывали скорую смерть организации в случае продолжения следования воинственной линии.